Я чего боюсь… правнукам нашим уже не хватит, при теперешних запросах, не умеют наши дети денежки считать, не умеют… Дочь за полдня три миллиона тратит, папочка, хорошее платье сейчас меньше лимона не стоит, а колье… а туфли…
Я все думаю, что с нашими правнуками будет… Деньги в оборот пустят? Да не смешите меня, только не они, они и работать-то не умеют… Клубы, тусовки, дочь на сцене поет, и это только первое поколение… а третье…
Серая даль – до самого горизонта, смотришь на нее, хочется расправить крылья и полететь. Так и вижу эту даль через полвека – вымершую, высосанную, опустошенную, обезлюдевшую. Вижу наших правнуков – когда-то у кого-то из них на карточке не останется средств, ему скажут, что в России больше нет ни денег, ни людей, и кто-то удивленно разведет руками – а что, есть еще Россия?
Самолет в четыре утра…
Серая даль за окнами, в полях разбитое шоссе, уводящее в звезды…
Хочется попросить прощения у этой земли – за нас за всех, только чувствую – она меня не слышит…
СКРЫТЬ КОММЕНТАРИЙ ЭЛЬФА.
DEnNIS – Эльфу: да сам ты отстой, ты какого хрена на моего прадеда бочку катишь? Что писал, то писал, не твое дело… и про фотки нехрен писать, что фуфло, сам ты фуфло, чмо на палочке, не нравится – не смотри.
DEnNIS: Абоненту МИГ-34: спасибо, брат, век не забуду, что дневник мне перевел, пересылаю последние бабки. Че так дорого берешь-то, а? ☺
МИГ-34: Да, перевод с мертвых языков обходится недешево.
DEnNIS: Как понять – мертвых?
МИГ-34: Мертвых, значит, ныне несуществующих. Русский язык вымер вместе с Россией.
DEnNIS: Ясно… что ничего не ясно… Короче, всем чмоки… пойду адвоката своего трясти, если он, гад, бабки мне не вытрясет, я из него всю душу нахрен вытрясу.
20 сентября
Че за фигня…
Такая фигня, что фиговее некуда.
Я похоронил его за домом. Ну все при всем, могилка, крест, цветов нанес, какие нашел… Может, тут где-то кладбище есть, только хрен его знает, где…
Кого? А ну да, адвоката… Я же его так и не нашел вечером, туда-сюда такой хожу по дому – нет его. Хотел позвать, вспомнил, что имени его не знаю, первый раз спохватился, что имя у него есть…
Короче, вышел я во двор, уже темно было, хоть глаз выколи, слышу, кричат где-то… Я туда, в рощицу в какую-то, а оттуда на меня зенки светятся, чисто как в фильме ужасов… у меня кольт всегда с собой, выстрелил – раз, по глазам, по глазам, вроде двое этих тварей было… То ли волки, то ли собаки дикие, то ли вообще какие-то оборотни… Застрелил я их нахрен, потом чуть не споткнулся обо что-то в темноте, смотрю – там адвокат лежит, я телефоном посветил, а у него горло прокушено и глаза такие страшные, мертвые… как в фильме ужасов.
Фотку прилагаю. Шокирующее фото. Детям до шестнадцати, и все такое…
Я у него все карманы обшарил… Думал, может, он правда обкрадывал меня потихоньку, может, у него документы какие-то или деньги… ни хрена. Даже кредитки не нашлось, только паспорт, его, оказывается, зовут Уилкинс. Джон Джеймс Уилкинс, я так на могилке и написал… И фотка у него еще была при себе, он там с женщиной какой-то, с ребенком… Жена его, может…
Фотку прилагаю. Может, кто женщину эту знает, вы ей скажите, что муж ее погиб. Я, честное слово, ничего сделать не мог, если бы минутой раньше прибежал, может, успел бы… Я ей потом денег вышлю, если деньги найду вообще в этом захолустье…
Как бы вообще выбраться отсюда… Ноутбук подзарядить и то нечем… ладно, всем чмоки, кто меня знает…
23 сентября
Все, не могу больше…
Третий день иду по России – в никуда. Мне кажется, она бесконечная, и если обрывается – то где-то там, в небе, если долго идти – можно упасть в звезды.
Иду – низачем, один хрен, идти некуда, вертолетом я управлять не умею, а пешком до Лондона хрен дойду. И странно, что иду не на запад – на восток, как будто тянет меня что-то – туда, туда, к самым звездам.
Я ищу их – сам не знаю, кого, не может быть, чтобы не было людей, есть страна – есть люди. Найти их, во что бы то ни стало русских людей найти, какие они там, найти, послушать их песни – которых мне так не хватало там… на чужой земле…
Интересно, что это за люди…
Мне кажется – у них есть крылья.
Найти… найти, пока не умер с голоду, припасов-то не осталось, найти – пока есть патроны, пока волки не идут по следу… много еще нужно сделать, чтобы ожила мертвая земля… много – даже не знаю, что…
Хочется обнять эту землю и согреть – своим теплом…
Много надо сделать, может, мой прадед знал, как – у него деловая хватка была ой-ей-ей… Как там в газетах пишут – промышленность поднимать, сельское хозяйство… что-то там еще про разруху, после которой надо наводить порядок… Ничего я в этом не понимаю, короче, работать и работать здесь, пахать и пахать… Пахать, города строить, фабрики оживлять… о людях заботиться, я же хозяин все-таки… Где бы найти еще этих людей…
Зову их – до хрипоты, когда нет сил кричать, мысленно зову людей – может, уже вымерших, может, уже не живущих здесь. Эй, Россия, ты слышишь меня, я вернулся, через столько лет, через столько поколений я пришел сюда…
Ты слышишь меня? Ты не хочешь слышать, ты больно жалишь мое лицо холодным снегом, колешь мои ноги сухими травинками, гонишь тучи надо мной… ты не простила меня, мой прадед не попросил прощения…
Ничего… главное, мы снова вместе…
Наедине с тобой…
24 сентября
Живем.
Я нашел их.
Сам не понял, как нашел, – может, и не я нашел, может, они сами меня нашли. Люди. Русские люди…
Я уже не надеялся их найти – хоть кого-то в этой глуши, мне даже показалось, что это сон какой-то, бред, когда увидел их – там, вдали, в тумане, где встречаются земля и небо. Странные люди, в белых одеждах, встали в круг, бегут по кругу, по кругу, поют что-то – то, что я хотел спеть, но у меня не было слов, те самые песни, которые, расправив крылья, летят к самым звездам…
И иду – и не чувствую самого себя, как будто уже не по земле иду, а сам куда-то поднимаюсь по Млечному Пути, теперь чувствую…
Ккккккккрррррррыыыыыылььььяяяяяязззззаааааас-
ссспппппппииииинннноооооййййй
Ррррррррррррррррррррррррррррррроооооооооос-
CCCCCCCCCCCIIIIIIIIIIIШШIIIIШШI………..
_№№№№№№№№№;4555555555567????пмра-
очтнгт….
(запись обрывается)
25 сентября
Не помню, как шел к ним, еще искал слова – русские слова, которых у меня не было, я ваш, ваш, это земля прадеда моего… До них не дошел, свалился без сил, помню, как подобрали меня, вели куда-то к костру… Что люди там крылатые были, это мне померещилось, люди как люди, в робах… У костра сидят, картошку жарят, меня накормили, вот где вкуснятина, потом в деревеньку повели, в бане париться, я все искал, куда ноутбук свой ткнуть…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
