Моё тело и разум будто разделились. От этого было очень трудно расслабиться, как велел Криспин. Какое «расслабиться», если я каждую минуту боюсь упасть! И вообще, я удивляюсь, что до сих пор ещё не свалилась с этой лошади.
Маг, как мог, пытался отвлечь меня от мыслей о прогулке на лошадях. Заговаривал на разные темы, но собеседница из меня была не очень.
Все мои мысли были подчинены непонятности нынешнего существования. Прямо жалко становилось Криспина, и я чувствовала себя последней стервой, которая издевается над мужчиной, что хочет ей помочь. Однако, никак не получалось быть расслабленной, весёлой и поддерживать великосветскую беседу.
Один раз попыталась о чём-то поговорить и тут же наступила, как оказалось, на больную мозоль мага. Откуда мне было знать, что он сирота? Криспин совсем не обиделся и даже сказал, что ему не в тягость говорить на эту тему, но всё равно настроение опять упало.
Что ни сделаю, всё не так. Только когда мы подъехали к красивым пушистым сосенкам и маг предложил срезать с них ветки, я отвлеклась и стала с увлечением выбирать веточки себе в комнату.
В какой-то момент, Криспина вдруг приложил ладонь к моему рту, я сразу поняла, что случилось что-то плохое, так как без лишней надобности он старался меня не касаться. Уж не знаю почему, то ли здесь такое воспитание, то ли не хотел меня смущать.
Я шарила взглядом по линии горизонта, пытаясь понять, откуда ждать неприятностей. И честно говоря, совершенно не ожидала, что на нас нападут какие-то дикие люди. Мне представлялось, что где-то затаился горный лев или волк, но уж точно не бугаи в шкурах.
Они были одеты в белые шкуры, замшевые штаны, волосы заплетены в косы, лица проколоты чем-то вроде пирсинга, а руки и ноги в шрамах, которые, судя по всему, они нанесли себе сами, потому что в природе такой симметрии на коже явно появиться не могло.
Дикие были вооружены секирами, кинжалами и вид имели совершенно недружелюбный.
Криспин тут же сказал мне, встать ему за спину. Не знаю, что он хотел этим показать, что я должна его защищать со спины или прятаться за нею? Честно говоря, мне так страшно не было, даже когда я под снегом сидела в одиночестве. Там, по крайней мере, никто на меня не бросался.
Когда первая троица бросилась на мага, двое оставшихся подходили ко мне уже не торопясь и как-то нехорошо ухмыляясь. Тут с меня, наконец, спала апатия, как осенние листья с деревьев. Такое зло взяло! Что ни день, то меня кто-то пытается убить: то самолёт, то под лавину занесло, теперь эти на меня кидаются.
Ни дня покоя нет! Зря я, что ли, всю жизнь ходила на секции, курсы самообороны и всё остальное? Пора вспоминать забытые навыки! Осторожно я вытащила один из кинжалов Криспина, в пылу сражения, он даже не заметил. Защищаться в рукопашную от людей, у которых есть оружие, несколько недальновидно.
Громилы переглянулись, а потом посмотрели на меня, как на сумасшедшую. То ли у них женщины не воюют, то ли они не поняли, на фига я взяла этот кинжал, а дальше началась потеха. Когда первый приблизился ко мне с намерением схватить за руку, применила прием с захватом. Дикий как-то хрюкнул, не поверивший, видимо, в то, что произошло. Но дальше началась уже нешуточная борьба, потому что раз попытка провалилась, они решили кинуться на меня вдвоем.
Ждать помощи от Криспина не приходилось, так как он был занят. Ему бы самому, кто помог, на мой взгляд. Он, конечно, говорил, что маг, но как понимаю, после того как нас встряхнуло, я сама испугалась, что не дай бог лавина опять накроет! Такие шутки в горах лучше не проворачивать.
И потом, мы стояли на снегу, где там эта земля под нами я была неуверенная. К тому же с магией я дело имела совсем мало, и не знаю, что может изобразить Криспин.
Дралась я отчаянно ногами и руками, кувыркалась, перебрасывала через себя этих громил. Всё тело ныло от напряжения.
В результате одного из приемов, мне удалось полоснуть кинжалам одного из нападавших. Я распорола ему бедро, и кровь фонтаном брызнула на снег.
Не думала, что я такая неженка, но меня замутило от этого вида, и какой-то непонятный звук вырвался из горла: то ли хрип, то ли стон. Мужик удивлённо посмотрел на меня, потом на снег, а потом его штанина стала быстро пропитывалась кровью.
Криспин успел отбиться от одного из нападавших, он тоже был сильно ранен. Оставшиеся двое пытались его теснить, но когда маг услышал мой стон, то резко повернулся, диким взглядом осматривая местность, а когда понял, что я встаю целая, то как-то облегченно выдохнул, но бледность с его лица не исчезла.
Однако долго стоять и разглядывать друг друга было некогда, так как его противники совсем не дремали, а мой кинулся со злобой во взоре опять на меня, не обращая внимания на раненого товарища.
Было так плохо, что я не могла понять, что со мной, казалось, от слабости и стука крови в ушах, я сейчас осяду в снег. Меня всю колотило. Отбиться сил не было, руки налились свинцом. Этот громила может свернуть мне шею одной рукой, а я даже сделать ничего не могу. Кто бы подумал, что я такая слабовольная?
Однако, когда он схватил меня за плечо, а вторую руку поднял с секирой над головой, весь его вид выразил удивление, потом он закричал, как безумный, и задергался так, что затрясло и меня.
Я не могла понять, что с ним, а потом он вдруг вспыхнул как факел и осыпался пеплом у моих ног. Только икнуть и успела.
