свое место в этом мире.
— За один день?!
— Если ты хочешь умереть, то можешь не спешить особо. Но поверь мне, это мучительная смерть.
— Хорошо…
— Отлично, пойдем.
Как же все происходит стремительно. Стоп, а куда он идет?
— Ты куда?
— В коридор мед миров, а что?
— Ты ведь просто лезешь в раковину…
— Ну да. За мной!
— Куда?
Он просто провалился, словно упал в колодец! Что же там? О! Да здесь настоящая впадина! Мне туда прыгать? Точно ли надо? Но моя жизнь… Как сердце стучит… А что если я промахнусь и врежусь в стену? Будет больно. Ай, ладно!
Я падаю… Какой сильный ветер! Это небо вокруг? Но небо не может быть зеленым! Голубым… Красным? Оно меняет цвет! Где я нахожусь?! Если я падаю, то когда-нибудь встречусь с землей и… Нужно срочно… Ай! Меня что-то подхватило? Но что? Я чувствую землю…
— Приятной посадки.
— Я жив?
— Вполне себе. Есть жалобы насчет транспорта?
— Нет, вроде…
— Хорошо. Теперь смотри: вот она- граница меж миров. И она вся твоя.
Это… Звездная река… Она словно дамба, которая стоит между двух рек. Вот красная таинственная река… А вот так отражает мой город. Да так точно…
— Вот тот мир, где твой город- реальность. А тот со всяким бредом- сны, правда, они у тебя серые, хотя и от реальности не отличаются. А та завораживающая полоса огоньков и есть граница.
— Какая узкая…
— Вот. Значит, скоро исчезнет. В ней нет ярких моментов. Она напрямую связана с твоим психическим состоянием. В ней уже есть трещины, в которых смешиваются два мира.
— Почему они такие серые?
— Каждый из миров уникален и имеет свои краски, однако при смешивании реальность больше захватывает восприятие мира, а сон занимается всем остальным. Если реальность серая, то и сон будет серым, если они перемешаются. В общем, тебе надо найти интересы в жизни не только ради того, чтобы перекрасить реальность, но и чтобы граница, как уже не раз было сказано, не исчезла. Граница очень восприимчива к цветовой гамме и малейшим изменениям влияния двух миров. Если ты все больше спишь, значит в тебе преобладает сон, а если еще и реальность скучная, то… Лучше скорей со всем этим справиться.
— Почему ты помогаешь мне?
— У нас нет причины, чтобы не помогать другим. Это наша работа. Это наша жизнь. Так мы устроены.
— Понятно…
— Тебе пора просыпаться. Я же говорил, что сон будет коротким. Дальше все лежит на тебе. Удачи.
— Спасибо.
Воскресенье. Сегодня я обязан найти свое увлечение. Который час?
— Сон, ты куда?
— Гулять.
— С кем?
— С друзьями.
— С какими?
— Что за допросы?
— Мой Сончик впервые за долгие годы идет гулять!
— Не драматизируй, я же ведь тоже подросток.
— Ты ответь-то, с кем идешь?
— С Сэмом.
— И все?
— И все его друзья.
— Хорошо. Смотри, чтобы прибыл вовремя и ничего плохого не делал!
— Разумеется, мам. Пока!
— Удачи!
Как-то все у меня хорошо. Родители вполне нормальные, жизнь обыкновенная, без каких-либо приключений. Это скучно и неинтересно. Может, вот в чем дело? Вот почему моя граница исчезает? Моя жизнь слишком хорошая, в ней нет интриги, тревог, переживаний. Я словно пустой маникен, который живет. Я никогда не испытывал ярких эмоций, все они были скудными, не радовался чему-то так сильно и не грустил до удручающей меланхолии. Я жил спокойно. Прошли те времена, когда наш городок восстанавливался после войны. Тогда люди переживали перемены, их чувства имели определенный вектор развития. Сейчас все слишком хорошо. Сейчас мы можем жить обычной жизнью школьника. Нам грех жаловаться, но странно, что взрослые ругают нас за слабость поколения. Мол, нынешний народ- пустые тряпки, но разве сейчас нужно так же страдать, как и в прошлом? Если раньше дети боялись свиста пуль, то сейчас они не знают, что такое оружие. Оттого в новых людях нет богатого внутреннего мира- они попросту не могут прочувствовать все, — оттого мы не такие сильные духом- укреплять этот дух попросту нечем и оттого нет патриотизма в нас, не можем мы жить прошлым, мы оцениваем людей по нынешним заслугам повседневности. Дело и в нас, и в воспитании, и в обществе- во всем. Так что я не думаю, что стоит ругать нас, новое поколение, нужно изменить подход к развитию умов.
— Сон!
Что-то я прям ушел в свои думы, не заметил, как уже возле парка.
— Со-он!
Кто меня зовет? А…
— Сэм!
Кто это с ним?
— Привет. Это брат мой, Даниэль. Тоже захотел погулять.
— Привет.
Какой у него протяжный голос, да и тоже высокий, как у брата.
— Доброе утро.
Рука мягкая. Не то, что у Сэма: твердая и мозолистая. Ну, раз ему так нравится спорт, то пусть продолжает приносить жертву ради здоровья.
— Что ж, они ждут нас возле Защитников. Пойдемте.
— Пойдем.
Сразу видно- братья. Так дружно и понимающе они разговаривают друг с другом. Если б у меня был такой родной брат или сестра, то оказался бы я в данной ситуации? Хотя я мог и возненавидеть его или ее. Кто знает? Отношения братьев- штука сложная. Нельзя в этом деле следовать стереотипам одной крови. Нельзя. Семья разные бывают. Оттого и стереотипам не место.
— Цуль, привет!
Как громко ты орешь, Сэм. Мы уже дошли? Быстро. А кто эти люди? Какой-то беловолосый болванчик, похожий на Сэма, но взгляд у него проницательный. Глубокий и немного мертвый даже. Такой же белый, как и волосы. Сразу видно, неоднозначный тип. А рядом с ним стоит какой-то скромняга. Челку себе отрос из-за стеснения. Видно, что он очень интересный человек, смотрит на меня так оценивающе, что немного мурашки по коже идут. Лучше бы я не встретился с ним взглядом.
— И вам привет.
Голос у Цуля приятный, такой… не слишком низкий, но и явно невысокий.
— Добрый день.
А у этого паренька очень даже бархатный голос. Он мог бы даже заняться озвучиванием или пением. А вдруг он музыкант? Нет. Такой скромняга, как он, не может быть музыкантом.
— Ждем дам и идем гулять. (Цу)
— Как скажешь. (Сэ)
— Ну, как твои дела, Сэм? (Цу)
— Нормально. Давно мы с тобой не гуляли. (Сэ)
— Да… Написал хоть? (Цу)
— Написал, а вы? (Сэ)
— Сложно было. Еле через порог переступил. (Цу)
— Сон, как написал? (Сэ)
— Что написал? (Со)
— Тест. (Сэ)
— Нормально. (Со)
Пустяковые разговоры. Но почему мне так приятно на душе? Почему внутри какое-то странное тепло? Спокойствие и воодушевление… Это счастье?
— Ребята!
Кто это? Какие-то девушки. Они с нами идут
