как маленького за ручку водить будут. Но в Академии отношение было именно такое. А всё из-за его травмы, не дающей нормально использовать Хаос внутри. Из-за этого он выбивался. И пускай изменённое расписание остальные ученики могли адекватно воспринять. То вот от изменившегося на более «расслабленный» настроя их «воротило». Ему вообще еще повезло, что разрешили продолжить службу, а не запихали куда в недра Бюро на непыльную должность. И он должен быть… благодарен?
— Ох, как же это всё выматывает… — поглощая один за другим сладкие шарики на палочке, сетовал на жизнь Форвард, предавшись праздному настрою, царящему вокруг.
Расслабляться сейчас казалось несусветной глупостью, так как пускай вероятность нахождения отслеживаемого ими попаданца на Четвёртом была малой, но не нулевой. Однако сидеть и постоянно от этого трястись он устал еще часа два назад.
— «Чувствовать Хаос… Вот же удивил меня тогда этот Линварт! — рассуждал Лин. — Благо, удивил с хорошей стороны».
И всё же бездельничать и игнорировать свои прямые обязанности новичок не собирался изначально. Просто ему нужно было еще немного времени, дабы дать успокоиться энергии души, которую он вновь выпустил недавно наружу. Нет, никакой твари ему по пути не встретилось. Лин вообще добрался сюда благодаря специальной лифтовой платформе, курсирующей меж кругами. А после одного, запомнившегося своей трагичностью случая, оберегать такие стали очень тщательно. Но не в этом суть.
— Да уж, задачка от этого Дэя кажется почти невозможной… — вздохнув, поднялся с места Форвард, заново разминая тело. — Но так всегда и всем кажется после первой попытки в почти любом деле. Главное же, как говорили в Академии — не сдаваться! Хотя постойте-ка, мне же как раз говорили… Ха, да неважно!
Лин снова попытался «нащупать» внутри себя не только три единицы Хаоса, но и две единицы души, что постоянно невольно выпускал, стоило ему переволноваться при Покорении. А потому он решил в них как следует вцепиться.
— Но так и Хаос не идет, ибо тупая моя башка не может сразу полноценно сфокусироваться на двух задачах! — перейдя на опустевшую улицу, по соседству с фестивальной, начал снова тренироваться Форвард.
Только вместо этого его так и отвлекала чарующая картина огней над мрачными крышами вокруг. Было такое ощущение, словно весь свет в Четвёртом погас, и осталась только тоненькая алая полоска, проходящая через весь город. И она, как река жизни, привлекала к себе все души вокруг. Находясь во тьме, будто невозможно было избежать этого притяжения. А ведь особо религиозным Лин никогда не был. Просто понимал, что подобная красота всех этих святых празднеств и ритуалов притягивала к вере ничем не меньше догматов Храма.
Однако тут всё его тело вздрогнуло. И то была не боль от Покорения. Нет, это было то самое чувство, о котором говорил Брэйк. И оно лишь нарастало. Становилось таким четким, что и встроенного в телефон сканера было не нужно, чтобы уловить, какими объемами Хаоса ворочали близ Форварда. А способны на такое могли быть лишь…
— Попаданец и его новая жертва! — тут же всё понял Лин и поспешил набрать сразу Линварта и Лайта.
***
Только вот, кто, на самом деле, был жертвой из пары, схватившейся в смертельном танце близ лишенных света окраин? Перед глазами Ино вновь всплыли те противные окошки интерфейса, горящие красным, от которых он поспешил избавиться еще когда только оказался в этом мире. Почему именно так подобные ему должны воспринимать этот мир ни он, ни «мудрец близ коронованного древа» не понимали. Потому Кавасаки намеренно отказался от подобной причуды, сводящей всю его новую жизнь в подобие игры, которые уже успели осточертеть ему в прошлом. Ибо обрывки воспоминаний с ними связанные вызывали тошноту. А эти всплывающие окна её лишь усугубляли.
Только вот сейчас он рисковал извергнуть из себя все внутренние органы, ибо с нанесённой тварью раной не мог справиться даже демонический доспех. С той болью, что она приносила и усталостью, что следовала за ней. Кавасаки не мог даже разобрать, что написано на этих дурных окошках, которые тут же моментально пытался закрыть. Но они лишь убегали в сторону, затуманивая обзор всё сильнее. Или же это было уже не из-за них?
Рука в бледной стальной перчатке попыталась ухватиться за скачущую вокруг тварь, что своей рукой-клинком ныне размахивала подобно хлысту. Но даже выдрав из неё кусок плоти, Ино не смог заставить её перестать улыбаться своей чудовищной перекорёженной рожей! Монстр явно нашел в себе новые силы и волю к прогрессу, которые все использовал, дабы играться с сооруженным заново телом. Кожа на лице была натянута и в нескольких местах от того порвалась. Ноги и руки были несуразно длинными. А глаза меняли цвет и крутились в глазницах, подобно камерам.
Попаданец всё не мог перестать прижимать левую руку к кровоточащей ране в груди, наивно надеясь таким образом…
— Добиться чего? — а тут еще и демон в голове начал говорить.
Ситуация была хуже некуда. Но отдавать контроль было…
— Единственным разумным решением, не так ли?
— Нет! — чувствуя, как кровь подступает к глотке, всё равно рявкнул Ино.
Он освободил обе руки и начал наполнять Хаосом, готовясь испепелить тварь своими жгучими лучами или взорвать одним большим. Но теперь человеческое тело под контролем его соперника стало и вовсе напоминать пятёрку змей, сплетённую воедино: это две руки, две ноги и шея так вытянулись. И даже в такой форме чудище наносило один за другим серьёзные удары по Ино, срывало покровы брони, заставляя собственными неприкрытыми маской глазами взглянуть на себя.
Кавасаки выпустил хвост, чтобы попытаться с его скоростью посостязаться с тварью. Но на его контроль уходило слишком много внимания. А просто стоять на месте Кавасаки не мог. Иначе рисковал свалиться и больше не встать. Тем временем тварь свила все свои конечности в единый узел и зависла на мгновение в воздухе. Прежде чем выстрелить всеми пятью своими потоками плоти в Ино. Его унесло назад, и своей спиной он пробил стену одного из домов. В котором он услышал чей-то испуганный голос. И тогда на него всё навалилось…
Всё, что он успел пережить в этом мире, заставило сознание Кавасаки уступить тело демону. Он сдался. Ему могло быть в глубине души искренне наплевать на незнакомца, в дом которого он так «вломился». Ему было не всё равно, рискуй таким оказаться Юно.
Бледная броня мгновенно восстановилась, а
