как с ним связаться. Наверное, я ему не так уж и сильно понравилась?
— Наверное. Зато Андронову нравишься. Он пообещал меня вытащить, если ты поработаешь в его клубе. Это на окраине города.
Я сжимаюсь вся, вспоминая влажный взгляд старика.
— Детка?
— Кем поработать?
— Танцевать конечно. За деньги. Тебе и заплатят нормально, и я наконец смогу выйти отсюда. Детка.
— Я не знаю, Коль. Я, наверное, не смогу.
— Ну конечно Вер. Отлично просто. Я за тебя столько лет впрягался. Я тебя защищал, квартиру тебе сделал. Я для тебя все сделал! А тебе сложно жопой ради меня покрутить?! Даже трахаться ни с кем не придется! Просто потанцевать! Это сложно? Тебе сложно это сделать ради меня?! Хочешь, чтобы меня тут убили? И кто тогда защитит тебя?!
— Не хочу, Коль, но…
— Так сделай это! Клуб «Золотая нить». Тебя там сегодня ждать будут. Сделай это, не разочаровывай меня!
— Коль, а если он обманет.
— Надо постараться, чтобы не обманул, Вер. Я тут не могу больше находиться. Я к тебе хочу, милая. Я очень тебя люблю. И ты меня, да? Любишь меня?
— Люблю… — сжимаю зубами кулак, чувствуя, как слезы по щекам. Он отключается, а я долго сижу в прострации. Не могу пошевелиться. Нужно что — то решать. Нужно что — то думать. Нужно идти. Или к Андронову. Или…
Танцевать для Андронова. Как быстро это перейдет в новые желания, которые я должна буду выполнить. Ради Коли.
Вчера Леон. Сегодня Андронов. Завтра найдется кто — то другой.
Я понимаю Колю, я бы тоже билась за свою свободу до последнего, но я хочу сама выбирать под кого ложиться.
Может быть и правда пора поговорить с Леоном честно. Не юлить, не кричать, а сказать, как есть. Попросить. Пообещать…
Обнимаю себя руками, принимая, пожалуй, одно из самых сложных решений в своей жизни.
Я никогда не мечтала стать проституткой. Я всегда надеялась, что смогу избежать этой участи. И очень надеюсь, что однажды смогу забыть этот период своей жизни. Даже если ради этого придется порвать отношения и с Колей.
Наконец отмираю, начиная шустро одеваться. Собираю в пакет отглаженные вещи Леона… Они даже после стирки пахнут им. Надеваю спортивный костюм. Завязываю волосы в хвост.
Сажусь в трамвай и снова еду туда, куда не стоит. Чтобы найти того, с кем лучше не связываться.
Глава 22
Леон
Да не, в принципе я не рассчитывал, что она воспылает ко мне страстью. Просто хотелось немного честности. А то это лицемерие, когда она тебе в лицо блины сует, а сама все ждет, когда я впрягусь за ее мудилу. Да можно и вытащить его, и с шефом поговорить. Он сейчас из-за телки своей совсем размяк. Даже тот факт, что не убил Колю на месте о многом говорит. А тот ведь чуть не взорвал его пассию.
Я знаю, что сделал бы я.
До сих пор задаюсь вопросом, что в ней такого. Что заставляет меня каждый день думать о ней. В голове образ ее блядский прокручивать. Вспоминать кожу гладкую, изгибы плавные. Таких телок полно, бери любую. На любой вкус и цвет. А я о ней думаю. Думаю, что убил бы нахуй Гошу, прикоснись он к ней хоть раз. Знаю, что ждет, когда надоест мне. Мне и самому кажется, что так проще было бы. Отдать ее Гоше, а может быть даже Андронову. Забить хер и жить как жил без привязанностей и боли.
— Лёнь, ты куда потерялся? — кидает мне пару перчаток шеф. Надеваю, застегиваю, пройдясь голыми пятками по мягкому мату. Шеф порой часами меня мучает, наверное потому что со мной единственным так получается. Остальные слабаки через минут тридцать сыпаться начинают, а я держусь. Скорее всего это и послужило, что к себе приблизил. Даже после взрыва продолжал доверять. Не знаю, проверял ли, я не заметил.
— Тут я, — встаю в стойку, начинаю спарринг. Пара ударов и Черкашин на полу. Встает резво, снова нападает. Бесполезно. На спине через минуту.
— Как твоя рыжая. Жива еще? — отвлекает босс, и я пропускаю удар, но сразу реабилитируюсь.
— Жива. Дома сидит.
— Андронов, я видел, глаз на нее положил.
— Давно уже. Он ее еще девочкой забрать хотел, но Коля себе оставил.
— Думаешь, нужна?
— Нужна. — почему — то я даже не сомневаюсь, что если Андронов выпустит Колю, тот придет за Верой. Не зря он столько лет вокруг нее ошивался. Он бы много дел с ней провернул, а она ебнутая, все бы для него делала. Знаю я такой тип девочек, себя не уважающие, готовые ради своего благодетеля на все, даже под другого лечь.
Этим она ночью и занималась. Продала себя за свободу Коли, чем и выбесила. Я же на поверил, что ей понравилось. А она играла. Молодец, далеко пойдет.
— А тебе?
— А что мне, — отвечаю на очередной удар. Черкашин пытается нападать, но я обороняюсь, отправляя его на лопатки.
— Тебе нужна?
— Нахуй мне баба, которая по другому сохнет.
— Тогда чего держишь возле себя?
— Закрываю гельштат. Давно ее хотел.
— А, ну ясно. А чего не брал.
— Чужое не трогаю.
— Ну понятно, — отвлекает босс внимание и снова хочет напасть, но улетает лицом вниз на маты. — А чего хочешь то от нее?
— Самому бы понять. Стоит на нее как у пацана. Вижу и мозг отключается.
— О, это мне знакомо. Но знаешь, что я тебе скажу. Бабы в нашем деле лишние. Мешают только. Вот я с Васькой своей. Обмяк.
Я смотрю, как он в стойку встает. Не знаю, правду услышать хочет или повод найти меня завалить? Я же понимаю, что из этой работы одна дорога. Я еще никого не знаю, кто после всего дерьма купил домик за городом и детей растит.
— Ну давай, Леон. Правда-матку.
— Размяк. Сам же знаешь.
— Да знаю. А что делать? Как замарав руки в крови, к ней потом идти? Может убить ее. Тогда и проблем не будет.
— И такие мысли меня посещали. Только рука не поднимается.
— Зато член поднимается всегда, — ржет Макар и делает новый выпад. На следующий час разговоры о бабах стихают, а вот мысли никуда не деваются. Только сильнее кровь кипит при мысли, что Вера перестанет дышать.
— Леон! — зовет меня Димас, а я хмурюсь, потому что рядом с ним вижу Веру. Руки в кулаки сжимаются. Она совсем отбитая. Нахер второй раз то притащилась?
— Мне тут шепнули, что Коля сегодня долго звонок выбивал.
