у него диарея. Постоянно что-то жует. Можем его подождать…
— Да, не нужно, — сказала Василиса. — Это всего лишь формальности для протокола. — Вы с Замиром определились? Штаб? Охотники? Ну, целители вряд ли… — она что-то вычеркнула из списка в таблице.
— Охотники, — ответил он. — Можно нас в одну группу?
— Обычно в группу берут минимум одного из бюро, одного из ордена и пару так сказать «гражданских», — инструктировал Иван.
— Я запишу вас в одну группу, — Василиса уже что-то помечала в листе. — Но, последнюю реорганизацию имеет право сделать орден. Так как это их прямая обязанность и компетенция. Обычно последние коррективы вносит Илья.
— Ну, и славно! — вздохнул с облегчением Иван, и даже немного потянулся на стуле, похрустев костями. — Вот, и все со списком участников. Можно пару часов отдохнуть, поспать или поесть перед охотой. Может, пойдем поедим, Василиса? В столовой сейчас должны накрывать. Там бесплатно для всех охотников и тех — кто в штабе. А в лотках, на улице платить за фаст-фуд…
— Конечно… ты иди поешь, — девушка что-то вписывала в листы. — Я закончу заполнять листы и отнесу их в штаб.
Костя молча сидел на стуле, скрестив руки на груди, и одним уголком губы ехидно улыбался. Иван растерялся, потом уставился в немом вопросе на девушку, но Василиса так и не поднимала головы и глаз с бумаг. Хотел что-то сказать, зло посмотрел на Костю, пожал плечами и ушел.
— А ты чего сидишь? Не хочешь есть? — посмотрела Василиса на него, когда Иван вышел из конференц-зала. — Или Замира ждешь?
— Тебя жду, — Костя посмотрел ей в глаза, она отвела взгляд и снова принялась за свои бумаги. — Может тебе помочь?
— Не думаю, что орден или бюро обрадуются, если узнают, что ты помогал с листами участников.
— А ты им не говори.
— И зачем тебе мне помогать? — посмотрела на него пронзительно девушка.
— Чтобы ты быстрее закончила, и мы могли пойти поесть, — пожал плечами Костя. — Только не говори, что я в списке подозреваемых людей, которые открыли портал и вызвали мертвяков. Я давно не занимаюсь некромантией!
— Не скажу, — девушка стала собирать листы в папку. — Я закончила. И не нужно оправдываться, мне в принципе все равно. Я здесь только по просьбе бюро и ордена.
— Так ты веришь, что не я вызвал мертвяков?
— Костя, как я сказала: «мне все равно». В любом случае, рано или поздно выяснится кто открыл портал и занимался некромантией. Так что не люблю спорить по пустякам и обсуждать вещи, которые все равно станут известными. Я сейчас стараюсь не делать поспешных выводов, и не доверять слухам.
Повисло неловкое молчание, Василиса собрала все документы, положила папку под мышку и встала со стола:
— Пойдем отнесем эти бумаги в штаб. И вроде в одном из лотков на фестивале я видела вафли с мороженным. Если ты ешь вафли, то можешь присоединиться.
Костя улыбнулся, встал и направился к выходу следом за ней.
Временный штаб на эту операцию находился сейчас в комнате по безопасности на первом этаже, в левом крыле. Василиса занесла бумаги, и видимо отчиталась, потому что Косте пришлось ждать ее в коридоре минут семь или восемь.
Они вышли во двор. На улице их сразу оглушила разномастная какофония звуков, цветов и запахов фестиваля. Солнце на улице стало мягче светить, уже не припекало и не было жары. Скорее всего сейчас около семи вечера. Василиса довольно уверенно двинулась через толпу, и проходила мимо лоток за лотком, пока не нашла тот, что с вафлями.
— С чем будете вафли? Мороженое или варенье? — спросила за прилавком пухленькая женщина с белой косынкой на голове.
— Мне с мороженым, — ответила Василиса. — Фисташковое и кокосовое, пожалуйста.
— Мне тоже, — кивнул Костя, и сам полез в карман за кошельком. — Сколько?
— Две малиновые фишки, — ответила женщина.
— Чего? — недоуменно уставился он на продавца.
— Я заплачу, — Василиса достала две круглые малиновые фишки и отдала женщине. — Я просто здесь почти с утра. Успела обменять деньги на фишки.
— Ничего не понимаю… — Костя развел бы руками, но они были заняты тем, что держали картонные тарелки с вафлями.
— Просто бюро следит, чтобы на фестивали продавцы не наглели и обсчитывали участников. Поэтому нужно покупать эти фишки, чтобы обменивать на товары. После окончания фестиваля, продавцы вернут фишки, и им взамен дадут заработанные деньги, — пояснила Варвара и забрала себе одну тарелку с вафлями.
— Зачем же все так сложно, — покачал головой Костя. — И бюро, как всегда, умудряется зарабатывать деньги? Даже на восстании мертвяков? А орден тоже с этого что-то имеет?
— В основном, это мероприятие создано, чтобы заработать как раз могли существа. Особенно те — у кого не самые лучшие времена. А здесь, все могут друг друга поддержать. Насчет, имеет ли с этого что-то бюро или орден?.. Вряд ли, только если покрыть аренду этой турбазы… Но насколько, я знаю, турбазой владеет один из наших. Поэтому, скорее всего он даже сделал хорошую скидку, — девушка с удовольствием надкусила лакомство.
— Мы недалеко ушли от человечков в плане наживы даже перед лицом опасности или смерти, — фыркнул Костя, и потом немного поперхнулся кусочком вафли.
— И нам приходится подстраиваться под этот материальный мир, — пожала плечами Василиса. — Разве когда-то ты тоже не накапливал несметные богатства в своем хранилище в замке?
— Это было давно… — как-то даже с грустью в голосе ответил Костя. — Войны «богов» обошлись недешево, да и после двадцатого века инфляция все съела. Плавающие курсы валют, нескончаемые экономические кризисы, «свободная» рыночная плавающая экономика — будь она неладна! Ничто в этом мире больше не стабильно…
— Потому что ты всегда все пытаешься контролировать, — усмехнулась она.
— А что лучше отпустить все на самотек?
— Честно? Я больше даже не знаю, что лучше! Думала за тысячу лет узнаю… но как оказалось, что все также непонятно: что правильно и лучше…
— Кризис тысячи лет, — Костя слегка толкнул ее вбок плечом. — Не самый приятный возраст.
— И что разве становится лучше, после двух тысяч или больше? Или это просто замкнутый круг? — она тоже его игриво пихнула вбок
