class="p1">Она могла сказать спасибо только из-за того, что Настя уже не жила с отцом.
Девушка привыкла ходить с маской на лице, когда слышала в свою сторону оскорбления по поводу лишнего веса. Школьный буллинг был самым худшим временем в её жизни. Алексеева старалась сама шутить над собой с улыбкой на лице, чтобы было не так обидно.
В школе она была клоуном, самым настоящим.
Могла сорвать урок из-за частого смеха, плохо училась и занималась полной ерундой. Но зато было не так больно.
Алексеева дружила лишь с мальчиками, могла найти общий язык со всеми, но из-за переезда в другой город, она почувствовала себя совсем другим человеком. Из-за низкой самооценки, которую подарили ей родители и одноклассники — девушка стала совсем другой.
Но были те дни, когда она чувствовала себя всё той же Катей, которая веселила своих одноклассников и своих друзей из Конаково. Алексеева со стороны всегда казалась будто совершенно без комплексов, но никто не видел настоящую правду.
Катя тяжело вздохнула, останавливаясь у светофора. Подняв свою руку перед своим лицом, девушка начала разглядывать своё кольцо, которое ей наконец-то вернули, хотя она думала, что окончательно его потеряла. Драгоценность была её успокоением, потому что привыкла что-то трогать в руках из-за стресса. Кольцо ей подарил дедушка, который умер, когда той было четыре года. Пожилой мужчина купил кольцо на будущее, так как знал, что долго не проживёт из-за рака.
Он хотел что-то оставить после себя любимой внучке.
Когда Катя родилась, то мужчина проводил время только с ней, дарил на последние деньги игрушки и никогда не отпускал девочку от себя. Даже двоюродный брат не получал столько любви от деда. И Катерина помнила дедушку, часто разглядывала фотографии с ним и думала, что если бы тот не умер — всё было хорошо. Может он вправил бы мозги своей младшей дочери, чтобы та перестала пить, как делал это раньше дедушка до рождения Кати.
Он бросил пить, когда родилась внучка.
Если бы он был жив, Катя не жила бы в таком ужасе.
Алексеева с печалью на глазах посмотрела на светофор. Осталось десять секунд. Девушка увидела, как останавливались машины. Чёрный автомобиль был близко к ней и Алексеева посмотрела на водителя, и тут же встала в ступор, встретившись взглядом с тем, кого уж точно не хотела видеть. Устя рассказывала, что у одного из парней была тачка, но она никогда бы не подумала, что транспорт будет принадлежать Денису.
Парень сжал рукой руль, смотря на неё своими гневными глазами, и тот скривил губы, смотря на неё.
Возможно, что девушка вызывала отвращение у него из-за своей внешности или просто ненавидел её из-за того, что та жила по-соседству и сувала свой нос с подругами туда куда не надо. Алексеева подняла взгляд и увидела зелёного человечка, который ей говорил, что можно идти и не стоять на одном месте, смотря на парня, как баран на новые ворота. Катя прикусила свой язык из-за нервов и раздражения, и направилась вперёд, не оглядываясь на чёрную спортивную машину.
Разве ему не плохо? Парень должен находиться в общежитии из-за плохого самочувствия, но теперь девушка видела его в хорошем состоянии за рулём. Кате казалось, что парень желал переехать её, чтобы наконец-то не видеть назойливую соседку. Но это была лишь догадка или паранойя.
***
— Хватит! — по комнате прошёлся крик и смех Силаевой. Девушка лежала на кровати и пыталась отбиться от приставаний Кати.
Устинья сидела рядом и тихо посмеивалась, наблюдая за страданиями Полины. Девушка часто видела, как девушки так бесились, лапая друг друга, либо же по-дружески дрались.
— Чё ты смеёшься?! — крикнула Полина, толкая весёлую Катю от себя. — Иначе тебя настигнет такая же учесть! — пригрозила девушке Силаева, и Жукова сразу же прикрыла рот рукой.
— Интересная идея, — по-садистски усмехнулась Лина, смотря на удивлённую Устинью.
Каспар начала медленно приближаться к Жуковой, пока та пыталась встать с кровати и уйти отсюда. Она не хотела "умереть" от щекотки. Жукова не любила, когда таким образом её хотели помучить, ведь щекотка была её слабым местом. Лина несильно толкнула девушку на диван и навалилась на ту сверху, начав везде щекотать. Жукова начала извиваться под Линой, громко смеясь, от чего живот начал болеть. Мышцы пресса сразу же напряглись и так же стали изнывать от боли. Полина уже сидела с направленным телефоном на эту картину, снимая всё действие на камеру, а Катя смеялась из-за наглости Силаевой.
Время было позднее — двенадцать часов ночи, и шуметь в такое время не стоило, иначе могли пожаловаться на них или же всё услышали бы воспитатели.
— Спасите! — сквозь смех сказала Жукова. — Только попробуй куда-нибудь скинуть это! — недовольно обратилась к Полине Устя, на что Полина усмехнулась.
— А надо было помогать мне, — сказала Полина, показывая той средний палец.
А потом послышался громкий стук в дверь. Девушки сразу же прекратили своё веселье и уставились на входную дверь, в которую сильно долбились. Магдалина слезла с Устиньи и направилась открывать незванному гостю. Перед девушкой стоял недовольный Денис, на что Каспар зло улыбнулась.
— Что-то не так? — сделала невинный вид чёрноволосая, мило улыбнувшись. — Вам не спиться? Может включить "Спокойной ночи, малыши"? — щебетала Лина, наблюдая как лицо парня кривилось от такого "милого и невинного" тона.
— Уже какой раз повторяем вам, чтобы вы заткнули свои поганые рты в такое время, — огрызнулся на девушку парень.
— Иначе что? Ударишь или сожжешь мне лицо? — насмехалась над парнем Лина. — хмм. ой стой, может выбьешь мне зубы?
— С радостью, заодно поинтересуюсь у твоей мамаши на счёт твоего херового воспитания. — гаркнул Денис и тут повисла тишина.
Девушки вжались к стене, наблюдая за злым оскалом Магдалины. Девушка сжала руки в кулаки, желая наброситься на Дениса. Лицо было суровым, а в глазах промелькнула жажда крови. Она схватила парня за воротник и приблизила к себе, тяжело дыша из-за гнева, который наполнил ту с ног до головы. В своих фантазиях она уже разрезала его глотку, ее руки были в крови, нож в крови, пол в крови. Каспар желала, чтобы это было в реальной жизни.
— Тебе лучше не заикаться про мою мать, — шипела на Котова девушка сквозь сжатые зубы, на что парень вскинул бровь и расплылся в улыбке.
— Вы только посмотрите, — присвистнул тот, забывая что лица этих двоих были в нескольких сантиметров друг от друга. — Тебе про чужих мамок шутить можно, а про твою нельзя.
— Завали своё ебало, насекомое! — злостно прошипела девушка, сильнее
