Затем постепенно приближались трудные времена. Урожаи уменьшались. Тогда Джермин вынужден был пытаться более чем когда-либо найти слова, подобающе обтекаемые и вежливые, чтобы отговорить вкладчиков брать свои сбережения до того момента, когда возникнет необходимость.
Затем Старое Солнце начинало умирать, и урожаи становились совсем ничтожными. Это было долгое время, когда сбережения медленно таяли. Если можете, растяните их, обычно говорил он так убедительно, как мог настоящий Гражданин. Сделайте так, чтобы их хватило надолго. Всегда имейте что-нибудь про запас на вашем счете. Ибо, если вы будете тратить слишком много и слишком быстро, вы не только рискуете все израсходовать до Зажжения Нового Солнца, но, может быть, взвинтить цены, и тогда пострадают все.
А потом обычно рождалось Новое Солнце, и мир расцветал вновь. Вот как сейчас. И если Джермин хорошо делал свою работу, его банк обычно еще имел деньги для ссуд — финансировать новые предприятия — распахивать новые угодья — надеяться.
Для банкиров это было лучшее время, так же как и для всех остальных. Это было единственное время, когда каждый вообще отваживался надеяться.
Итак, когда однажды вечером Джермин пришел домой, он был чрезвычайно доволен своей работой и миром, в котором он жил. Он обдумывал слова тихого ликования, которые он скажет жене, чтобы поделиться своей радостью. Он открыл дверь.
Ликование было непродолжительным. Он украдкой рассматривал жену, не желая верить тому, что подсказывали ему разум и факты.
Возможно, события последних нескольких дней повредили ее рассудок, но он был почти уверен, что она тайно съела порцию вечерней еды в служебной комнате, прежде чем позвала его к столу.
У него была уверенность, что это лишь временное отклонение. В конце концов, она — Гражданка, со всем, что из этого следует. Такое существо, как эта Гала Тропайл, например, или кто-нибудь вроде нее, мог бы хитро и коварно украсть дополнительную порцию. Долгие годы жизни с Волком не могут не наложить свой отпечаток. Но Гражданка Джермин не такая.
В дверь тихо постучали три раза.
Помяни черта, очень к месту подумал Джермин, потому что это была та самая Гала Тропайл. Она вошла, низко опустив голову, почерневшая, изможденная и… и хорошенькая.
Он начал официально:
— Я приветствую тебя, Граж…
— Они здесь, — прервала она торопливо, голос ее выражал отчаяние.
Джермин заморгал.
— Пожалуйста, — молила она. — Сделайте что-нибудь! Это Волки!
Гражданка Джермин испустила сдавленный крик.
— Ты можешь уйти, Гражданка, — коротко сказал ей Джермин, уже подбирая в памяти слова Мягкого Порицания, которое он выскажет позже. — Итак, что ты говоришь насчет Волков? — Он с горечью осознал, что его слова почти так же отвратительно прямолинейны, как и ее. Его жена и жена Тропайла полностью разрушили приятное ощущение от дня, проведенного в банке.
Гала Тропайл, как безумная, села в кресло, которое освободила хозяйка. (Села без приглашения! Даже не на стул для гостей! Как далеко зашла эта женщина!)
— Глен и я убежали от вас, — мрачно начала она, — после того, ну, знаете, после того, как он решил, что не хочет приносить Жертву. После того, как он сбежал из Дома Пяти Правил. Одним словом, мы убежали как можно дальше, потому что Глен сказал, что нет причины, почему он должен тихо сидеть и позволить всем вам убить его лишь потому, что он взял себе кое-что. — Джермин содрогался, слушая этот кошмар, но то, что она сказала потом, заставило его выпрямиться от шока. — А потом — вы не поверите, Гражданин Джермин, — а потом, когда после дня пути мы остановились отдохнуть, прилетел самолет!
Гражданин Джермин не поверил.
— Самолет! — Он позволил себе нахмуриться. — Гражданка, нехорошо говорить то, чего нет!
— Я видела его, Гражданин! В нем были люди. И один из них снова здесь. Он разыскивает меня с другим мужчиной, и я еле-еле убежала. Я боюсь!
— Нет причины бояться, нужно все обдумать, — автоматически сказал Гражданин Джермин. Так обычно успокаивают детей. Но самому ему было трудно сохранить спокойствие. Это слово, Волк, оно взрывало покой, оно подстрекало к панике и ненависти. Он хорошо помнил Тропайла, конечно же, это был Волк. Даже тот факт, что сначала Гражданин Джермин сомневался в его принадлежности к Волкам, сейчас служил веской причиной, чтобы вдвойне этому поверить; он отложил день расплаты с врагом всего живого, и сейчас в его воспоминаниях было чувство тайной вины, которое заставляло его сердце сильно биться.
— Расскажите мне подробно, что произошло, — сказал Гражданин Джермин, употребляя слова, в которых почти не было изящества; сказывался эмоциональный стресс.
Гала Тропайл послушно сказала:
— Я возвращалась домой после вечерней еды, и Гражданка Паффин — она взяла меня к себе, после того как Гражданин Тропайл… после того как мой муж…
— Я понимаю. Вы жили у нее.
— Да. Она сказала, что двое мужчин хотят повидать меня. Они грубо разговаривают, сказала она, и я насторожилась. Я заглянула в окно моего собственного дома, они были там. Один из них был в том самолете, который я видела. И они улетели с моим мужем.
— Это серьезное дело, — с сомнением признал Джермин. — Итак, потом вы пришли ко мне?
— Да, но они видели меня, Гражданин! И думаю, они пошли за мной. Вы должны меня защитить, у меня больше никого нет!
— Если только они Волки, — сказал Джермин спокойно, — мы поднимем против них народ. Итак, останется ли Гражданка здесь? Я пойду посмотрю на этих людей.
Раздался беспардонный стук в дверь.
— Слишком поздно! — закричала Гала Тропайл в панике. — Они здесь.
Гражданин Джермин выполнил ритуал приветствия, посетовав на убожество и бедность дома; предложил все, что у него есть, гостям; так приветствовали незнакомца.
У обоих мужчин не было ни вежливости, ни сообразительности, но все-таки они сделали попытку подчиниться минимальным официальным правилам знакомства. За это он вынужден был отдать им должное. И все же это тревожило больше, чем если бы они бушевали и вопили.
Он знал одного из мужчин.
Он вытащил имя из глубин памяти. Хендл. Этот человек появился в Вилинге в тот день, когда Глену Тропайлу предстояло совершить Жертвоприношение Спинномозговой Жидкости, в день, когда он освободился и убежал. Хендл расспрашивал о Тропайле очень многих, включая и Гражданина Джермина. И даже в то время, несмотря на волнения, связанные с маньяком-убийцей, с поисками Волка и Перемещением, Хендл поразил Джермина отсутствием воспитания и манер.
Сейчас уже это его не поражало.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
