отличишь от миллионов других камешков.
Одним из итогов исследований явились формулы, показывающие, насколько активно живет пляж. Целые «реки» гальки и песка перемещаются во время шторма вдоль побережья. Даже при рядовом волнении в четыре балла щебенка диаметром 5–6 сантиметров может передвинуться за сутки на расстояние до 2 километров.
Ученые показали, что уничтожение пляжей происходит, когда строители неумело располагают портовые сооружения.
В Гагре перед войной была начата постройка мола около устья речки Жоэквары. После того как мол был выведен в море метров на двести, берег начал изменяться. Знаменитый гагринский пляж растаял буквально на глазах. Начал разрушаться и парк. Только после того, как, по предложению ученых, был взорван мол и гальки, принесенные Жоэкварой, вновь стали разноситься по берегу морским прибоем, пляж восстановил свои прежние размеры.
Ну и, конечно, теперь, изучая географию древних морских водоемов, мы, используя метод В. П. Зенковича, уверенно решаем сложные палеогеографические задачи.
Немного о старом
В арсенал приемов и методов геолога входит много рецептов, указывающих, как восстанавливать древнюю географию. Эти приемы и методы, может быть, не так эффектны, как те, в основе которых лежат процессы, происходящие в атомах. Но они вполне добротны и надежны, и хорошо служили людям до поры атомных методов в геологии. Исследователю стоит только быть предельно внимательным и вдумчивым. Надо рассуждать и пытаться объяснять происхождение и возникновение каждого документа природы. Приведу примеры.
Два крупных исследователя древней биографии Земли, Д. Ф. Шамов и Р. Ф. Геккер, обнаружили окаменелые ватерпасы. Находки оказались и в Молдавии, и в горах Памира, и в горах-одиночках у Стерлитамака. Выглядели ватерпасы необычно. Это были какие-то полости, которые возникают и в ископаемых раковинах и в любых мягких горных породах. В таких полостях всегда можно встретить чужеродные минералы, частично заполняющие пустоту.
Если присмотреться к раковинам моллюсков, то все они обычно после смерти их обитателя занимают строго ориентированное в пространстве положение. А заполняющая пустоту фарфоровидная масса указывает, что пласт перешел в наклонное или даже вертикальное положение из горизонтального. Пользуясь таким ватерпасом, легко восстановить один из этапов жизни пласта горных пород.
А француз Матиас Мачинский нашел в одном из древних пластов отшлифованную трехгранную гальку. Такие гальки формируются в пустынях при определенной направленности ветра и лежат обычно острым концом к главному направлению ветра. Значит, Мачинский обнаружил след «ископаемого ветра»!
Шотландским ученым В. Харланду и И. Хаккеру повезло еще больше. В слоях, возраст которых исчисляется в 250 миллионов лет, они обнаружили фульгуриты — следы удара молнии. Это трубообразные тела, уходящие в толщу древнего песка, в плане они имеют звездообразную форму и состоят из стекла, в которое переплавился песок. Диаметр обнаруженного в Шотландии фульгурита около 35 миллиметров.
Можно без конца перечислять случаи обнаружения ископаемых почв, следов червей, ползавших в слоях, возраст которых исчисляется сотнями триллионов лет, и многих других свидетелей прошлого. Они позволяют нам восстанавливать древнюю географию Земли — палеогеографию. Надо лишь знать методы их расшифровки и быть внимательным.
Терра-росса
Несколько лет назад самолет кубинского Аэрофлота доставил нас в Гаванский аэропорт.
Первое, что поражает на этом острове, — это цвет земли. Терра-росса, красная земля, — так называются почвы южных широт. Мне и раньше приходилось видеть красные земли. Они развиваются на карбонатных и некоторых других породах в жарком и влажном климате. Все оттенки красных и желтых тонов можно видеть в таких почвах.
А в Албании и в Греции я видел желтые почвы. Цвет их удивительно напоминает ржавчину.
Желтоземы Средиземноморья развиваются на любых горных породах. Они по своему происхождению сходны с красноземами и отличаются от них лишь деталями своего химического состава.
На Украине же земля черная. «Царем почв» назвал профессор Докучаев, основоположник почвоведения, украинские черноземы. Докучаев первым из ученых обратил внимание на связь цвета почв с климатом.
Красный и желтый цвета тропических и субтропических почв — это результат комплексного воздействия влаги, ветра, температуры, то есть всего того, что в комплексе называется климатом.
В учебниках геологии и почвоведения обычно приводится каскад химических формул, разъясняющих сущность процесса почвообразования. Для нашего рассказа важны не формулы, а итог.
Почвообразовательный процесс — это одно из великих следствий незаметной, постоянно, день за днем идущей работы по переделке горных пород на поверхности.
Конечно, напрашивается и вывод: если среди напластований древних горных пород встретишь красные, желтые, бурые, черные переработанные горные породы, сходные с современными почвами, можно сделать вывод, что это ископаемые почвы.
Да, это так. На Северном Урале, в местности, косящей название «Красная шапочка», есть слои, очень похожие на кубинские почвы. Это алюминиевые руды — бокситы. В то же время это ископаемые почвы далекого девонского периода, которым около 400 миллионов лет!
Красные песчаники, реже глины и мергели такого же цвета, характерны для девонских отложений северо-западной части Европы. Их можно встретить и в Шотландии, и в Ирландии, и на Скандинавском полуострове, и в Беломорье в СССР.
Среди этих красноцветных пород встречаются остатки гигантских древних ракообразных, в том числе двоякодышащих, а также окаменелые многоножки и примитивные растения — первые обитатели суши. До этого растения и животные водились только в море.
Судя по древним почвам, в девонском периоде жизни Земли в этой части Европы был такой же климат, как сейчас в Африке, в окрестностях озера Чад. А современные двоякодышащие рачки и сейчас встречаются в Австралии. Обычно они живут в воде, но в период засухи зарываются в ил и дышат легкими — так же вели себя их далекие предки, которые первыми осмелились переселиться из морей на сушу.
Изучение древнего климата иногда заставляет отказаться от привычных представлений. Казалось бы, что может быть грандиозней землетрясений? Ведь это они разрушают города и поселки, буквально на глазах меняя облик местности! Да, конечно, но и климат делает свое дело, только более незаметно и тихо, и «работа» его ощущается лишь через многие столетия. Под его воздействием нацело перерабатываются и изменяются крепчайшие горные породы, принимает совершенно иной облик поверхность Земли, изменяется коренным образом животный мир, сменяются растения. Пожалуй, климат совершает работу, конечный результат которой несравненно больше, чем катастрофические воздействия землетрясений и вулканических извержений.
Блуждающие реки
«Двести пятьдесят миллионов кубометров воды обрушилось на Флоренцию!»
«Пострадала всемирно известная картинная галерея Уффици! Погибли мировые шедевры!»
«Уничтожено 400 тысяч книг!»
Я выписал только немногие из газетных заголовков, говорящих о трагедии большого города, что произошла в ночь с 3 на 4 ноября 1966 года. Река Арно, на которой стоит Флоренция, из-за больших дождей вышла из берегов. Воды реки хлынули через балюстрады
