Амелия посмотрела в окно. Пустынный парк тускло освещен уличными фонарями. Второй этаж высокий, прыгать опасно. Да и куда бежать потом? Как выбраться из парка?
Разговор в кабинете продолжался. Амелия прислушивалась к нему и одновременно судорожно искала пути к спасению. Похоже, полковник и его товарищ не спешили покинуть кабинет. Запахло дымом сигар – мужчины начали курить. Тогда это точно надолго. Девушка приоткрыла створку окна и выглянула наружу.
Вдоль всего второго этажа шел широкий парапет. Оранжерея окружена балконом. Надо добраться до него. Иного выхода отсюда нет. Разве что прыгнуть вниз, рискуя переломать руки и ноги и попытаться перелезть через забор. Но ее наверняка увидят слуги. И поймают в два счета. Придется попробовать уйти по карнизу.
Амелия подобрала подол платья и завязала его вокруг талии. Хорошо, что граф выбрал именно такой фасон. Он предполагал, что им придется спасться бегством. Осторожно села на низкий подоконник, перекинула через него ноги. Туфли удобные, без каблуков. Но по глубокому снегу в них не побежишь – просто свалятся с ног. Значит, не надо падать со второго этажа в сугроб.
Балансируя на парапете, Амелия закрыла за собой створку окна. Лишь бы полковник не полез в сейф! Девушка опустилась на четвереньки и поползла к балкону. Жемчужное ожерелье болталось на шее и мешало. Бисерная сумочка волочилась рядом и цеплялась за малейшие неровности парапета. Но бросать ее Амелия не хотела. Там часть украшений. Возможно, они помогут засадить полковника за решетку.
Руки и колени замерзли от соприкосновения с холодным парапетом. Но Амелия упорно ползла вперед. Главное не смотреть вниз. Может закружиться голова.
Она ненавидела высоту. Она ненавидела графа, влюбленного в ветреную Александрину. Но больше всего Амелия ненавидела полковника, погубившего ее отца.
И ради мести она была готова пройти через все. Амелия добралась до балкона, прислонилась к его ограде и перевела дух.
Осталось перелезть через перила и привести себя в порядок. Найти графа и побыстрее покинуть дом полковника. Для Амелии Зимний Бал подходил к логическому финалу.
Глава 16
Меньше всего Барру хотелось танцевать с Александриной. Его влекло к ней словно магнитом. И одновременно он не желал видеть ее. Любил и ненавидел, ревновал, злился, страдал.
– Ты так и не женился, – констатировала Александрина. – Почему?
– Не сложилось, – Реймонд смотрел в сторону. – Не нашел идеальную партию.
– А эта милая девушка? У вас роман, это заметно, – тихо рассмеялась Александрина.
И дернуло Амелию изображать его любовницу! Сняла пылинку с лацкана, игриво хлопнула по плечу веером. Что за своевольная девушка! Не спросила его согласия. Хотя, возможно, она как раз все сделала правильно.
– Мы пока присматриваемся друг к другу. Спешить нам некуда, – теперь Реймонд думал об Амелии. Лишь бы она не испортила дела, лишь бы не попыталась взломать сейф сама. Ничего у нее не получится. Только наследит.
– Незнакомая фамилия – Велер. Кто ее родители? – поинтересовалась Александрина.
– Она не из аристократов. Родители землевладельцы. Мне это никогда не было важным.
– Да? – вскинула брови в деланном удивлении Александрина. – А я была уверена, что тебе льстит мой титул.
– Ты ошибалась, – холодно ответил Реймонд.
– Значит, вы пара? – продолжала допытываться Александрина.
– Да.
– Но жениться ты пока не собираешься?
– Нет.
– И тебя не гложет совесть, что ты портишь девушке репутацию?
– У Амелии свободные взгляды. А я не хочу снова обжечься.
– Ты злопамятен.
– Отнюдь. Но не хочу в очередной раз оказаться в глупом положении.
– Ты же понимаешь, я не могла стать твоей женой. Ты оказался замешан в скандале. Твоя карьера катилась под откос.
– Из-за тебя. Или забыла?
– Разве это важно? – посмотрела на графа невинными глазами Александрина. – Мой отец был невиновен.
– Ты прекрасно знаешь, что это не так.
– Он чист перед законом. Суд не состоялся, не было доказательств.
– Потому что я их уничтожил.
– Ты только помог восторжествовать справедливости. Это были козни недругов моего отца. Я тебе бесконечно благодарно за помощь. И никогда этого не забуду.
Она лгала как дышала. И Реймонд это видел. Александрина лгала ему тогда, лжет и теперь. Беззастенчиво, нагло.
– Ты до сих пор злишься на меня, – печально вздохнула Александрина. – Я надеялась, все твои обиды остались в прошлом. Это было всего лишь недоразумение.
Он ничего не ответил. Она называет свое предательство недоразумением? О чем говорить с женщиной, свято верящий в свою правоту? Александрина всегда умела манипулировать окружающими. И Реймондом, и собственными родителями, и подругами. Он все видел и понимал. Но не хотел признаваться в этом. Отмахивался от очевидных вещей. Барр был влюблен, а влюбленные слепы и доверчивы.
– Мне жаль, что мы расстались. Но что я могла? Пойти против воли родителей? – печаль в голосе Александрины не могла обмануть Реймонда.
Ей не было жаль. Она просто поступила так, как было выгодно ей и ее семье.
– Не спросишь, счастлива ли я в браке?
– Заметно, что счастлива.
– Да, у нас идеальный брак. И у нас сын. Ему два года.
– Я слышал. И рад за тебя, – Реймонд слегка поклонился, благодаря Александрину за танец.
Бесконечный котильон наконец закончился. Находиться рядом с Александриной было мучительно для Реймонда.
– Подожди, – положила узкую руку в перчатке на плечо Барра Александрина. – Подожди, не уходи. Мой муж играет, а мне скучно. Я так давно не видела тебя. Расскажи, как ты жил?
– Зачем? – пожал плечами Реймонд.
– Я скучала по тебе. По нашим разговорам, прогулками под луной.
– Ты заменила это разговорами и прогулками со своим мужем, бароном Сандом.
– Да, мы любим друг друга. Безумно, страстно. Но Эраст старше меня и мне порой бывает скучно.
– Заведи себе обезьянку. С ней будет весело, – посоветовал Барр.
– Ты все еще носишь мое кольцо, – кивнула на руку Реймонда Александрина.
Граф снял перстень с пальца:
– Возвращаю тебе. Случая не было вернуть раньше.
– Оставь на память. О нашей помолвке. О нашей прошедшей любви.
– Не стоит, – граф продолжал протягивать кольцо Алексанрине.
– Не можешь простить меня, – усмехнулась Александрина.
– Уже простил. Так не возьмешь?
– Нет.
Граф подозвал лакея:
– Принеси шампанского даме и мне.
– Будет сделано, милорд, – поклонился лакей, с удивлением проводив взглядом проходившего мимо собрата с подносом, на котором стояли фужеры с шампанским.
Через несколько мгновений лакей вернулся, неся на подносе два бокала с игристым напитком и вазочку с шоколадными конфетами.
– Прошу, – Барр передал баронессе бокал. – За твою счастливую семейную жизнь! Живите долго в любви и согласии.
– Благодарю, – Александрина пригубила шампанское. – Твое благородство безгранично. Как всегда.
Барр залпом осушил бокал и поставил на поднос.
– Ты очень исполнительный, – заметил он лакею.
– Стараюсь, милорд, – поклонился тот в ответ.
– Не могу дать тебе чаевых, нет мелочи. Возьми это, – он снял с мизинца левой руки перстень с александритом и положил его на поднос.
– Вы очень щедры, милорд, – уставился на перстень лакей округлившимися глазами, не решаясь взять драгоценность.
– Ты это заслужил. Бери. Продай и распорядись деньгами с умом, – похлопал лакея по плечу граф.
– Ваша милость, я буду молиться за вас каждый день, – лакей попятился к двери. – Да даруют боги вам здоровье и долголетие.
– Очень на это надеюсь, – кивнул лакею Барр. – Иди, дружок. И не швыряй деньги на ветер.
– Как можно, милорд! Благодарю вас, милорд! – кланяясь, лакей покинул зал.
– Зачем ты это сделал? – зло посмотрела на Барра Александрина.
– Отпустил прошлое. Оно ушло вместе с лакеем и твоим перстнем, – очаровательно улыбнулся Реймонд.
