И один козырь у него имеется — рубин фортуны. Эта мысль придала мне сил. Отец тоже нуждается в моей помощи. Если не ради себя, то ради него я обязана выбраться отсюда и вернуться к Кроверусу за средством против Бессердечности.
Когда грохотать перестало, снова воцарилась ночь и относительная тишина.
— Ну, наконец‑то, — проворчал Магнус. — Неужели мы всё‑таки поспим сегодня! — И тут же захрапел.
— Ливи…
— Да, Озриэль? — также шепотом ответила я.
— Прости за то, что наговорил сегодня днём.
— И ты прости. Для меня очень важно твоё мнение, просто есть вещи, которые должен сделать, даже если весь остальной мир против, потому что иначе перестанешь быть собой… понимаешь?
— Я понимаю, что мне не угнаться за тобой, Ливи, и это меня пугает, — вздохнул он. — Но ещё я понимаю, что никогда не смогу тебя отпустить, и больше не отпущу. Ты мой мир, Ливи.
— А ты мой мир. Озриэль…
— Мм?
Я помедлила, думая рассказать ему о неудаче с щипцами, но решила отложить это на потом. Сперва лучше разобраться с более срочными проблемами.
— Так, ничего. Спокойной ночи…
— И тебе спокойной. Ты ведь никуда не денешься? — пробормотал он в полудреме. — Только никуда не уходи, Ливи, пожалуйста…
— Я никуда не ухожу, Озриэль, я здесь, с тобой, — прошептала я и услышала в ответ ровное дыхание.
В парадную дверь колотили так настойчиво, будто не знали, что ломятся в замок дракона.
— Иду! — недовольно крикнул Хоррибл, шаркая шлепанцами и широко зевая. Принесла же кого‑то нелегкая посреди ночи.
Он растворил дверь и смерил взглядом посыльного, с которого ручьями текла вода. На улице свирепствовал ливень.
— Вот, — выпалил эльф, не дав Хорриблу и рта раскрыть. — Велели лично в руки. Дело срочное.
Хоррибл взглянул на печать на конверте и мгновенно проснулся. Даже ночной колпак стянул и почтительно переместил под мышку.
Кинув посланнику золотой, он поспешил к покоям молодого хозяина и, собравшись с духом, постучал.
— Завтра, Хоррибл! — раздалось из‑за двери.
— Это от вашего отца.
Внутри зашевелились, послышался грохот опрокинутого стула, сдавленное ругательство, и на пороге появился растрепанный заспанный Якул. Он посмотрел на конверт, нахмурился и махнул.
— Заходи.
Девять с половиной минут спустя Рэймус растворил двери ангара, и полусонный ящер взмыл вместе с седоком в ночное небо, сотрясаемое громом и освещаемое вспышками молний.
Глава 11
Злодейский план идёт, как по накатанной
Я думала, что заберут только меня, но явившийся на следующее утро голем с глазами — сапфирами и одетый, как стражник, отомкнул обе темницы и махнул следовать за ним. К счастью, он не заметил отсутствия у Магнуса «цапельки», от которой Арахна помогла окончательно избавиться.
— Это хороший знак, — подмигнула мадам, переступая порог камеры, — наверное, нас отпустят прямо на месте, как принц и обещал. А там уже пусть сами разбираются.
— Боюсь даже представить эти разборки, — мрачно прокомментировал Магнус.
В своих опасениях он был не одинок: я ещё ни разу не присутствовала при государственных переворотах, но в сознании промелькнули картины людей, разбегающихся с искаженными от ужаса лицами, падающих, наступающих на пальцы упавшим, а в стороне заходится плачем чей‑то потерявшийся ребенок… В общем, хаос и беспорядок в чистом виде. Да и Марсия я не могла представить добровольно складывающим полномочия. В столице полно гостей, и если начнется паника и неразбериха, многие пострадают. Однако первый советник, наверняка, это предусмотрела и придумала, как обезопасить жителей.
Нас отвели в умывальню, а после служанка с самым недовольным на свете лицом выдала взамен грязной одежды унылые одинаковые балахоны со знаком бесконечности на груди. Магнусу протянула что‑то вроде миниатюрной попоны.
— Я не надену эту арестантскую робу! — вспылил паук.
— Чтобы прикрыть это, — хмыкнула она и ткнула в сердечко на спинке.
— Магнус, пожалуйста, потерпи, скоро всё закончится.
Паук бросил сердитый взгляд на служанку и брезгливо подцепил накидку.
— Только ради тебя, Оливия.
— Вы уже готовы! Чудно — чудно, — в залу вошел Глюттон Медоречивый, постукивая тросточкой, и кивком отпустил служанку. — Ступай, Сюзетта.
Та сделала книксен и, одарив покровителя факультета магической дипломатии полным обожания взглядом, послушно исчезла за дверью. И почему у гнусных негодяев так здорово получается охмурять дев?
— Ну — с, отличный день для переворота, не правда ли?
Шутку встретили мрачным молчанием, но принца это ничуть не смутило. Он прямо‑таки лучился предвкушением.
— Послушайте, мы согласились сотрудничать, а не стать лучшими друзьями, — буркнул Озриэль.
— Просто покончим с этим, и всё, — поддержала мадам.
— Друзьями? — приподнял брови Глюттон Медоречивый. — Что вы, и в мыслях не было. Мои друзья долго не живут, а вы ведь этого не хотите, верно? К тому же, враги куда практичнее и полезнее друзей: они скажут правду в лицо, не боясь обидеть и задеть чувства. Я лишь желал убедиться, что наш уговор в силе, Оливия. — Он повернулся ко мне, и улыбка из показушно — беззаботной стала неприятной в своей многозначительности.
— Если я дала слово, то не нарушу его.
Принц с минуту удерживал мой взгляд, а потом улыбнулся ещё шире.
— Отлично! Я вам верю. Но так, на всякий случай: не удивляйтесь, если увидите на площади здоровяка в красном колпаке и с секирой. Говорят, по округе бродят заговорщики в лице гномки, полувеликанши, ифрита, гоблинши и языкастого паука. Они сбежали из‑под стражи, при обнаружении велено казнить на месте. Приказ действителен всю первую половину дня.
— Что? — опешила мадам Гортензия.
— У меня жвала! — окрысился Магнус.
— А я‑то в их компании как оказалась? — проворчала Уинни.
— Никакие мы не заговорщики! — возмутилась Эмилия.
— Разумеется, нет, — подмигнул Глюттон Медоречивый. — Ведь с теми есть ещё принцесса, переменчивая в своих решениях.
— Если вы закончили угрожать, может, уже приступим к делу? — холодно осведомилась я.
Принц с готовностью кивнул и трижды постучал о пол тросточкой. В зал вошёл давешний голем. Я сделала движение в сторону двери.
— О, нет — нет, — предостерегающе поцокал Глюттон Медоречивый, — боюсь о парадной лестнице придется на время забыть, принцесса. Вам сюда. — Он сдвинул статуэтку в виде русалки, венчавшую декоративную колонну, кирпичики стены расползлись разворошенным пазлом, открыв тайный проход. — Встретимся на площади, — подмигнул принц и, коротко поклонившись, вышел за дверь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
