Чуть скинув скорость, Пират, с ходу вписавшись ровненько в поворот, заехал на участок и сразу в гараж, остановившись в пяти сантиметрах от бампера ринковского джипа, стоящего там. За одну минуту все три машины следом за ним припарковались на дорожке, ведущей к гаражу. Гаражные ворота и вторые, ведущие на участок, закрыли так же быстро. И воцарилась тишина, как будто никто и не устраивал здесь только что пробные заезды «Формулы-1».
Даже если девушку «вели» и видели машину, в которую она села, то какой бы любопытный сейчас ни заглянул через забор и ворота, он увидел бы совсем другие машины, припаркованные на участке, и мирно отдыхающих за шашлычком людей.
Из гаража Пират вышел первым, девушка за ним, чуть позади. Он подождал, взял ее под локоток и повел к летней беседке-террасе, где уже все расселись по местам после лихих автомобильных рокировок.
Чтобы как-то сгладить ту неловкую ситуацию, которая неизменно возникает, когда к компании присоединяется совершенно незнакомый человек, Ната и Дина вышли навстречу и приняли Нику из рук Пирата у ступенек, ведущих на террасу.
– Здравствуйте, Вероника, меня зовут Наталья, можно, Ната, – представилась хозяйка и улыбнулась открыто и приветливо.
– А меня Дина. Идемте, мы вас со всеми познакомим.
Когда дамы поднялись по лесенкам на террасу, мужчины встали со своих мест из-за стола, приветствуя женщин, чем несказанно порадовали Нату.
– Знакомьтесь: того, кто вас встречал, зовут Алексей, – приступила Наталья к процедуре представления, – далее мой муж и хозяин дома Антон, это Михаил.
– Муж Дины, – в тон ей вставил Мишка.
Ната улыбнулась и представила следующего мужчину:
– Это Константин, – указала она рукой на Стечкина, – а это Сергей.
Ника пребывала в крайней степени замешательства, даже ступора какого-то, уж чего-чего она не ожидала, так это того, что попадет в такую большую компанию, вторгаясь в чей-то праздник, в чью-то чужую жизнь. Ведь совершенно очевидно, что люди собрались отдохнуть в дружеском кругу, а тут она со своим самоваром проблем! Ника так смутилась, что не знала куда деваться.
Эти две замечательные женщины пытались ей помочь, поддержать, она понимала это и была им бесконечно благодарна.
Стараясь справиться с неловкостью и смущением, она смотрела только на того человека, которого представляла Ната, пытаясь сосредоточиться и запомнить, кого и как зовут.
– …А это Сергей, – продолжила Наталья и указала на человека, встречи с которым с особой настойчивостью добивалась госпожа Былинская.
Ника дежурно улыбнулась, церемонно наклонила голову ранее представленному Константину, повернулась к следующему представляемому…
И в долю секунды поняла, что умрет прямо сейчас!
Или окажется снова там, на асфальте, сбитая красным безжалостным монстром!
Это был он!! Он!!
Это его она видела и слышала тогда! Ночью!
И именно этот мужчина просил за нее тогда у Бога: «Господи, не надо!»
Она знала про него так много, знала, что он тогда чувствовал, какую боль проживал и испытывал, как мучилась его душа, вспоминая всех погибших друзей, как выносил себе приговор вечного одиночества, знала, что у него длинный рваный шрам, тянущийся от ключицы вниз, через правую грудь, и родинка на спине слева, возле позвоночника, похожая на маленькое сердечко, и тонкий шрам под этой родинкой.
Она запретила себе об этом думать и помнить!
Сначала думала, помнила и улыбалась, когда вспоминала, от тихой радости причастности к знанию того, что он есть на земле, а потом запретила себе это. Ни к чему!
И сейчас, чувствуя, что проваливается через толстые и теплые доски летней террасы куда-то в темноту, она твердила себе:
«Я не буду об этом думать! Я не знаю, для чего мне тогда его показали, может, совсем не для хорошего, а предупредить!»
– Ната, ей плохо! – громко крикнул кто-то.
– Матерый, ты ее напугал, что ли? – спросил удивленно другой голос.
Вероника почувствовала, как чьи-то сильные руки подхватили ее и заботливо усадили, сняв с плеча тяжелую сумку.
– Вот, выпейте, это вода!
Ника послушно приняла стакан с водой и отпила несколько глотков. Она уже пришла в себя настолько, что ей стало неловко за эту неуместную слабость и за то, что она привлекла столько внимания к своей персоне, а еще за те тайные знания о только что представленном ей человеке.
– Спасибо, – поблагодарила Вероника и улыбнулась Наталье, сидевшей рядом, обнимающей ее за плечи и тревожно заглядывающей ей в лицо. – Извините, пожалуйста, – обратилась она ко всем. – У меня недавно было сотрясение мозга, поэтому иногда еще голова кружится.
Нет, все-таки Сонечка перестаралась, прививая ей хорошие манеры. Ведет себя как истеричная барышня! В обмороки падает, ножкой в «пардоне» шаркает!
– В таком случае вам надо выпить рюмку коньяку, – предложил Антон.
– Спасибо, я не пью, – улыбнулась хозяину она.
– А не надо пить, примите как лекарство! – рассмеялся Мишка.
Ника помолчала и махнула рукой, решительно соглашаясь:
– Ну, лекарство так лекарство!
Чего жеманиться-то, уж и так хороша, нечего сказать! Завалилась к незнакомым людям на праздник и устроила тут показательные выступления на публике, привлекла, уж будьте уверены, всеобщее внимание!
– Вот и молодец! – обрадовался Мишка.
И, как в фокусе-покусе, перед ней мгновенно оказалась маленькая рюмочка коньяка. Ника послушно взяла рюмку и выпила именно как лекарство – заранее сморщившись и стараясь не дышать.
– Точно, не пьет! – засмеялся Константин.
Вероника почувствовала, как что-то жаркое, горячее пролилось по горлу и попало ей в желудок, постепенно рассылая волны тепла по всему телу.
Странно, но ей действительно стало лучше и кровь прилила к щекам.
– Вероника, вы, наверное, голодны? – спросила Дина.
– Не знаю, наверное. И можно просто Ника.
– Так, давайте все быстро за стол! – тут же деловито распорядилась Наталья. – Не смущайте девушку, и пора ее накормить.
Ника уже почти справилась со своим волнением, конфузом и душевным неудобством, которые испытывала, но самым смущающим оказалось то, что прямо напротив нее сидел Сергей Викторович Кнуров и очень внимательно наблюдал за ней, от чего девушке хотелось бежать куда угодно, хоть к самому Михаилу Ивановичу.
«Хотя нет, вот уж дудки! Ты здесь по делу, Никуша, вот и думай о деле! И нечего в обмороки падать, как кисейная барышня. Можешь спокойно смотреть ему в глаза. Не факт, что возьмется тебя выручать!»
Она вдруг неожиданно разозлилась на этого Кнурова.
