Читаем без скачивания Цветок папоротника - Ольга Юнязова

– Бабушка… – Ксюша сощурила глазки и задала серьезный вопрос: – А кто был виновником голода? Разве крысы? Они ведь тоже есть хотели, им надо было как-то крысят своих кормить.

– Да, я понимаю, что не крысы, – засмеялась бабушка. – Война была виновата, внученька. Война!

И вдруг Оксана почувствовала яркую вспышку света. Все тело ее резко согрелось, и мурашки побежали по спине. Когда глаза привыкли к свету, она увидела, как бабушка читает Ксюше сказку:

– Позвала кошка мышку. Тянут, потянут и вытянули репку! – Бабушка улыбнулась.

– Ого! – захлопала в ладошки Ксюша. – Ну-ка, а про курочку Рябу расскажи! Мышка бежала, хвостиком махнула…

Бабушка снова хитро улыбнулась:

– Ай да мышка! Хулиганка!

Счастливая Ксюша прижалась к бабушке и уснула.

Оксана проснулась, когда светящийся квадрат окна уже слегка отливал розовым закатным сиянием. Она села на кровати и потянулась.

«Надо же, какая получилась трансформация ситуации! – весело подумала она и опустила ноги на пол. Никакого ожидания укуса ее щиколотки не ощущали. – Интересно, что я почувствую, если сейчас увижу крысулю, которая такого страха на меня позавчера нагнала?»

Стало смешно, когда Оксана вспомнила свою истерику по этому поводу. А бедная крысочка, она, наверное, так перепугалась, что сейчас лежит где-нибудь в своей норке с инфарктом, а ее крысята за ней ухаживают и слушают душераздирающий рассказ о взбесившемся человеке. Возможно, этот испуг крысята передадут по наследству своим детям и внукам. Нет, этого нельзя допустить.

Оксана снова закрыла глаза и вернулась в памяти на два дня назад.

Вот она входит в дом. Со света в темной комнате почти ничего не видно. Постепенно глаза привыкают к темноте, и Оксана тянет руку к своему белому комбинезону.

Вот она, красавица, сидит, улыбается, чешет лапкой за ушком. Милый забавный зверек приветливо смотрит на Оксану черными бусинками-глазками. Она пришла поздороваться с Александром, а здесь какой-то другой человек. Крыса удивлена, но не прочь познакомиться.

Оксана достала с полочки сухарик и протянула зверюшке. Осторожно приблизившись, та схватила корочку и бросилась удирать. Оксана оделась и вышла из домика. Александр стоял на том же месте с обращенными к солнцу ладонями. Она подошла к нему и встала рядом.

«Ну, все. Теперь ситуацию можно считать исправленной окончательно», – решила Оксана и открыла глаза. Она встала с топчана, еще раз осмотрела все углы в надежде увидеть крысу и вышла во двор.

Солнце висело низко над горизонтом. Багровые облака складывались в причудливые узоры. Оксана посмотрела на закат и ощутила знакомое щемящее беспокойство.

«Не сегодня, – сказала она себе. – Придет время, я и с этим разберусь, но не сегодня».

Оксана нажала кнопку звонка рядом с табличкой про злую собаку. Калитку открыла Галина и с порога эмоционально воскликнула:

– Ну слава богу! Где ты была?!

– Я? – Оксана удивилась. – А вы что, потеряли меня, что ли?

– Ну а как ты думала? – засмеялась Галина, провожая ее к крыльцу. – Сашка с Вовками до сих пор бегают по окрестным лесам, тебя ищут.

– Да ты что? – забеспокоилась Оксана. – Я даже и не подумала, что меня могут потерять.

– И мы не думали, что ты можешь потеряться. – Галина махнула рукой. – Ладно, ты проходи в столовую, я сейчас дойку закончу и тоже приду. Расскажешь, что с тобой произошло.

Оксана поднялась в столовую и села в кресло. Ей было ужасно неудобно, что из-за нее возник такой переполох. Да и чего она теперь должна рассказывать? Что спряталась в избушке Александра и уснула там? И как она это объяснит? Они могут подумать, что всю эту историю с крысой она разыграла, чтобы перебраться в дом с более комфортными условиями проживания. Рассказать правду, как все было? Тогда придется и про свои полеты во времени упомянуть. Ну, тут они точно подумают, что у нее не все дома. Что же делать?

В этих раздумьях она и дождалась возвращения поисковой группы. Когда они вошли в столовую, Оксана сидела в кресле, поджав ноги и виновато выглядывая из-за собственных коленок.

– Извините меня, пожалуйста, за то, что я потерялась, – сказала она, не дожидаясь вопросов.

– Ты где была?! – Вопрос ей все-таки задали, причем все трое в один голос.

– В Сашином домике, – жалобно ответила Оксана.

– Где? – Александр переспросил так, будто она сказала: «На луне».

– Я погружалась в свой страх перед крысами, – выпалила Оксана, – чтобы осознать свою болезнь! – И тихо добавила: – Ну, по аналогии, как в реку погружалась.

Александр хлопнул себя ладонью по лбу и застонал:

– Ну, я даю! Как же я сразу-то не догадался? Всю деревню обыскали, а в мою избушку заглянуть не удосужились, хотя я на ее месте тоже пошел бы прямиком туда.

Все трое расселись, облегченно улыбаясь.

– Ну и ладно, – пожал плечами Владимир, – подумаешь, прогулялись по лесу! Это только на пользу. Сейчас поужинаем… Где там девчонки?

– Ну, и как прошло погружение? – спросил Александр.

– Удивительно! – только и смогла проговорить Оксана. – Но крыс я больше не боюсь.

– Да? – Владимир пристально посмотрел на нее. – Правда не боишься? Или просто научилась контролировать и подавлять свой страх?

Оксана, прежде чем ответить, еще раз представила себе сцену встречи с крысой и не ощутила ни единой отрицательной эмоции.

– Правда не боюсь, – уверенно заявила она. – Даже могу уже обратно в избушку Александра переехать.

– Не надо! Верю на слово, – быстро сказал Владимир. – Оставайтесь у нас. А ты нам подробно расскажешь, как тебе это удалось за столь короткое время. Хорошо?

– Конечно, расскажу, если вам интересно, – робко пообещала Оксана.

– Нам интересно все, что касается психологии, эзотерики и прочей ерунды, – улыбнулся Владимир. – Только давайте Галину дождемся.

Есть и рассказывать одновременно у Оксаны не получалось. После вынужденной голодовки из-за приступа и без того вкусная еда казалась просто фантастически вкусной.

Наевшись, Оксана откинулась на высокую спинку стула и вдруг поняла, что ела все без разбору, не ковыряясь в еде, как обычно, не сортируя на то, что можно и что нельзя. Удивившись подобной своей беспечности, она попыталась вспомнить, что именно успело побывать в ее тарелке. Кое-что из съеденного настораживало, но Оксана решила не уточнять состав блюд. Ну, начнется так начнется, теперь уже все равно поздно.

Когда все поужинали и девочки взялись убирать со стола, Александр, Владимир и Галина вопросительно уставились на Оксану.

Оксана глубоко вздохнула и принялась рассказывать все как было, с того момента, когда она поговорила с образом Василия Сергеевича и поняла, что надо делать, чтобы осознать болезнь. Оценив реакцию на начало рассказа, Оксана убедилась, что ее воспринимают всерьез.

– Я тоже часто с дедом Ефимом таким образом советуюсь, – сказал Владимир.

– И я, – кивнула Галина, – бывает.

Тогда Оксана, почувствовав себя увереннее, продолжила рассказ.

В доме Кузнецовых не было обычая скрывать от детей разговоры взрослых. Конечно, были интимные темы, но их обсуждали, запершись в своей комнате и шепотом. На секреты имели право и дети. Но все, что говорилось в столовой, было по определению дозволено к свободному прослушиванию и обсуждению. Другое дело, что детям не всегда было интересно то, о чем болтают взрослые.

Обычно, если Александр, Галина и Владимир оставались поговорить после ужина, Вовка убегал по своим делам и девочки тоже уходили, сделав синхронный реверанс. Но на этот раз, когда Оксана рассказывала о путешествии по своей, как она это назвала, генетической памяти, Вовка внимательно слушал из своего угла, хотя и делал вид, что его больше заботит нитка, которая тянется из носка. Маша и Даша тоже стояли возле раковины с посудой и, не скрывая интереса, слушали Оксану.

– Вот тебе и лабиринт времен, – задумчиво сказал Александр, когда Оксана закончила рассказ.

Особенные способности

Все зашевелились. Маша и Даша молча взялись за посуду, Вовка продемонстрировал матери распущенный носок. Владимир почесал в затылке.

– А не этот ли способ дед Ефим имел в виду, когда говорил, что надо найти корни проблемы? – задумчиво спросил он.

– А способ оказался прост, как все гениальное, – покачала головой Галина.

– Сдается мне, что все не так просто, – усомнился Владимир, – как кажется с первого взгляда. Ведь если все так просто, то почему этого не мог делать сам дед Ефим? Может быть, тут нужны какие-то особенные способности?

И все дружно посмотрели на Оксану, гадая, какими такими качествами она обладает, раз у нее получилось то, чего не мог делать сам дед Ефим.

Оксана пожала плечами:

– У меня как-то случайно все получилось. Я просто фантазировала, просто… не подвергала критике те образы, которые сами собой всплывали из памяти. Я не сортировала видения на то, что помню и что придумываю. Я принимала всё. Например, если бы я отмела уютную квартиру бабушки как нечто противоположное «крысиному царству», то не вышла бы на бабушкину память, которая привела меня прямиком к корню проблемы.