– Считал ли кто, сколько внебрачных детей мог оставить Джузеппе Верди?
– Таких математиков пока нет, – заключил правнук. – Но прикиньте, детей могло быть около десятка, внуков – вдвое, втрое больше, и то, если они вели себя скромнее деда, но таких ярких талантов никто пока не обнаруживал. – Правнуков нас, наверное, более полусотни. У меня, например, уже трое внуков. Вот и считайте! Высшая математика!
Сегодняшние гении умеют считать. И сколько потомков у Верди, не знает никто. Но разные интимные личные истории в фокусе интересов итальянской публики были и остаются. Тем более, если они касаются знаменитостей, первых лиц государства.
О Берлускони известно все. И в этом его преимущество. Он не скрывает ничего.
Синьор С. Берлускони проявляет живой интерес ко всем сторонам жизни, к конфиденциальной информации. Особое внимание – устоям итальянского общества, реалиям, сложившимся на перекрестке XX – XXI веков, новым обычаям в человеческих семейных отношениях. Например, опрос общественного мнения показал, что 69 процентов итальянцев выступают за то, чтобы считать действительными гражданские браки, не зарегистрированные в церкви или мэрии. Что ж? Это – реальность. И почему бы с ней не считаться, не провести соответствующий проект через парламент? Берлускони – «за» и при этом задает логичный вопрос: «Если бы такой закон существовал в XIX веке, то сколько бы официальных детей было у Джузеппе Верди? Вот был бы мощный разноголосый ансамбль».
* * *Фразы и афоризмы С. Берлускони и его оппонентов
Конституции не меняют как галстуки или перчатки, но изнашивается все, включая Основной закон.
«Гаффы» (незначительные ошибки) С. Берлускони только выглядят «гаффами». На самом деле все высказывания взвешены и продуманы, делают «затравку» для продолжения спора, полны весомых аргументов в развивающейся дискуссии.
Телевидение играет роль маяка в окружающем нас море – мире.
Для властьимущих Конституция может играть роль щита.
Театральная жизнь: много людей, мало храбрости.
Многие люди очень умны, но они это почему-то очень упорно скрывают. Потому что умные…
Попробуйте объяснить и найти выход из состояния хаоса, в котором живут миллионы людей.
Если дороги пролегают по окопам, значит вокруг – война.
Если мы едем в ночи, то выедем куда-либо засветло.
Круче бери, быстрее перевернешься. Но не бойся!
Когда мафиозо слышит, как премьер называет судей антропологически ненормальными, это придает ему силы и укрепляет уверенность.
«Я пришел к власти в 1994 году примерно таким, как А. Де Гаспери в 1948-м. Поэтому я – подлинный наследник Де Гаспери, а не демохристиане», – заявил С. Берлускони 14 октября 2003 года в Риме. Газеты откликнулись на эту реплику премьера с долей иронии и отметили: почему бы тогда каждому деятелю не обзавестись правом сравнивать себя с Карлом Великим, например. И вообще не следует ли воздержаться от присвоения разного родства, происхождения от самых талантливых отцов, когда и одного своего вполне достаточно.
Глава III Крылья любви и бизнеса
Как все юноши начала 60-х годов Сильвио был романтиком, мечтал о большой светлой любви. Зачитывался Стендалем и нередко видел себя на месте его славных героев. И вот так однажды, мечтая, «паря в небесах», он вдруг пришел в себя на земле у стены Центрального вокзала Милана. Перед ним на остановке автобуса 26 маршрута стояла девушка, как ему показалось, удивительной красоты и душевной чистоты. Возможно, та, о которой он только и мечтал. Он словно сжался в кулак, собрал всю свою волю и решимость и сделал первый шаг. «Сильвио!» – представился он и протянул руку. Она поколебалась мгновение, щеки стали пунцовыми и ответила, не опустив глаза: «Карла… Дель Ольо».
А потом они гуляли по Милану до позднего вечера. Затем Сильвио представил Карлу своим родителям, получил благословение и 6 марта 1965 года повел невесту под венец. На свадьбу были приглашены все близкие друзья, и их было полон дом.
…Прошел ровно год, и 10 марта 1966 года у счастливых молодых родилась дочь. Ее назвали Марией-Эльвирой. Это официально в местном анаграфическом офисе, а между собой в семье – просто Мариной, как ее и зовут все до сих пор.
Март для четы Берлускони был месяцем особым. В 1968 году, вновь в марте, 28-го, родился сын Пьер Сильвио, которого с легкого словца отца стали с улыбкой величать не иначе, как Дуди.
Сильвио и Карла свили свое собственное первое миланское гнездышко в доме на улице Сан-Джиминьяно, откуда перебрались в пригород Аркоре. Это название стало синонимом штаб-квартиры предпринимателя Сильвио Берлускони.
Шло время, расширялся круг деловых знакомств и контактов, росли банковские счета, но Сильвио оставался верен своему избранному «стилю жизни», как точно подмечено в брошюре «Одна итальянская история», – «размеренной форме нормального человеческого поведения, без кичливости, чванства, зазнайства, выставления собственного “я”, возвышения над другими». Например, Сильвио и Карла не желали, чтобы их дети выделялись внешне среди сверстников, поэтому не создавали для них каких-либо особых условий. Пусть, мол, растут как все остальные, а когда станут постарше, можно и поддержать. В разных смыслах. Без этого движение вперед затормозится. А пока детство, – формируйте характер, подставляйте лицо ветру, плывите по воле волн, но не сбивайтесь с курса (за этим следили капитан – глава семьи и штурман – мать Карла).
Казалось бы, что могло нарушить быт и ровное течение жизни такой красивой обеспеченной буржуазной семьи? Но бывает, что незримо возникает какое-то неудобство, стеснение, чувство взаимной несовместимости. Это состояние, обычно проявляющееся по прошествии 8–10 лет совместной жизни, супруги преодолевают по-разному. У Берлускони размолвки закончились разводом, что было непросто по итальянским законам 70–80-х годов. Умные, уважающие друг друга люди в критические моменты не поддаются временному избытку негативных настроений и чувств. Сильвио и Карла расстались благородно, сохранив дружеские отношения, делая все возможное для детей – Марины и Пьер Сильвио, отдавая им и внимание, и заботу.
Даже суперзанятость на работе не обрекает блестящего, красивого, преуспевающего мужчину на долгое одиночество. Свято место, как известно, пусто не бывает. По этому закону живут и душа, и сердце. Весь человек. И здесь Берлускони не стал исключением. Любовь, как шквал, нагрянула внезапно. Coup de foudre. Вновь любовь и вновь с первого взгляда. Таков весь Сильвио.
Это было в начале 80-х годов. Сильвио отправился в миланский театр «Мандзони» на премьеру нового разрекламированного спектакля. Пьеса оказалась тоскливо-скучной и осталась бы таковой, и бесследно ушла из сознания публики, если бы не красавица актриса – исполнительница главной роли Вероника Ларио. Позже Сильвио скажет: «Это было как приговор судьбы, как удар молотка кого-то Сверху. Все было решено сразу и бесповоротно – а-ля Берлускони».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
