(Хотя его литературное наследие очень велико, и в нём немало весьма удачных, умело и крепко прописанных картин ярославского провинциального бытия.) Но собирательство…
Но собирательство стало едва ли не главным содержанием и главной целью неутолимых странствий по Ярославской губернии, особенно по её северным уездам, включая и наш Мышкинский. Если его литературное наследство насчитывает более тридцати книг и целую «вселенную» газетных и журнальных публикаций, то встреченные (и частично приобретённые им) русские древности могли бы исчисляться никак не менее, чем сотнями экземпляров.
Изо всех Опочининых это самый плодовитый писатель и самый азартный искатель вещественной старины – книг, икон, рукописей и всего, что несёт яркий и впечатляющий отпечаток старины. Правда, его собирательство, по мнению ряда исследователей, имело в не малой степени и негативный характер, имевший целью последующую перепродажу найденного.
Мы не можем судить, насколько это справедливо, но вслед за внимательным рыбинским искусствоведом С. Н. Овсянниковым и авторитетным ярославским деятелем культуры И. А. Тихомировым можем лишь повторить, что Опочинин «прошелся по Рыбинскому и соседним уездам в своём роде археологическим Мамаем, забирая всё, что попадалось на глаза», а потом «продавая кому придётся».
Возможно, в этом суждении есть и немалая доля истины, ведь домашняя коллекция вещей, имеющих историческую или культурную ценность, поступившая в Рыбинский музей из опочининской усадьбы Максимовское, вовсе не слишком богата. Кажется, она составляла не более 30 предметов, из которых, на сей день, сохранны лишь десять.
Можем заметить, что очень слабая доля сохранности в целом оказалась весьма характерна для собраний Рыбинского музея. Так хорошо известно, что 7 марта 1926 года из Мышкинского музея в музей Рыбинска были переданы 18 «портретов и картин разных», 22 «гравюры и картины разные», 23 предмета бытовых и скульптуры (в том числе скульптур имелось семь). На сегодняшней день обнаружены лишь 18 живописных произведений, три графических листа и… ни одной скульптуры!
Всё словно испарилось чудесным образом… Но ещё более страшной и жестокой была судьба нашей Опочининской библиотеки, тоже вывезенной в Рыбинск. Она почти целиком погибла в сыром неотапливаемом каменном сарае во дворе центральной библиотеки имени Энгельса. Со всеми своими многочисленными редкостными изданиями. Увы, это мы видели своими собственными глазами… Видели мы и остатки этого уникального книжного собрания, перевезенные в Ярославль. К сожалению, это была лишь малая часть того, что погибало в Рыбинске и, к тому же, далеко не лучшая часть.
Но возвратимся к нашему «усадебному человеку» – писателю, журналисту, археографу, фольклористу, театроведу, историку и коллекционеру Е. Н. Опочинину. Он не только уцелел в бурях революции, но до конца своей жизни (до 1928 года) являлся членом Всероссийского Союза писателей и Общества изучения русской усадьбы (ОИРУ). Последней значительной публикацией Евгения Николаевича были «Русские народные сказки. По новым записям», вышедшие в Москве ещё в 1913 году. И в РГАЛИ есть фонд его материалов. Очевидно, на склоне жизни его поддерживала дочь, тоже писательница, много печатавшаяся с 1923-го по 1929 год. Кстати, и для неё рыбинская усадьба Максимовское тоже была родной, там прошло её детство…
…А с Мышкином Евгений Николаевич Опочинин был связан много и разнообразно. И через наших Опочининых, и Тучковых, и через С. Д. Шереметева, и через хорошо известных ему здешних старинных дворян Скрыпицыных. Отразился Мышкин и в его произведениях, и особенно им проникнут рассказ «В городке». Но ещё ярче мышкинский сюжет прозвучал в его большом литературном обозрении: «Русские коллекционеры и уцелевшие остатки старины (Из наблюдений и воспоминаний)». Там очень трогательно и жизненно явственно ожил образ старинного коллекционера, мышкинского дворянина Валериана Михайловича Скрыпицына. Этот забавный и по-старомодному привлекательный человек словно ожил под «лёгким пером Е. Н. Опочинина.
…Вот таким был ещё один здешний «усадебный человек», ещё один из большого и долговечного рода дворян Опочининых. Этот человек прожил интересную жизнь, немалая часть которой была современна веку императора-славянофила Александра III. Отвечал ли этот человек своими жизненными занятиями идеям и принципам эпохи этого подлинно русского царя?
Мы полагаем, что он не обладал высокими гражданскими устремлениями, свойственными его родственнику Фёдору Константиновичу, но в целом разделял большой и живой интерес к чисто русской культуре и нашей русской истории и, сколько мог и умел, активно участвовал в их изучении и популяризации. Во всяком случае, этот Опочинин тоже был одним из людей усадебного мира, который достоин сочувственной памяти о себе и который соответствовал русской национальной политике Царя-Хозяина.
В числе учредителей
…В краеведческих исканиях случается так, что сведения о каких-либо интересных делах давних наших земляков встречаешь вполне неожиданно. И даже там, где их, казалось бы, и ждать не с чего. Но «тотальность» краеведческого поиска, его характер сплошного «прочёсывания» старинных публикаций порой дарит такие интересные и приятные встречи.
Нас, мышкинских краеведов, издавна привлекали воспоминания земляков о посещении нашего края Александром Александровичем Романовым, будущим императором Александром III. Тема увлекала, вела по старинным документам и публикациям и приводила к материалам о многих трудах и начинаниях Императора – Славянофила. Одним из таких начинаний является создание знаменитого Русского музея.
С молодых лет будущий царь собирал работы русских мастеров живописи, мысля о том, что его собрание станет основой будущего музея русского художественного искусства. Так это и случилось.
В 1895 году этот музей был учрежден как художественный и культурно-исторический и заслуженно получил имя своего зачинателя, громкое и славное имя русского императора Александра III. Его разместили и открыли в Михайловском дворце, построенном Карло Росси в 1819–1825 годах. Открытие состоялось в 1898 году. Александровскую основу коллекций пополнили произведения, поступившие из Эрмитажа и ряда императорских дворцов. Собрание пополнялось до самого 1917 года путем как приобретений, так и пожертвований.
После революции собрание произведений этого музея значительно увеличилось за счет национализации художественных ценностей, ранее принадлежавших императорской фамилии, церкви или частным коллекционерам. И в 1917 году собрание этого музея уже насчитывало семь тысяч единиц хранения. А к настоящему времени это число возрастало до 316 тысяч.
Сегодня в музее представлены многие выдающиеся памятники иконописи, произведения Андрея Рублева, Симона Ушакова и других древних художников. И, конечно, здесь широко представлены работы Р. С. Рокотова, Д. Г. Левицкого, О. А. Кипренского, C. Ф. Щедрина, А. Г. Венецианова, К. П. Брюллова, И. Н. Крамского, Н. И. Шишкина, Е. И. Репина и многих других русских мастеров кисти.
Великолепное здание Русского музея на площади Искусств в Петербурге ежегодно посещают десятки тысяч людей. Любуясь произведениями искусств, выставленных в залах музея, зритель и не задумывается о тех, кто стоял у начал этого великолепного собрания. Слава Богу, что теперь и в самом учреждении и в печати уже не молчат о том, что самым первым собирателем начального собрания замечательных произведений был император Александр III. Но рядом
