Утром он нашёл опухшего Хикока за карточным столом. Подняв глаза на Эллисона, Билл тихонько присвистнул.
— Вот такая штука… любовь…
— Наплюй, — сел рядом Бак, — я бы рад посочувствовать тебе, но не могу. Не вижу повода для печали. Хороший бык всегда найдёт себе тёлочку. Любовь тут ни при чём… Хлебни виски, тебе сегодня полезно.
— Было бы полезнее свернуть Тату шею…
2
Три дня подряд Бак встречался с Джессикой Свит, бесцельно бродил с ней по городу, подолгу сидел в салунах, говоря о всякой всячине, и один раз выехал на коляске в прерию. Их настиг проливной дождь. Бак сорвал с себя пиджак, чтобы укрыть очаровательную головку спутницы. Она весело смеялась, прячась от сильных струй, а Эллисон нахлёстывал рыжую кобылу, то и дело оборачиваясь, чтобы посмотреть в блестящие тёмные глаза, выглядывающие из-под мокрого пиджака. Коляска прикатила в залитый лужами Спрингфилд, и они бросили её на Южной улице, где жила Джессика. Скрывшись под навесом перед дверью, они долго хохотали, прижавшись спинами к стене.
— Шкипер закончил свои дела, мисс Свит, и мы завтра уезжаем в Небраску, — сообщил Эллисон, встряхивая головой.
— И что? — Джессика последовала его примеру и завертела головой. Посыпались брызги. Бак ощутил в сердце внезапное покалывание, увидев за растрёпанной причёской и каплями разлетавшейся воды густую синеву женских глаз и призывный рот.
— Послушайте, Джесс…
— В чём дело?
Он едва сдержался, чтобы не стиснуть сильной рукой её гибкую шею. Неожиданно он понял, что никогда больше не будет иметь возможности приблизиться и притронуться к ней (а такое желание вдруг охватило все его существо), если не скажет ей что-то важное, необходимое. Неведомая ему дотоле паника закипела в душе.
— Джесс, мы завтра со Шкипером возвращаемся в Небраску.
— Вы уже сказали.
— Так вот мне хотелось бы, чтобы вы были со мной, — решительно заключил он.
— Вы удивительный человек, Бак. Вы просите меня об этом, будто дотрагиваетесь до запретного плода.
— Я не понимаю вас, мисс.
— Я ждала, что вы обратитесь ко мне с этим в первый же вечер.
Бак растерялся и для чего-то огляделся.
— После ресторана? — уточнил он.
— Да. Мы вместе ужинали, познакомились. Однако вы, вероятно, постеснялись. — Она приблизила к нему лицо и облизнула губы.
— Я вовсе… Да вы, конечно, неверно поняли меня, Джесс! Я не о том, чёрт меня дери! Я хочу, чтобы вы были со мной. Я хочу вас в жены!
— Боже праведный! — вырвалось у женщины. — что за глупая шутка, мистер Эллисон?
— Какая шутка? Я говорю, как никогда, серьёзно. Может, принято произносить какие-то иные слова, но я в этом деле не смыслю ни на цент. Клянусь собственной жизнью. Я говорю то, что я чувствую. Мне только что стало понятно моё желание, Джесс. Но держу пари, что вы мне не верите.
— Бак, умоляю вас, прекратите! — Она отвернулась.
Он сгрёб её в охапку и сильно тряхнул.
— Я готов удавить вас сейчас, если вы мне откажете, мисс Свит. Во мне проснулся зверь.
Она вырвалась из его рук и в смятении оглянулась, как бы в поисках помощи и совета у пустынной улицы.
— Бак, вы не имеете права. Нельзя так издеваться… Если я торгую своим телом, это не означает, что у меня вовсе нет чувств! — Она прикусила губу и заплакала.
— Торгуете собой? При чём тут это? Впрочем, конечно… Я понял… Эти ваши порядки, взгляды…
Бак отступил на несколько шагов, затем резко придвинулся к ней.
— Вас пугает лишь ваша профессия?
— Здешние пуританские мамаши со мной даже не здороваются, обходят стороной. Я верчусь среди таких людей, как ваш друг Хикок. Неужели вы не видели, что никто не смотрит в мою сторону, когда я близко? — Она побледнела, слёзы исчезли, а губы нарисовали на очаровательном лице неукротимую ненависть. — Они презирают меня, а я презираю их.
— Тем более, — вернул её Бак к прежней теме, — завтра же вас здесь не будет. Решайтесь. Вы ничего не теряете, кроме этих улиц.
— Боже, неужели такое случается? — Из синевы её глаз опять выступили слёзы.
В шуме дождя раздались обрывистые крики и выстрелы. Бак обернулся и увидел всадника.
— Хикок! — изумился он.
Дикий Билл мчался по улице, поднимая фонтаны брызг, мокрые волосы плескались на плечах.
— Он взбесился, чтоб ему провалиться, — сплюнул Бак. — Он ищет ссоры с Татом и добьётся своего, готов спорить на что угодно.
Билл размахивал руками и хлестал льющуюся с небес воду. Неожиданно он поднял коня на дыбы, потом направил его к салуну Филадора. Лоснящийся жеребец с грохотом поскользнулся на широких мокрых ступенях, опрокинул пару стульев, но встал на ноги и, пришпоренный наездником, влетел через просторную дверь прямо в помещение.
Бак позабыл о Джессике и кинулся за Диким Биллом.
— Билл! — крикнул он, вбегая в салун. Хикок лежал на полу, обхватив руками мокрую голову. Над ним стоял испуганный конь и косил глазами по сторонам. Посетители жались к стенам, а возле сломанного стола стоял на широко расставленных ногах владелец заведения и держал возле головы Хикока ружьё.
— Что с ним? — остановился Бак.
— Головой о перекладину стукнулся, — сообщил кто-то.
— Забирай отсюда своего головореза, — крякнул надрывно Филадор, — не то я нажму на крючок.
Бак бесцеремонно выволок Хикока на улицу, следом кто-то вывел вздрагивающего коня. Хикок невнятно ругался и пускал слюни, от него нестерпимо разило бренди. На улице он выпрямился, огляделся в поисках утерянной шляпы, взобрался в седло и развёл руками.
— Тата здесь нет, — обиженно моргнул он красными глазами.
3
В полдень 21 июля Бак Эллисон, Билли Шкипер, Джессика Свит и незнакомый им господин с пухлым рябым лицом сели в дилижанс. Двое загорелых молодцов в последний раз проверили ремни на крыше, опоясывающие поклажу, и взобрались на козлы. Стрельнул хлыст, и карета покатила, скрипя и покачиваясь.
Проезжая мимо пыльного салуна, где Бак обычно встречал в обеденные часы Хикока, карета немного сбавила ход, и Шкипер разглядел возле дверей взволнованную Сюзанну Мур.
— Ваша подруга, — сказал он сидевшей рядом Джессике. Та прильнула к окошку, но дилижанс свернул на другую улицу. Считанные минуты спустя он покинул Спрингфилд. Лёгкий порыв ветра взбаламутил поднятую колёсами пыль и погнал её вдоль домов.
Сюзанна Мур, расхаживая нервно возле салуна, прикрыла лицо простеньким чёрным веером и раздражённо обмахивалась им. Из салуна полетели громкие голоса. Сюзанна поднялась по ступенькам к двери, заглянула внутрь и сию же секунду заспешила прочь.
