колотилось с невероятной скоростью и силой. Больше всего Андрею хотелось устроить Владе настоящий разнос за то, что полезла в горящий дом. Ну ничего, весь вечер впереди! Успеется.
Глядя на Андрея и Владу, ученики многозначительно переглядывались и подталкивали друг друга локтями, а учителя прятали улыбки.
Вскоре приехала скорая. Андрея, Владу и — на всякий случай — всех учеников осмотрели. К счастью, никто не пострадал.
Причины пожара удалось выяснить достаточно быстро: оказалось, что двое пацанов из третьего "а" после уроков испытывали линзу, спрятавшись у заброшки. Огонь извлекали. Испытания завершились успешно, в том плане, что огонь извлекли. В остальном юных естествоиспытателей ожидали совсем не приятные разборки и последствия. К счастью для школы, родители хулиганов когда-то сами написали заявление о том, что дети будут уходить домой без сопровождения взрослых, иначе администрации школы грозили бы настоящие неприятности. А так грозили только неприятности средние.
Лейку вместе со всем её потомством забрала пожилая и одинокая учитель математики, которая работала в главном корпусе школы. У неё жили три собаки, но она всё равно решила оставить у себя Лейку и одного из щенков. На остальных пятерых щенков выстроилась очередь. Осталось лишь дождаться, когда они подрастут.
Вести о пожаре и геройском поведении молодых учителей быстро разнеслись по всему селу. Баба Шура успела оповестить Тамару Константиновну ещё до прихода Пашки из школы. А вечером, когда уже вся семья была в сборе, приехал Семён Аркадьевич, привёз торт к чаю и огромную коробку конфет для Влады. Рассказал о том, что схлопотал выговор и предупреждение, но не расстроился. Рад был, что всё обошлось без пострадавших, а остатки надоевшей, как бревно в глазу, заброшки теперь точно разберут.
После ужина Андрей не пошёл на стройку, как обычно. Проводил Семёна Аркадьевича до машины, потом посидел на скамейке с бабой Шурой и тётей Томой.
А потом решил вдруг съездить до супермаркета. Официальной версией была покупка продуктов, но в самом деле, цели у Андрея были совсем другие.
Андрей нарочно задержался, покатался немного по трассе за селом, успокоился (почти) и приехал уже в начинающихся сумерках. К счастью, не прогадал: скамейка уже пустовала, ежевечернее подведение итогов завершилось.
Тётя Тома всегда ложилась спать довольно рано и рано вставала. Вот Пашка, скорее всего, ещё не спит, тем более, завтра выходной. Однако сын в это время из своей комнаты практически не выходит, играет в компьютере. Он даже может не услышать, что Андрей вернулся, потому что наверняка сидит в наушниках.
Рабочие тоже давно ушли. Так что увидеть, какой букет Андрей привёз, могут только баба Шура (если она на посту) и пёс Мишка. Ну и, конечно, та, кому букет предназначается.
Если Андрей всё правильно понимает, Влада должна сейчас быть в пристрое, ждать его, Андрея, возвращения. Но Андрей всё равно очень волновался: вдруг он ошибся? Вдруг понял неправильно? И Влада не ждёт его?
… Влада была в пристрое. Сидела у окна, не включая свет. Понятно было, что тоже очень волнуется, потому что в окно смотрела слишком напряжённо и внимательно. А что там можно увидеть, если на улице почти стемнело, а окно пристроя выходит на стройку?
Волнуется, конечно, но платье надела то самое, которое накануне раскритиковал Андрей. Поняла, что в самом-то деле Андрею очень понравилось, как она выглядит в этом платье.
Андрей закрыл двери на замок и остановился.
— Я уже начала переживать, Андрей! Почему тебя так долго не было?
— Ездил по трассе за селом, думал.
— На что-то решался? — осторожно спросила Влада.
В её обычно бойком взгляде сегодня читались нерешительность и огромное волнение. Андрею захотелось оградить Владу от переживаний, защитить.
— Нет, просто хотел поразмышлять. Решение я принял намного раньше. Хотя, если честно, всё равно непростительно долго буксовал и творил всякую ерунду. Прости меня, Влада!
— За что? — удивлённо спросила Влада, встала и подошла к Андрею.
— За то, что слишком многих принимал за тебя. Это не я сказал, это стихи. Правда, их сочинила женщина, Анна Ахматова. А ещё прости за то, что обманул тебя: это я взял твою открытку. Мою открытку. Ведь она предназначалась мне.
— Да, тебе, Андрей. Это ты — лучший в мире парень. Я знала, что ты её взял. И я никогда не считала её незначительной мелочью.
Влада нерешительно улыбнулась.
— Тебе не за что просить прощения, Андрей. Если бы каждый мог сразу всё понять, принять единственно верное решение и сделать безошибочный выбор, человечество было бы лишено девяноста девяти процентов произведений живописи, поэзии, прозы, музыки. Не было бы создано львиной доли кинофильмов и телесериалов. Стены театров пустовали бы. Всё строится на несовершенстве жизни. Хотя, казалось бы, должно быть наоборот.
— Наверно, ты права, но всё равно прости.
— А что теперь, Андрей? Что ты понял?
— Понял, что именно ты нужна мне навсегда. Именно ты сможешь быть только моей всегда. И я надеюсь, что ты не передумала: я тоже нужен тебе навсегда.
— Я и так всегда твоя, Андрей. С тех пор, как увидела. Ничего не изменилось за эти годы, потому что ты один такой, никто не сможет ни заменить тебя, ни сравниться с тобой. Знаешь, я ведь даже пыталась заинтересоваться кем-то другим, излечиться от любви к тебе…
— Да ладно? — нахмурился Андрей. — Надеюсь, ты в полной мере оценила бессмысленность подобного эксперимента? И не захочешь его повторить?
— В полной мере оценила. Повторить не захочу. Мне нужен только ты, навсегда.
Наконец-то Влада смотрела на Андрея по-прежнему весело и бойко.
— Если эти прекрасные розы для меня, может, отдашь? Или тебе нравится так вот стоять с ними?
— Для тебя, конечно, — смутился Андрей. — Прости. Совсем я что-то…
— Спасибо. Какой фантастический букет! Жаль, что у нас нет подходящей вазы, придётся поставить такую красоту в ведро.
— Ты ж учитель, привыкай! Тебе часто будут дарить много цветов. Так что необходимо запастись подходящей вазой.
— Может, и будут дарить. Но с этими розами не сравнится ничто и никогда.
— Спасибо, Влада. Ведь это не просто розы. Это слова, которые мне так сложно подобрать.
Андрей вновь забрал букет из рук Влады и положил на стол. Взял Владу за руки, притянул к себе.
— Значит, ты согласна выйти за меня замуж? Я правильно понимаю?
— Конечно, согласна, Андрей! Если бы ты так и не решился сегодня, сама бы сделала тебе предложение.
— Решился бы. У меня и кольцо есть, только переживаю, не велико ли. Давай примерим?
— Ничего страшного, если велико. Дедушка Петя всегда говорил: "Вели́ко — не мало́". Обязательно примерим
