помешали крикливые прислужники. Оказывается, пришла пора вставать, и они явились будить господина своими воплями.
Это само по себе было странным: ни разу на все эти дни он не спал так долго. Второй странностью стало то, как себя ощущало его тело — уставшим, даже разбитым, словно накануне он тренировался много часов подряд. Болела рука — и молодой человек вдруг вспомнил, что во сне своем как раз в этом месте и получил ранение. Никаких повреждений он у себя не нашел, но мышцы болели так, словно рана и вправду была — но когда-то давно.
Но была и третья странность — как ни старался господин Бин, не мог вспомнить, чем же закончился вчерашний вечер. Никаких, абсолютно никаких воспоминаний. А вот сон, напротив, был таким ярким, что мужчина мог воссоздать его во всех подробностях.
«А сон ли это?», — наконец пришло ему в голову.
Вот потому он и вглядывался вдаль так пристально. И когда на очередном изгибе садовой дорожки из-за цветущих гранатовых деревьев показалась хрупкая фигурка в светло-зеленых одеждах, поспешил навстречу.
— Приятной прогулки, барышня, — поклонился он, и когда девушка, заметив его, сначала вздрогнула от неожиданности, а потом, разглядев получше, залилась густым румянцем, обругал себя мысленно недотепой и болваном: если, и вправду, все пережитое не было сном, то вот так неожиданно выскакивать совершенно не стоило — мало того, что испугать можно, так еще и воспоминания о некоторых моментах сна вполне могли вызвать у нее чувство неловкости. Он вот, например, очень даже помнил ощущение женских ножек, охватывающих его талию, хотя и не до того было, конечно.
— Вы снова меня напугали, Бин-лан, — улыбнулась она смущенно, когда молчание грозило стать невежливым.
— Кажется, это входит у меня в привычку, простите недостойного грубияна, — повинился мужчина. — Я искал вас, чтобы спросить, как вы себя сегодня чувствуете.
Будь он барышней, непременно покраснел бы на этом самом месте: его слова прозвучали так, будто влюбленный мальчишка искал достойный повод увидеть предмет своих воздыханий да так и не нашел.
Но девушка и не подумала ни смеяться.
— Я чувствую себя так, будто всю ночь от кого-то убегала, — ответила она серьезно. — А… вы?
— И у меня похожий случай, — признался он. — Всю ночь мне снились сны о бегстве и сражениях.
Девушка сделала несколько медленных шагов, жестом приглашая его последовать за ней.
— Господин Гэн прислал мне записку с тем же самым вопросом, — проговорила госпожа И через некоторое время.
При упоминании этого имени молодой человек ощутил глухую досаду.
«Заносчивый выскочка Гэн и здесь успел, — отметил он про себя. — Хотя сражается достойно, этого не отнять. Зато из нас двоих красавица И явно отдает предпочтение мне».
Последняя мысль так понравилась мужчине, что на губах его сама собой проступила весьма самодовольная улыбка.
— Выходит, это был не просто сон, — произнес он вслух.
— Да… не просто, — на краткий миг лицо госпожи исказила гримаса страдания, она тут же отвернулась, будто заметив что-то интересное в глубине сада.
— Вы сражались не хуже легендарных дев-воительниц, барышня, — он хотел подбодрить ее и старался сказать это как можно мягче, но, кажется, только хуже сделал: раздался тихий всхлип и плечи девушки дрогнули.
Наверное не стоило напоминать ей лишний раз об их злоключениях.
— Не будем пока об этом, Бин-лан, — произнесла она чуть позже с бледной тенью улыбки. — Лучше скажите, как вам понравилась игра госпожи Дин, не правда ли, она чудесна?
Он ухватился за эту тему и быстро согласился, что да — игра превосходна и красавица Дин, действительно, хороша собой. Что свежестью и красотой она, действительно похожа на цветок жасмина, господин Гэн очень верно это подметил (на этом месте молодой человек злорадно пожелал одному красноречивому гордецу провалиться ко всем демонам Нижнего мира) и понадеялся, что с их «феей шелковых струн и жасмина» все сейчас хорошо.
Снова коснувшись неприятной темы, разговор их тут же увял.
— Думаю, нам не стоит и сегодня приходить к завтраку вместе, — осторожно сказала вдруг его спутница, — иначе насмешек не избежать.
Бин представил себе ехидную физиономию варвара, переглядывающихся хихикающих барышень, сузившиеся от недовольства глаза господина Гэн — и решил сделать все возможное, чтобы его спутница изменила свое мнение.
— Нет смысла волноваться об этом, — ответил он как можно более вежливо. — Этой ночью каждому из нас выпало слишком много беспокойства, чтобы переживать о подобных пустяках. И никто не посмеет упрекнуть вас, что сейчас вы не хотите оставаться в одиночестве.
Госпожа И снова вздрогнула, должно быть, он опять сказал что-то не то. Он уже приготовился откланяться, когда барышня совладела со своими чувствами и улыбнулась:
— Вы правы, Бин-лан. Расскажите мне все, что знаете об этих девах-воительницах.
Он только рад был развлечь ее и говорил долго, в красках. Давние легенды всплывали в его памяти неохотно, и больше похожи были на забавные детские сказки. Что-то он помнил, что-то придумывал на ходу, не очень ловко, надо признать — девушка быстро его раскусила. Зато она улыбалась и даже смеялась иногда вполне искренне, и от этого смеха молодой человек воодушевлялся еще больше.
Так гуляли они до тех пор, пока неугомонные жоу-чжи ни закружились вокруг них белыми ласточками, зовя их скорей присоединиться к трапезе.
Насмешек им, и вправду, удалось избежать: по пути они встретили сначала Синь-лана, а потом и непривычно тихую госпожу Дин. Когда эти двое приветствовали друг друга, даже Бин, вовсе не считавший себя умельцем читать по лицам, мог ощутить повисшее в воздухе чувство ужасной неловкости, почти стыда. Щеки у «феи жасмина» почти сравнялись по цвету с шелком ее одежд, и она тут же поспешила повернуться к своей И-цзе и справиться о ее здоровье. Господина в белом она старательно избегала, чем причиняла последнему некоторые страдания. Впрочем, тот быстро совладал с собой, и к тому моменту, когда все они подошли к главной лестнице, картина их шествия выглядела на удивления степенной: идущие впереди девушки о чем-то тихо перешептывались, молодые люди, отстающие от них на несколько шагов, тоже вели между собой беседу.
Господин Бин не стал задавать слишком много вопросов. Лишь осведомился о том, как спалось его спутнику. Плотно сжатые губы молодого человека и скупой, сдержанный ответ и так сказали ему о многом.
«Потом надо будет выяснить, что там у них произошло», — думал господин в красном, шагая по ступеням.
Остальные уже ждали их. И молодой человек с интересом вглядывался в знакомые лица, подмечая в каждом из них что-то новое.
Сначала его взгляд выхватил высокую фигуру в
