– Чертова баба! – в сердцах выпалил мистер Вест. – Терпеть не могу болтушек!
Монолог миссис Хеммингс пришелся для Хелен как нельзя более кстати, но делу Грациеллы нанес сокрушительный удар. Миссис Хеммингс не только подчеркнула странность ее требований, но и выставила мистера Веста не в лучшем свете, обращаясь с ним как с мальчишкой и рассказав инцидент из прошлого, который тот предпочел бы забыть. Кроме того, его убежденность в непомерной глупости Хэтти была столь велика, что любое исходящее от нее предложение не могло не показаться ему нелепым. Мистер Вест преисполнился решимости не уступать желаниям подозрительной итальянки, что могло бы ущемить достоинство миссис Дарси.
Грациелла мгновенно учуяла перемену в настроении судьи. Она приготовилась к последней атаке и, слегка опершись на его руку, указала на чемодан, стоящий у ее ног.
– Давайте забудем о его содержимом. Разрешите мне хоть одним глазком заглянуть в чемодан этой дамы, – сладким голоском протянула она, – чтобы рассеять последние сомнения.
Оборонительные бастионы мистера Веста дрогнули. Он явно заколебался.
– Что ж, не вижу в этом ничего предосудительного, – ответила Хелен, – но сначала я должна поговорить с мужем, спросить у него разрешения. Он такой… щепетильный, знаете ли. Но я постараюсь его убедить, что эта итальянка вправе рыться в моих личных вещах.
Упоминание о мистере Дарси решило исход дела. Мистер Вест почувствовал, что сыт по горло иностранцами и связанными с ними недоразумениями. Не зря он всю жизнь считал итальянцев подозрительной нацией!
Напустив на себя важный вид, он авторитетно заявил, что не намерен беспокоить мистера Дарси подобной просьбой.
Грациелла поняла, что дело ее проиграно, и отступила.
– Возможно, я все-таки ошиблась, – как ни в чем не бывало заявила она.
– Похоже на то, мэм, – отозвался мистер Вест. – Ваши притязания противоречат здравому смыслу.
Хелен объяснила бы решение мистера Веста иначе: чары Грациеллы были развеяны благодаря вмешательству миссис Хеммингс, подобному выстрелу из дробовика, подкрепленному тяжелой артиллерией возможного неудовольствия мистера Дарси.
Грациелла присела в изящном поклоне, попрощалась с мистером Вестом и Хелен почтительным “addio”, подхватила чемодан Хелен и, не оборачиваясь, направилась к своему экипажу.
Глядя вслед удаляющейся карете, мистер Вест с облегчением произнес:
– Странное дело! Чертовски странное! Рад, что все закончилось!
Хелен повернулась к судье.
– Вы правильно поступили, – поздравила она его. – Поставили ее на место, причем обошлись с ней очень гуманно. Не подобает проявлять невежливость по отношению к даме. Тем более иностранке, которой следует оказывать всяческое уважение. Вы были с ней учтивы, но непреклонны, мистер Вест!
– Ну, не знаю, миссис Дарси, – ответил тот, тщетно пытаясь сообразить, что произошло. – Мне пора идти, я и так потерял много времени. Я, знаете ли, очень занятой человек, хотя, конечно, стараюсь в меру сил разрешать неожиданно возникающие проблемы. Возьмем, к примеру, мисс Грациеллу! Она бы ни за что не ушла, не повидавшись с вами, но все получилось как нельзя лучше. Да, думаю, она вас больше не побеспокоит. Ну, а сейчас вынужден вас покинуть. До вечера! Всего доброго, мэм!
Хелен вернулась в гостиную, где ее терпеливо дожидался мистер Дарси. В ее отсутствие он явно не терял времени зря, поскольку, завидев ее, перестал читать документ, который держал в руках, и аккуратно сложил его.
– Ушла? – спросил он.
– Грациелла такая красивая и очаровательная! – сказала Хелен. – Однако ее обаяние не выдержало огня из орудий миссис Хеммингс и угрозы канонады с вашей стороны.
В ответ на просьбу пояснить, что имеется в виду, Хелен дала подробный и беспристрастный отчет обо всем, что произошло во дворе. С особенным удовольствием она рассказала историю Кларенса Дюбуа и Иеронима Веста. Мистер Дарси оказался благодарным слушателем.
– Вы думаете, мы еще увидим красотку Грациеллу? – спросила Хелен.
– Предчувствую, что вскоре мы удостоимся визита ее брата, – ответил он и с приятной улыбкой добавил: – Итак, на чем мы остановились?
– Не пойму, о чем вы, сэр, – прежним ледяным тоном произнесла Хелен.
– Кажется, мы остановились на том, что я деспотичный, властный и высокомерный, – любезно напомнил мистер Дарси. – По-моему, вы не закончили свою обличительную речь, когда пришел мистер Вест.
– Закончила, – возразила Хелен. – Мне совершенно ясно, что вас уже не переделаешь, вы твердо намерены поступать по своему усмотрению. Я не в силах помешать вам делать то, что вы хотите. Смею надеяться, однако, что, пока я беседовала с мистером Вестом и Грациеллой, вы обдумали на досуге то, что я вам говорила насчет… денег и одежды.
– Обдумал, – подтвердил мистер Дарси, – и решил выдать вам аванс в счет будущего жалованья. Не всю сумму, заметьте, поскольку вам ни к чему носить крупные деньги в сумочке или прятать в сундуке – лишняя забота! – но достаточно, чтобы хватило на неделю-две. Полагаю, такой вариант устроит нас обоих.
Хелен было неловко принимать от него деньги.
– Нет, прошу вас, пока не давайте мне ничего! В этом нет ни малейшей необходимости!
– Боюсь, необходимость есть, и большая. Мы же заключили сделку. Я намерен выполнять свои обязательства, равно как и вы – свои. Между прочим, половину своего жалованья вы уже заработали.
– Но я ничего не сделала! – запротестовала Хелен.
– Напротив, вы сделали очень много: узнали Винченцо, несмотря на маскарад, и сорвали его коварный замысел, и, похоже, провели операцию с блеском. Жду не дождусь его следующей попытки вернуть чемодан, а пока надеюсь, вы не обидите меня отказом и примете часть жалованья.
Больше ей нечего было возразить.
– Вы невозможный человек! Для вас все средства хороши, лишь бы добиться своей цели! – воскликнула Хелен, густо покраснев.
– А, еще один эпитет! Я было подумал, что вы покончили с описанием моего характера. – Но и вы, мэм, не лишены недостатков: вы чересчур щепетильны, раз не желаете принимать честно заработанные деньги.
Хелен прибегла к извечному аргументу проигравших в споре:
– Это совсем другое.
– Я допускаю, что для молодой женщины непривычно путешествовать с мужчиной и принимать от него в подарок одежду. Я признал это с самого начала и полагал, что вы забудете о своих принципах на время нашего партнерства. Но необычные обстоятельства, в которых мы оказались, не дают вам права подрывать мою репутацию, даже если мы находимся в Богом забытом уголке.
Хелен ахнула.
– Подрывать вашу репутацию?
