Читаем без скачивания Проклятый город - Лесли Уайт

Кен сунул квитанцию в карман и осмотрел автомобиль спереди. От первоначальной окраски мало что сохранилось, особенно там, где бампер столкнулся с другим автомобилем. На самом кончике алел крохотный кусочек эмали, содранной с помехи. На радиаторе Кен обнаружил еще несколько крупинок красной краски. Очевидно, эта коллизия случилась недавно.

Больше ничего достойного внимания Кен при осмотре машины не обнаружил. И, конечно же, не узнал ничего о целях поездок.

Кен отошел от автомобиля Парксов. Толпа неохотно рассеивалась, следуя вежливым, но настоятельным требованиям полицейских. Проезжая часть ожила, автомобили расползались, отчаянно дудя. Один из полицейских шагал вдоль выстроившихся у тротуара машин в сопровождении какой-то женщины. Очевидно, эта женщина видела Паркса выходящим из автомобиля, но не могла вспомнить, из какого. Очевидец с дырявой памятью.

Кен смешался с расходящимися зеваками, обогнул квартал и вернулся в офис. Вошел, улыбнулся все еще не пришедшей в себя Хелен.

— Это он?

Он кивнул, прошел в кабинет. Она остановилась в дверях, наблюдая, как он расправлял на столе найденную в автомобиле Паркса газету. Из первой страницы выхвачен изрядный кусок.

— Не из-за этого ли он к нам собирался? — набравшись смелости, спросила Хелен.

Кен потянулся за газетой, с которой возился до выхода из конторы, наложил одну на другую первые страницы обоих экземпляров. Сквозь отверстие верхнего листа просматривалась фотография и несколько строк текста.

Кен всмотрелся в фотографию.

Мужчина с волевым подбородком, в роговых очках; губы крепко сжаты; высокие скулы, высокий лоб. Подпись гласит: «Гарри Б. Дайк утвержден мэром в качестве нового руководителя водопроводного хозяйства». Далее излагались достижения Гарри Б. Дайка как частного предпринимателя и общественного деятеля. Отмечалось также, что Дайк категорически против вмешательства политики в хозяйственную деятельность и что в будущем контракты будут получать лишь фирмы, предложившие наиболее выгодные экономические решения, что городской водопровод будет оставлять за собой последнее слово.

В деловой и столь оптимистической статье указывались и координаты офиса Дайка: Монаднок-билдинг на Седьмой стрит, между Мэдисон и Харкли. Под внимательным взглядом Хелен Вейл Корнинг решительным жестом натянул шляпу на лоб.

— Кен, — забеспокоилась она, — опасное это дело, лучше не ввязываться.

Хелен бледна, как привидение. Глаза расширены. Губы подрагивают, она сейчас, чего доброго, всхлипнет и заплачет. Кен улыбнулся, похлопал ее по плечу.

— Слушай, Хелен, я здесь новичок. Но осяду здесь и останусь. Кое-кто из здешних еще этого не усвоил. Пора им дать понять, что я здесь надолго.

Он вышел, поймал такси и бросил водителю:

— Монаднок, и побыстрее.

Машина тронулась с места.

— Тут парня подстрелили, — сообщил словоохотливый водитель. — Такая пробка была… Только вот рассосалась.

— Угу, — промычал в ответ Корнинг, и беседа застопорилась.

На Седьмой Корнинг расплатился, узнал в справочном, что офис Дайка находится на седьмом этаже, и направился к лифту.

В приемной за новой бесшумной пишущей машинкой усердно трудилась машинистка да очень деловая молодая секретарша возвышалась за обширным письменным столом, украшенным тремя телефонными аппаратами. Корнинг подошел к ней, улыбнулся.

— Извините, я должен был встретиться с господином, но проколол шину и опоздал. Такой крупный мужчина лет сорока восьми, очень полный, в сером костюме, несколько помятом…

— Вы имеете в виду мистера Паркса, — сразу поняла секретарша. — Да, он был здесь, но уже ушел.

Кен, не раскрывая рта, мимикой продемонстрировал свое разочарование.

— А мистер Дайк здесь?

— Да. Он сейчас занят. Вам не назначено?

— Нет. Простите, какая у него машина?

— «Кадиллак», седан. Еще у него есть спортивный «Бьюик».

— Спасибо. «Кадиллак» ярко-красный?

— Да, красный.

— Извините, мне придется побеспокоить мистера Дайка. Доложите ему, что его очень хочет видеть мистер Корнинг.

Она покачала головой.

— Но к нему нельзя. Без предварительной договоренности…

Секретарша еще не успела договорить, а Корнинг уже входил в кабинет мистера Дайка.

— Мне некогда, — бросил он ей через плечо.

В жизни Гарри Б. Дайк оказался еще внушительнее, чем на газетном фото. Кену бросились в глаза залысины высокого лба — отсветы житейской мудрости своего носителя. Стальные глаза прокололи вошедшего сквозь стекла массивных очков, как мелкую букашку.

— Вон! — бросил Дайк, на мгновение оторвавшись от кипы бумаг. — Я занят. — Он снова склонился над документами.

Корнинг пересек комнату.

Дайк больше не поднимал глаз. Кончиком остро заточенного карандаша он плавно скользил по строчкам машинописного документа.

— Вон! — негромко повторил он. — Не то я вызову полицейского. Будете отвечать за нарушение порядка. Я отменил прием. Никакая страховка мне не нужна, никакие книги, бунгало и автомобили.

Корнинг уселся за стол.

Дайк поднял, наконец, глаза на наглеца, швырнул карандаш и протянул руку к телефону.

— Я Кеннет Д. Корнинг, адвокат Сэма Паркса, посетившего вас сегодня чуть раньше.

Рука замерла, так и не дотянувшись до телефона. Глаза на мгновение расширись, потемнели, затем приняли привычное выражение.

— Ну и что?

— Это касается вашего назначения на пост руководителя городского водопровода. Возможно, вам следует пересмотреть свое согласие на должность. Тем более что Паркс убит около двадцати минут назад.

Лицо Дайка не изменило холодного, враждебного выражения.

— Вы хотите намекнуть на мою причастность к убийству этого человека?

Тоном и выражением лица Корнинг как будто подражал своему собеседнику.

— Да.

Они встретились взглядами.

— Корнинг, — прожевал и выплюнул Дайк, как будто пытаясь вспомнить, где он слышал это имя, — новичок у нас и, конечно, сумасшедший. Валяйте, я вас слушаю.

— Зря он направился сразу к вам. Хотел вас встряхнуть. И из вас вытряхнуть, — бесстрастно произнес Корнинг. — Когда здесь у него не прошло, он обратился ко мне. Его уложили люди Дуайта. Вы, вероятно, напрямую с убийством не связаны. Вы просто дали знать Дуайту, только и всего. Но убийства ожидали, и оно вас не удивило.

Дайк поднялся.

— Хватит. Поговорили. Выметайтесь.

Корнинг не двинулся с места.

— Вы принимаете пост главы водного департамента, и я вас привлекаю за убийство.

Дайк презрительно усмехнулся.

— Человек зашел ко мне в офис. Его убили. Я сидел здесь, никуда не отлучаясь. Значит, этого достаточно, чтобы обвинить меня в убийстве?

Корнинг напряг воображение и стал блефовать.

— Паркс не только здесь говорил. Я ехал с ним в «скорой». Он говорил со мной перед смертью.

Этого заявления Дайк явно не ожидал. Самоконтроль подвел его. Он прищурился, губы его дрогнули. Но тут же он снова застыл, как гранитная глыба.

— Он поведал вам, что я догнал его ржавое корыто и на полном скаку вонзил в него кинжал?

Корнинг ухмыльнулся.

— Вот видите, вы даже знаете, какое у него корыто. Нет, про кинжал он не говорил. Он сказал, что его машина, в которой он ехал с женой, столкнулась с вашей. Кроме вас внутри находился Карл Дуайт, большой специалист по доильным аппаратам, высасывающим из города миллионы. Мэр сделал жест — назначил вас на пост — в надежде, что вы положите конец злоупотреблениям и взяткам. А вы, оказывается, в одной лодке… в одном драндулете с Дуайтом, против которого обещали бороться.

Кен продолжал:

— Имени мужчины вы не узнали, но имя женщины, управлявшей автомобилем, зафиксировано в протоколе. Вы узнали, чем она занимается. Торговля нелегальным алкоголем. И решили упрятать ее туда, где ее свидетельство против вас никто не услышит. Дуайт устроил проверку в ее забегаловке и подстроил обвинение во взятке. Она, собственно говоря, и не осознала важности того, что видела, вы предвосхитили события. Конечно, чего стоят показания осужденного за взятку?

Корнинг и Дайк смотрели друг на друга холодно и спокойно.

— Весьма импульсивный и отважный молодой человек, — нарушил молчание Дайк. — Разве что умом тронулся. Впрочем, возможно, пьян. Убирайтесь.

Корнинг повернулся к двери.

— Мне приятно было поделиться с вами тем, что я знаю, и показать, что вы ничего не выиграете от возни вокруг этой женщины. И обдумайте перспективы увольнения и обвинения в убийстве.

Дайк протянул руку к телефону.

— Когда выйдете, скажите секретарю, чтобы заперла дверь. На сегодня с меня хватит сумасшедших посетителей.

Корнинг мило улыбнулся.

— Я сам запру.