только субъективной истории. У религии историю делает боженька – фатальная сверхъестественная человеческая комедия. Так замыкается круг мнения, что «история ничему не учит».
Логика диалектического глобального историзма как процесса, захватывающего массу явлений-фактов, заключается не только в изучении или редукции прошлого. Она неизбежна в его адекватной оценке со стороны: личности при постоянных рефлексиях собственных поступков, общества при выработке общечеловеческих ценностей. Происходит развитие прошлого (оживление истории) – развитие в формализованном состоянии его как консенсусного ноумена, как общечеловеческих ценностей. В дальнейшем процесс продолжается на стадии конструирования и моделирования-оптимизации лучших действий, исходя из имеющейся исторической основы моделей будущего. Идет реализация наиболее оптимальной на данный момент времени версии. Действие непременно должно завершать цикл воспроизводства истории, связывать в целостность «плохое» прошлое» и «светлое» будущее в глобальные процессы, происходящие во Вселенной.
Поэтому при учете исторического прошлого речь должна идти не только о реконструкции прошлых состояний или событий, как это обычно делает историческая наука, но и о приложении в виде этакой саморазвивающейся реконструкции к будущему. Говоря иными словами: история должна учить, чего она часто не может сделать, допуская глобальные кризисы и войны, по простой причине – нашего нежелания учиться у нее. Более того, можно выразиться кратко-точно: мы должны учиться у истории, а не ждать готовых редукций и рецептов будущего для совладания с негативизмами глобализма. То есть, в условиях кризиса умов необходимо самим вести наступательную тактику. Нужно исходить из исторических достижений и действовать как активное начало нашего существования. При этом учитывать стратегическое направление, задаваемое, как одухотворенную тенденцию, историей.
Известная всем позиция униформизма постоянно отрывает историю от человеческого существования, от человека, Она не в состоянии обеспечить даже мало-мальски должного предвидения будущего в глобальном исполнении. Отсюда, отчасти, периодические кризисы, когда историю рассматривают как замертвевшее и отжившее создание. При этом трансгуманисты считают, что она ничему научить не может, а возвеличивают свой субъективистский разум, который, отнюдь не безгрешен. Можно задаваться сакраментальным вопросом предвидения будущего, отвечать на него так или этак. Однако, идя изъезженными монолектическими путями, даже в принципе не увидишь «ни зги».
Будущее можно «увидеть» лишь в процессе его формирования как тенденцию – и этого достаточно для наличия путеводной звезды в лице истории. Поскольку этот путь мы уже проходили не раз и не два, – значит, в школе «высшей истории» мы не учились. Принцип исторического развития глобализма чужд униформизму и конформизму, и даже актуализму. Более того, диалектический историзм чаще выглядит как антиактуализм, поскольку нацелен на будущее, а не наоборот. Принцип развития глобализма должен сочетаться с историзмом – и в таком обличье действовать.
Следует учитывать, что состояние или явление глобализма всегда симметрично относительно своей устойчивости в униформистском понимании. Процесс же всегда асимметричен. И не потому, будто мы его понимаем в сказочном априорном переложении, а из-за его каузальной причастности к механизму развития. В диалектической связке глобализма, в которой они постоянно находятся вместе, это означает поляризацию их сущности. Сущность в развитии вообще не может быть симметричной и устойчивой, поскольку симметрия (двойникование) – признак отражения объективного в субъективном. Но не развития, благодаря постоянной поляризации. Сам признак симметрии характерен лишь для неконформных (статических, гипотетических, то есть, бабушкино-сказочных) систем в случае их репликации под действием внешних факторов. В любом раскладе, при таком рассмотрении сами системы должны рассматриваться более широко, глобально. Они должны становиться динамичными, но динамичными не в бытийном современном осознании, а в истинно-диалектическом, процессно-явленном исполнении глобализма.
Только в процессе асимметрии возможно развитие, возможен процесс поляризации, при котором система «Мир существует» приобретает характер устойчивого глобального образования. Устойчивого за счет процессного «убегания» от капкана симметрии. То есть глобализм истории реализуется и становится детерминировано-устойчивым именно в процессе, а не в состоянии. Он существует благодаря такому двойникованию от извечной поляризации. В этом отношении заслуживает внимания синергетический историзм глобализма, который начинает развиваться «трудной» наукой в кострах уничижительной критики от классических авторитетов. Критика нужна, но в данном случае она не способствует становлению синергетики, поскольку из критики не вытекают направления должного путевождения. Однако он, в самом деле, должен основываться на принципах диалектической самоорганизации, а не на некоей непонятной имманентной самоорганизации, которая стала притчей во языцех…
Диалектический глобализм включает в себя основу исторического детерминизма и канву логического трансцендентального индетерминизма. В том отношении, что развивает их, учитывая не только факт взаимной обусловленности, но и причины проявления этой определенности в виде действующих сил истории. Эти силы обычно остаются в стороне от взора исследователей, поэтому кажутся несколько таинственными по характеру своего воздействия. Например. Нет-нет, да появится некий исторический факт, который вроде бы совершенно невозможно было предсказать, хотя бы в случае «сугубо непредсказуемых» прогнозов экономического кризиса. Откуда он взялся? – от объективной направленности, объективного детерминизма в основе действия, хотя само действие может существенно корректировать его ход.
Такая корректировка глобального обуславливает эту казуистическую «непредсказуемость», хотя она принципиально существенно не меняет расклада сил и обстоятельств. Это как довесок к основному из-за совместного развития объективного по сути детерминизма и случайной субъективной неопределенности. При этом важно отметить, что последняя «случайность» должна классифицироваться как «квазислучайность», поскольку носит прагматически-субъективный характер искажения самого глобализма.
В ходе такой субъективной корректировки детерминированного объективного сам исторический детерминизм характеризуется тем, что, например, то или иное историческое событие произошло, но произошло индетерминировано. Поскольку оно произошло в процессе развития, в субъективном развитии объективной прозрачной определенности. Такая индетерминированность на примере субъективного глобализма означает его вседозволенность. Однако на деле это есть недоучет глобальной истории в ее голословной интерпретации примеров катастроф прошлого времени. Так оказывается более важным вырванное из истории событие, а не причина или следствие, а то и сам процесс, как тенденция будущего. В этом отношении принцип диалектического историзма чрезвычайно важен для понимания диалектического глобализма.
1.10. Аффекты субъективности
Согласно современным диалектическим установкам, на роль глобализатора сущего может претендовать лишь самоорганизация с ее тенденциями развития в виде «объективных отборов» (инструментами-процессами объективного воздействия на мир). Кроме прочего определяющего, вечного, самоорганизация дает возможность существовать субъективностям: личностным, общественным, природным. В качестве природной субъективности в основном выступает сама самоорганизация – в виде точечного отбора развития сущего. Отбор структурный включает в себя действие точечного отбора, но во многом определяется средой обитания и общественным влиянием.
Аффектация субъективности прямо связана с искажением объективного глобализма. Будь то личностная субъективность, с ее глагольным ментальными модусами, или социальная субъективность – с «законами меньшинства». Или природная, всеобщая субъективность со случайными флуктуациями со стороны внешней самоорганизации при воздействии на личность или сообщество. При этом страдает как процессное объективное, так и
