они его называют. А попросту, шулера! Который оберет многих из этих искателей легкой наживы до нитки.
Меня же целиком и полностью захватывает придуманная нами роль то ли праздношатающейся дочери обеспеченного человека, то ли ищущей веселья барышни, которая вот-вот готова сыграть. Моя задача — немного отвлекать их, по возможности заглядывая в чужие карты и подавая Алексу некие условные сигналы. Я в приятном возбуждении!
Все это кажется легким приключением, он же просит меня не заигрываться и быть осторожной. На самом деле, ничего такого особенного от меня не потребуется.
А ещё, я глупо волнуюсь в присутствии Алекса, постоянно ожидая флирта с его стороны, но этого нет! Когда мы шли к нему впервые, в съёмную комнатушку праджэкта на Манхэттене, я колебалась и сгорала в пламени сомнений. И была уверена, что там он захочет обнять, поцеловать меня.
Иногда он смотрит так жарко, что, кажется, сердце сейчас выпрыгнет из груди, но как же это возможно, что он ещё не сделал ни одной попытки сближения?
Я с трудом сосредотачиваюсь пока он объясняет мне правила их игры. Когда он близко. А близко он всегда.
Порою дверь в нашу комнату с довольно аскетичной обстановкой — стол, кресло, кровать, шкаф, открывалась без стука, чтобы в нее просунулась какая-нибудь озорная мордашка маленького мексиканца или двух, или даже трех, которым вдруг стало очень любопытно. Улыбаясь им, мы слышали окрик их мамаши, которая, впуская нас в свою неряшливую из-за большого количества детей квартиру, смотрела с ироничным пониманием. Я думаю, она не сомневалась, что мы пришли сюда целоваться или кое-чего ещё.
Ничего не могу поделать с собой, смущаясь как дурочка всякий раз, когда мы с Алексом оказываемся наедине. Надеюсь, это все же не слишком заметно.
— В джинсах ты была похожа на малюсенькую девчонку, а сейчас — ты роскошная женщина! — произносит он, и я невольно оборачиваясь к нему, переставая ходить, вся лучась от удовольствия, — знаешь, там околачиваются разные типчики, кто-то может начать приставать. Просто игнорь, не бойся! В казино охрана, тебя не тронут. А вне казино команда не даст в обиду, ясно?
— Да.
— И я не дам! — добавляет. Вдруг подходит ближе, — сейчас это будет быстрое знакомство со всеми, в машине. За пару кварталов высадка, затем каждый добирается по своему плану до места. Ты поедешь на такси. И помни — мы все не знакомы! В казино собираются случайные люди.
Киваю, запоминая. Просит повторить адрес, который я назову таксисту, послушно повторяю. Потом адрес, куда я доеду на такси после.
— И ещё, — Алекс делает паузу, подойдя совсем близко.
Теперь я даже ощущаю его запах, что-то мятное, возможно ментоловое, вкусное, и еле уловимый аромат туалетной воды или может быть, это запах его геля для душа? Голова моя кружится.
— Я сказал, что мы вместе. Ты не против? Ну, так будет безопаснее для тебя. В нашей команде все парни и только одна девушка, мы зовем ее Стелла. Она крупье в нашем основном казино. Когда-нибудь ты сможешь увидеть ее за одним из столов, высокая брюнетка с татуировкой на шее…
Он говорит, но словно обволакивает меня. Медленно обходит вокруг. Теплое дыхание Алекса щекочет волосы — так близко от меня он ещё никогда не был.
Резковато поворачиваюсь, оказавшись с ним носом к носу. Хочу поймать в свои сети, наконец, это обаятельное, вечно ускользающее чудище, которое не могу до конца разгадать. Смотрю смело в смеющиеся синие глаза и ожидаю, с трепетом, нашего неизбежного первого поцелуя.
Я хочу этого поцелуя сейчас, даже зная, что многочисленная мексиканская малышня может ворваться к нам в комнату в любой момент.
— Знаешь, а ты похожа на француженку, — мечтательно шепчет он и касается рукой моих волос. Абсолютно неподвижная, я слушаю как грохочет мое сердцебиение где-то в ушах. Он смотрит на меня как зачарованный. Но ничего не делает, даже не двигается, — в тебе столько красоты! Я назову тебя Эжени!
— Эжени? — тупо переспрашиваю. Тянусь губами к его губам, — у тебя что, была француженка?
Усмехается, легко уворачиваясь от поцелуя.
Все наши действия такие едва заметные, невесомые, что со стороны, наверное, кажется, что мы просто тихо беседуем, склонившись друг к другу.
— Скажешь тоже. Все, пора, — он нежно целует меня в висок, и этот висок потом ещё долго-долго горит, — просто твой акцент так заметен, что для всех пусть ты будешь Эжени, иностранка! В казино можешь представляться также. Когда задают вопросы, загадочно улыбайся или говори что-нибудь незначительное. Там не принято рассказывать о себе. Кстати, команде не рассказывай о себе ничего тоже. Хотя, у нас нет болтливых.
Алекс уверенно берет меня за руку и выводит из комнаты. Я оказываюсь среди детского шума и гама, незнакомых прежде запахов еды и страшного беспорядка, а он как-будто даже не замечает всего этого. Мария, временная хозяйка муниципального жилья, всплескивает руками при виде меня и что-то эмоционально, с улыбкой произносит на испанском.
— Hermoso, hermoso, — кричат мне дети и бегут за нами до самого общего коридора. Мы с Алексом улыбаемся.
— Это означает красивая, — говорит он, и подмигивает им на прощание, — ты произвела на них впечатление!
Я вдруг обращаю внимание на то, как он одет. Впоследствии, я отметила для себя, как все они одевались — только два базовых цвета. Серый и черный. Так незаметнее.
На нем черные брюки и туфли, темно-серая рубашка. И ему безумно идёт! Алекс не дает рассмотреть себя как следует, увлекая в темный переулок. Здесь плохой район, а на часах одиннадцать вечера. Сегодня я не вернусь в общежитие колледжа.
В переулке уже припаркован черный микроавтобус с тонированными стёклами. Алекс садится первым, затем подает руку мне и я, придерживая подол вечернего платья, скольжу внутрь. Сажусь на свободное место рядом с ним. Обвожу глазами сидящих — молодые люди, все на вид примерно до тридцати лет. Внезапно во рту пересыхает.
До меня начинает доходить, что натворила! Я совсем одна среди незнакомых парней, которые могут сделать со мной все что захотят, прямо сейчас. А после просто выбросить мой труп где-нибудь далеко за городом, и никто никогда не найдет меня.
Но страшно всего только секунду-другую. Ровно до момента, пока я не перевожу взгляд на Алекса, и он начинает спокойно представлять мне их всех.
— Знакомьтесь, Эжени! Эжени, это Тень, человек, который видит все и всех во время работы. Его главная задача вовремя заприметить любой нездоровый движ. Ну, и предупредить остальных.
Молодой человек невзрачной наружности кивает мне, внимательно изучая водянистыми
