Улл внимательно следил за каждым выражением лица Триши. Он видел шок и недоверие, но за всем этим скрывалась усталость. Он вдруг осознал все, через что заставил ее пройти в этот день. И она даже ни разу не пожаловалась? Ни разу, а он даже не подумал покормить ее. Для этого понадобился кализианский министр. Торнианская женщина никогда бы не потерпела такого оскорбления. Богиня, он был ничуть не лучше Дако.
— Я должен идти, — пробормотал он, но все же не смог удержаться, чтобы не обхватить ее подбородок ладонью, а большим пальцем не погладить ее губы. — Тебе нужно отдохнуть.
— Да, — выдохнула она, но не двинулась с места, не сводя глаз с Улла.
— Но прежде, чем я это сделаю, — голос Улла был так же тих, как и ее, — я хотел бы попробовать свой первый поцелуй. С тобой.
Горло Триши снова сжалось. Боже милостивый, быть первой, кого поцелует Улл. Она не могла поверить, насколько сильно хотела этого. Ведь тебе никогда не забыть своего первого поцелуя. Это еще больше осложнило бы и без того чрезвычайно сложную ситуацию, но Боже, как же ей этого хотелось. Триша знала, что у них с Уллом нет общего будущего. И все же она хотела, чтобы он помнил ее.
Она медленно поднялась на цыпочки, одной рукой опуская голову Улла вниз, а другую положив ему на грудь. Склонив голову набок, она провела губами по его губам, удивляясь тому, какими мягкими они были. Прикоснувшись к ним во второй раз, она не удержалась и слегка прикусила его нижнюю губу. Когда Улл зарычал, она просунула свой язык внутрь, чтобы подразнить его.
— Это и есть поцелуй? — Улл отстранился ровно настолько, чтобы хрипло прошептать. Его глаза полыхали, а дыхание было прерывистым. Богиня! Он даже не подозревал, что такое возможно?
— Один из его видов, да, — пробормотала она в ответ, ее дыхание было таким же неровным, как и тогда, когда она смотрела на него.
— Покажи мне еще, — потребовал он, сокращая расстояние между ними.
Триша охотно открыла ему рот, ее язык дразнил его, а затем отступил, пока он не стал активным участником. Именно тогда она потерялась в Улле, в его прикосновениях, в его вкусе, в том, как он заставлял ее чувствовать себя самой желанной женщиной в мире.
Но это была неправда.
Улл ответил бы так же страстно любой женщине, которая поцеловала бы его.
Это осознание заставило ее оторвать свой рот от его губ.
— Улл, — выдохнула она, — мы должны остановиться.
— Нет, — прорычал он, пытаясь снова завладеть ее губами.
— Да! — она повернула голову, чтобы уклониться от его решительных губ. — Пожалуйста, Улл, — взмолилась она. — Остановись!
Улл не хотел останавливаться. Он хотел продолжать делать эти фантастические вещи, называемые поцелуями. Никогда в жизни он не получал такого удовольствия от такого небольшого действия. Инстинктивно он понимал, что ему предстоит испытать еще больше удовольствия, но крохотная нотка страха в голосе Триши заставила включиться все его защитные инстинкты. Тяжело дыша, он медленно отпустил ее и сделал шаг назад.
— Разве я причинил тебе вред? — хрипло спросил он, глядя на ее раскрасневшиеся щеки и распухшие губы. Он не видел никаких повреждений, но она была намного меньше его.
— Нет, — быстро успокоила она его, — но мы оба увлеклись.
— Разве это плохо? — спросил он.
— Мы должны работать вместе на благо наших народов.
— А мы не можем сделать и то, и другое? — переспросил он.
— Я не собираюсь покидать Землю, Улл. Вы планируешь остаться здесь?
— Нет.
— Тогда нет никакой причины начинать то, что не сможет ничем потом не закончиться.
Глава 8
Триша пристально осматривала свое отражение в зеркале очистительного помещения, разглядывая завернутое в полотенце тело, мокрые волосы и морщинки усталости вокруг глаз. Сунув руку в сумку с туалетными принадлежностями, она вытащила пузырек с лекарством, который наполнила накануне.
Господи, неужели это было только вчера? Это казалось невозможным. Она планировала потратить немного времени на то, чтобы смириться с тем, что узнала, решить, что будет делать дальше, а затем связаться со своим тио. Но появление Улла все изменило. Теперь то, чего она хотела, было вторично по отношению к миллионам, миллиардам жизней, которые пострадали бы, если бы она не смогла найти способ заставить Землю сотрудничать с торнианцами и кализианцами. Ее тио, если бы он узнал, не согласился бы. Но она также знала, что если бы ситуация была обратной, он поступил бы точно так же, как и она.
Тяжело вздохнув, девушка открыла пузырек и сунула в рот одну из белых таблеток, запив ее водой из раковины. Закончив вытираться, она натянула пижамные штаны и топ, которые взяла с собой ранее, и направилась в постель.
Завтра будет длинный день, и ей нужно отдохнуть. Так почему же она смотрит в потолок, думая о том, как восхитительно было целовать Улла вместо того, чтобы спать? И что ей хотелось бы сделать больше, чем просто поцеловать его. Она хотела быть для него чем-то большим, чем той, с кем у него был первый поцелуй. Она хотела быть для него первой во всем. Она хотела, чтобы он знал, что особенный, что он имеет значение. Это было то, чего все заслуживали. К несчастью, она также знала, что никогда не сделает этого для Улла, и эта мысль ранила ее сердце. Поэтому, хотя она и не могла гарантировать, что Улл найдет то, что другие торнианцы найдут с земными женщинами, она могла сделать все, что в ее силах, чтобы дать ему шанс. С этой мыслью сон овладел ею.
* * *
Улл уставился в потолок над своей кроватью, одетый только в штаны для отдыха. Его разум был в смятении. Богиня, он не хотел оставлять Тришу одну. Ему хотелось узнать больше о том, как доставить удовольствие женщине. Нет, это была не совсем правда. Он хотел узнать больше о том, как доставить удовольствие Трише. Он хотел знать, достаточно ли его поцелуи возбудили ее, чтобы ее лоно увлажнилось и без его прикосновений к сосредоточию ее наслаждения. Если бы это было так, это означало бы, что Триша была так же увлечена им, как и он ею. Тогда он сможет заявить на нее свои права, соединиться с ней, сделать ее своей леди.
«Этого никогда не случится. Триша не покинет свою отсталую планету, если только ты не оставишь ей выбора. Не оставляй никому из них выбора. Ты — торнианский воин, первый отпрыск и будущий лорд. Заставь их подчиниться тебе! Бери, что хочешь! Это — торнианский путь!»
Каждая из этих мыслей была правдой, кроме последней. Это был не тот торнианский способ получить то, что они хотели, даже до того, как Великая инфекция поразила их. Улл узнал это еще во время своих занятий. Это было то, что его манно сказал ему и всем добрым лордам. Что то, что происходит сейчас, уже не то, что было раньше.
Он не был бы хорошим и достойным воином, если бы заставил Тришу сделать то, что она уже сказала, что не будет делать. Триша заслуживает лучшего, чем это. Все женщины знали это, и он должен был убедиться, что его братья-воины тоже узнают об этом.
* * *
— Что значит, мы не можем отправиться все вместе? — быстро повторили голоса вопрос Крейга.
Триша подняла руки, чтобы успокоить собравшихся. Она попросила их остаться на следующее утро в столовой после утренней трапезы. Она знала, что именно так они отреагируют, и не могла винить их за это. Все хотели вернуться к своей жизни и своим семьям.
— Я не говорю, что вы все не вернетесь домой, Крейг, — Триша посмотрела на лидера группы мужчин. Они были похищены восемнадцать месяцев назад, один из них умер, находясь в плену. Две женщины с ними стали истинными парами кализианцев. — Я хотела сказать, что вы не сможете вернуться на Землю все одновременно. Шаттл вмещает только десять человек, включая двух пилотов, а это значит, что вы должны будете отправиться группами, — шепот начал наполнять комнату, и она поняла, о чем они все подумали. Кто будет решать, кому и когда улетать. — Как представитель президента Гарсии, должна выбрать я сама. Но я решила, что вы все решите сами. У вас уже достаточно отняли и заставили делать то, что вы никогда не должны были делать. Решение за вами.
