— Ящик Пандоры, вместилище девяти смертных грехов, если его открыть, наступит конец света.
Я сглотнула. Ну, это определенно открылось…
— Что нам делать? — спросила я. Я ахнула, и это, казалось, вернуло его оттуда, куда он ушел в своих мыслях.
Он сосредоточился на мне, и я вздрогнула от темноты в его глазах.
— Грехи пытались проявиться в твоем теле, но я заблокировал их. Однако теперь они собираются формировать свои собственные проявления, медленно, одно за другим. А затем они собираются уничтожить мир.
Уничтожить мир?
— Старый трюк с уничтожением мира, — сказала я, стараясь не упасть в обморок. — Неужели на этот раз они не могли придумать что-нибудь другое?
Кронос уставился на меня. — Сейчас не время для твоего сарказма, Мэйзи. У нас есть несколько минут, пока не стало слишком поздно. Нам нужно положить их обратно в коробку.
Он начал оглядываться, по-видимому, в поисках коробки.
Упс.
— Мы не можем, — быстро сказала я, нуждаясь признаться во всей масштабности этого дерьмового шоу. — Насчет шкатулки… Она исчезла.
Мои руки потянулись к ожерелью, которое постоянно было на мне. — Очевидно, оно предпочитает быть украшением.
Кронос протянул руку и провел по нему пальцами; кусочек нагрелся и завибрировал под его прикосновением. Понравилось… понравилось. Я была удивлена, что он еще не убил меня, но потом я вспомнила, что мы были связаны, и это было только для того, чтобы сохранить ему жизнь.
— Какая часть твоего тела касалась коробки? — тихо спросил он, в этих словах чувствовалась скрытая опасность.
Я сглотнула. — Э-э, мои волосы.
Сквозь его голубые радужки ярко горело золото.
— Человек, серьезно? Возможно, ты только что положила конец миру!
#Нудобавьтеменя в черныйсписок
— Должно же быть что-то, что мы можем сделать, — взвизгнула я.
Тогда Кронос оглядывал комнату, но мрачное выражение его лица сказало мне все.
— Без моих братьев и сестер или шкатулки грехи слишком сильны, чтобы я мог справиться с ними в одиночку. — Он пробормотал еще несколько фраз, не по-английски. — Грехов не должно было быть здесь, — наконец отрезал он. — Они содержались в их собственной, незаметной камере глубоко под океаном. Вдали от греческих богов. Гребаный Зевс!
Я тяжело сглотнула, пытаясь найти влагу в моем пересохшем рту. — Очевидно, не так уж и незаметно.
Грудь Крона заурчала, низкое рычание сорвалось с его губ, и я решила заткнуться нахуй. Он был не в настроении.
— Нам нужно уйти до того, как они закончат первую часть своего проявления, — сказал он, его взгляд снова упал на ожерелье, а затем на угрожающих существ, появляющихся из темноты. — Остался только один вариант спасти мир.
Один. Одного было немного. Этого было и близко недостаточно, чтобы спасти мир. Я бы не возражала против сотни вариантов. Даже пятьдесят были бы выполнимы. Но один. Как… один…
Может быть, он просто забыл сотую часть. Да. Я придерживаюсь этой теории.
На этом этапе черный вихрь, ближайший ко мне, начал приобретать реальные очертания: высокий мужчина с выгоревшей оранжевой кожей, черными волосами и светящимися зелеными глазами. Его лицо было красивым и сильным. Эта челюсть, вероятно, могла бы разрушить кирпичную стену, а его нос был четко очерчен и безупречен. Если бы он не был каким-то сумасшедшим грешником, готовым разрушить мой любимый мир, я бы, возможно, проверила его тщательнее. Как бы то ни было, у меня едва было время увидеть кого-либо из остальных, прежде чем Кронос вцепился в мою руку, вытаскивая меня из комнаты. Мы вернулись тем же путем, каким пришли, прочь от черного занавеса, и у меня возникло ощущение, что никто не мог просто так пробраться за этот занавес.
— Двигайся быстрее, — раздраженно сказал он, и я начала двигать ногами так сильно, как только могла.
— Тебе известны признаки коллапса легкого? Минуту спустя, когда мы выходили из пещеры, я захрипела.
Я действительно не могла дышать. Я имею в виду, именно поэтому я не побежала. #Несегодня
К счастью, в тот момент, когда мы выбрались из вулканической пещеры ужасов, Кронос схватил меня, а затем почти знакомая тьма окутала нас, и меня выдернули из Новой Зеландии.
Через несколько минут мы вернулись в царство Танатос. — Твои силы быстро возвращаются, — сказала я, затаив дыхание.
Кронос, с таким мрачным лицом, что я едва узнала его, даже не посмотрел на меня.
— Танатос! — взревел он, земля задрожала на волне его гнева.
Через несколько секунд появился бог секса на ножках, наморщив лоб.
— Что за крики? — весело спросил он. — Это место отдыха.
Кронос был за гранью разумного. Его глаза мерцали божественной силой, руки были сжаты перед ним. — Почему ты не сказал мне, что Ящик Пандоры был перенесен туда? В пещеру Зевса?
Впервые с тех пор, как я увидела бога подземного мира, он выглядел… встревоженным. — Это общеизвестно. Зевс потратил восемьсот лет, выслеживая шкатулку. Это было его величайшим достижением — иметь ее как часть своей коллекции.
Кронос взревел, и Танатос действительно вздрогнул, прежде чем принять оборонительную стойку.
— Я был заперт, — наконец сказал Кронос. — У меня не было возможности узнать. И ты отправил меня туда с родословной Селены. Их тянь к гребаным грехам. Они всегда были такими.
Танатос наклонился вперед, и, очевидно, он испугался не столько меня, сколько Крона, обняв меня за плечи и притянув ближе.
— Что это за ожерелье? — спросил он, слегка встряхивая меня, широко раскрыв глаза. — Ты не должна была ни к чему прикасаться.
Я попыталась вырваться, но сил у меня было не больше, чем у мухи против него.
Оказалось, что мне не нужно было беспокоиться об этом, так как Танатос взлетел мгновением позже, и другая пара огромных рук сомкнулась вокруг моих бицепсов, на этот раз более нежных.
— Не прикасайся к моему человеку, — огрызнулся Титан, притягивая меня обратно к своей груди.
Я действительно изо всех сил старалась не позволить своему сердцу выпрыгнуть из груди, хотя мне казалось, что оно хотело этого. Какой позор, что наступает конец света. Возможно, у меня никогда не будет шанса вычеркнуть это из своего списка, но, черт возьми … Я хотела провести одну ночь с Кроносом.
Тогда я, наверное, могла бы умереть счастливой. К черту лайки в Instagram, я бы предпочла трахнуть бога … Титана… неважно — он был богом для меня. А я была цыпочкой, которая освободила бога. Конечно, это давало мне право на одну ночь с ним.
— Сосредоточься, человек, — взревел Танатос, и я вытащила свой мозг из страны сексуальных фантазий. — Расскажи нам точно, что произошло.
Тяжело сглотнув, я сделала несколько глубоких вдохов, надеясь, что мои
