Читаем без скачивания Пламя и лед - Иван Беров

Шедире слишком поздно поняла свою ошибку – рыцари уже действовали сообща. А ее некогда ненавистный Мальвеус был не самым опасным противником. Робар раскрыл ее зачарованного воина и смог одним ударом расправиться с ним, а теперь его меч Солнца мог в одно касание перерезать ее горло. Только вот последнее в планы Шедире никак не входило. Робар вообще не фигурировал в ее предполагаемом разговоре с Акмальди. Конечно, магине жаль было терять башню, но жизнь была дороже. Хотя волшебница ламбирдов была не из тех, кто заранее признавал поражение.

Одно лишь заклинание из арсенала магов воздуха – и бравый сержант рыцарей отлетел на пять метров назад.

– Акми! – Робар слишком поздно понял, что дела пошли не так, как они того хотели.

Обстановка вокруг Мальвеуса и Шедире стремительно начала меняться. Белый туман вдруг, откуда ни возьмись, окутал весь зал. Где-то кричал Робар. Акмальди видел, что маневр верного друга привел к смерти какого-то зачарованного монстра, но это его уже не волновало – последний кусочек магической мозаики встал на место, и Мальвеус уже произносил нужное слово заклинания исхода.

Все вокруг задрожало, и раздался оглушительный треск – ледяная башня разрушалась. И у Акмальди еще оставался меч. Меч, который двигался. Двигался в сторону ускользающей Шедире. Слова «прости и прощай» уже слетали с его губ, когда перед острым сверкающим лезвием появилась еще одна пара глаз.

Ребенок!

Робар увидел, как между магиней и Акмальди откуда-то появился маленький мальчик.

Повинуясь сердцу, сержант перехватил свой верный меч и выбросил оружие, точно копье, в полоску лезвия меча магистра.

– Фанатик долга! – произнесла Шедире, заметив на лице своего бывшего любовника изумление.

Лицо, как две капли воды похожее на него самого, но только юного и молодого, смотрело на Белого Грифона. В широких изумрудных зрачках читалось удивление, а маленькие ручки сильнее сжали платье волшебницы.

– Это… это…

– Твой сын – Никсалорд Летаврус! – громко произнеся имя своего сына в лицо Акмальди, магиня ламбирдов не стала размениваться на приветствия. Все, что она хотела получить – она получила. Оставалось только спокойно уйти из этого мира в родные для нее края. А подлец, чуть не поднявший на своего сына меч, заслуживал хорошего урока. «Кулак ветра» подходил для этого лучше некуда. Магистр ордена, потеряв контроль над ситуацией, пропустил последний удар Шедире. Броня Бастиона духов выдержала удар, не дав трещин и вмятин, а вот сам Мальвеус не смог устоять на ногах: его отбросило назад, а потом все его тело сотряс сильнейший шоковый удар. Что-то очень сильное пронзило все тело магистра. Словно какая-то невидимая игла прошла через кожу, ткань, ребра и добралась до сердца.

Робар видел, как его командир получает самый серьезный отпор за всю эту кампанию. Магиня не стала его жалеть. Она уже с силой направила на Акмальди удар своей магии, впечатав тело рыцаря в энергетический барьер. «Но откуда этот барьер взялся?» Робар сам был в зоне телепортации и находился от Шедире на достаточном расстоянии, чтобы пережить магическую атаку, но его никак этот барьер не задел.

Он прекрасно видел перед собой эту ледяную массу. Такую хрупкую на вид и такую прекрасную в своем строении. Полупрозрачные стенки и переливающиеся всполохи силы, снующие вверх-вниз… Да, вот чего он хотел – познать эту мощь, прикоснуться к ней и почувствовать источник силы. Да, он его видел как на ладони. Кровь убитых им только что жертв и приобретенные от башни навыки показывали ему, что яркий горящий столб силы, питающей ледяную башню, находится недалеко от него. Нужно только попасть внутрь.

Еще теплый, не замерзший человек, визжащий от боли и страха, мог сослужить последнюю службу.

– За короля! – сильная рука мага одним движением подняла тело раненого и со всей силы прислонила его к ледяной стене.

Покрываясь кровавой оледенелой коркой, несчастный быстро врастал в ледяную толщу, проплавляя остатками своей жизни защищающую башню магию.

Прочитав нужное заклинание, маг быстро оказался внутри сине-серых покоев.

Блестящие, холодные и гладкие стены встретили чужака своим вечным спокойствием. Подобно ледяной пустыне они также спали в вечном сне, томительно ожидая своей смерти, сулившей долгожданное пробуждение. Что-то шаркало рядом с ним, а в стороне слышался тихий лязг обнажаемого оружия.

– Похоже, защитник все же бросил не всех своих мертвецов на защиту крепости.

– Замри! – команда, прозвучавшая в адрес белому лицу, возымела эффект отчасти благодаря магическому символу, проступившему на лбу мага.

– Кто сейчас обороняет главный зал?

– Хозяйка, – произнес мертвец, точно выговаривая бескровными губами каждую букву.

– А где покои Азинелиуса?

– На втором уровне телепортации.

– Акмальди уничтожает башню! А вы должны помешать его рыцарям сделать это!

– Слушаюсь! – сверкая своими черными швами на бледно-белых спинах, охранявшие башню мертвецы поспешили выполнить полученный приказ.

Маг довольно улыбнулся, провожая взглядом мощные спины сшитых из отслуживших свое кусков плоти существ. Наделенные толикой разума и частичкой изначального духа, эти выходцы из мира мертвых были отличными солдатами и, в отличие от поднятых из могил полуразвалившихся зомби и скелетов, не демонстрировали животного поведения и постоянного чувства голода и агрессии. Где-то в отголосках памяти всплыла информация о том, что подобное существо может полностью обрести утерянную жизнь и восстановить душу, пройдя череду сложных ритуалов, называемых степенью очищения.

– Да! – ему было очень приятно опробовать свои умения, полученные от башни, внутри ледяных покоев.

Всего пара секунд потребовалась магу для активации перехода в интересующее его место.

Знакомая по воспоминаниям Банга комната встретила его полюбившимся интерьером. Здесь все было на своих местах: роскошные ковры, лакированный деревянный пол, мебель из редчайших пород дерева и высокие книжные шкафы с собраниями трудов по демонологии, магии вызова и реинкарнации – все это магу было почти родным. Родным, поскольку картинки из его памяти могли рассказать о каждом из этих предметов много интересных подробностей. Почти, потому что маг сам оказался в этом месте впервые в жизни. Он пока что лишь аккумулировал полученные им знания. Вот и большой крепкий стол, стоящий, как монолит, на шести толстых ножках. Выполненные в форме волчьих лап деревянные подпорки периодически совершали движения вверх-вниз, подражая движениям натуральных конечностей, отчего тяжелая крышка надрывно скрипела. Имевшая форму прекрасного женского тела верхняя часть стола удерживала яркий хрустальный шар, от которого расходился пучок тончайших блестящих нитей. Маг знал, что эти нити таят в себе мощную магию, позволяя наблюдателю вызывать любого из связанного договором раба.

– Только вот я больше не раб, – сказал маг, адресуя свои слова огромному телу, лежавшему на полу рядом с магическим столом.

Под черной лоснящейся кожей, покрытой возле суставов острыми рожками, до сих пор вздрагивали отдельные мышцы, но могучему телу не хватало головы, чтобы подняться и отомстить за жестокую смерть.

Маг протянул руку и накрыл своей ладонью поверхность колдовского сосуда.

Шесть ножек стола попытались отодвинуть магический артефакт, но маг напустил на деревянные конечности огненных духов. Живое дерево понимало абсурдность борьбы с голодным огнем. К тому же поврежденные оболочки все равно были обречены на верную смерть: из стола уходила магическая сила. Деревянные ножки быстро прекратили сопротивление, предпочтя секунды свободы минутам смерти.

– Теперь я – твой хозяин!

Из ладони мага в колдовской шар порхнула ветвистая молния.

Деревянная голова женщины издала истошный вопль, а превращенные в древесную плоть руки попытались задушить нового хозяина.

Маг прекрасно знал, что для создания подобного артефакта наблюдателю пришлось принести в жертву не один десяток людей. Синеглазой брюнетке, очевидно, пришлось стать последней. Конечно, где-то в глубине души маг об этом пожалел. Ведь с такой талией и гривой волос дама идеально подошла бы к его постели.

Опустошаемый силой мага колдовской шар начал звенеть, и по деревянному дергавшемуся телу побежала трещина. Начавшаяся возле пупка, волна разрушения прошлась вдоль деревянной фигуры в сторону головы и пят.

– Свобода! – произнес артефакт голосом изможденной дамы перед тем, как помещение сотряслось от сильного взрыва.

Сайрус не мог поверить, что среди тучи летающих щепок и обломков кристаллов он видит знакомую фигуру.

– Лайлоф?

Фигура шелохнулась.

– Что ты здесь делаешь?

– Помогаю людям избавиться от сил тьмы, – прозвучал голос молодого мага.

– Но как ты оказался здесь?