4 июля 1758 г.
Господин бригадир Еропкин присланным ко мне сейчас рапортом доносит, яко неприятель второго числа, получив известие о его приближении в десятом часу, оставив крепость, ретировался. О чем он уведал по прибытии в деревню Гамен от полковника господина Краснощокова и капитана Шелтинга, посланных от него до сей деревни и далее вперед для примечания на неприятельские обращения; а те уведомлены были через явившихся к ним из Дризена бежавших одного капрала и девятнадцать рядовых вольного Гортова полка. Сии последние объявили ему, господину бригадиру, что оный Горт со всем своим гарнизоном, состоящим в числе вольного полка – четыреста пятьдесят, ландмилиции – триста пятьдесят, гусар – сорок, оставив крепость, ретировался к городу Фридбергу. Вышеупомянутый господин бригадир, ревнуя исполнить положенную на него экспедицию, немедленно все свои легкие войска в преследование неприятеля послал, а сам в Дризене пост взять намерен и в случае потребном или сам, или частью своего деташемента помощь дать посланным своим намерение имеет.
По окончании рапорта своеручно приказал, яко из города Дризена посланная от него малая партия привезла двух бургомистров, которые при отдаче городских ключей, город и всех граждан высочайшей ее императорского величества власти и оружию покорились, и о вольном полку числе согласно с дезертирами, а о ландмилицах – только двести сорок показали; а о прибытии сикурса, хотя давно тем обнадежены, не знают оного времени прибытия.
Я, в уважение сих обстоятельств, что ему господин бригадир приказал в том случае сделать, вашему высокорейхсграфскому сиятельству для усмотрения копию подношу.
Замок в Шверине.
Гравюра. Первая половина XIX в.
Из рапорта П. А. Румянцева В. В. Фермору о прибытии в Шверин и о состоянии войск18 июля 1758 г., Шверин
В продолжение отправленного от меня к вашему высокорейхсграфскому сиятельству от 16-го числа рапорта честь имею донести. Я с полками кавалерии вчера к местечку Шверину прибыл и при оном на сей стороне реки Варты расположился. Обозу ж малая часть и поныне еще не прибыла по весьма, где горы песчаные, а в низких местах от продолжающихся дождей грязной дороге.
Полки гусарские по повелению вашего высокорейхсграфского сиятельства к главной армии отправлены, а Чугуевский казацкий, который со мною прибыл, отправлен будет. Но я вашему высокорейхсграфскому сиятельству беру смелость представить оному здесь приказать остаться, в рассуждении малого числа при мне легких войск, которые хотя по списку число и до статочное составляют, но за раскомандированием, а паче донских казаков из полков у меня находящихся, кои еще от полковника Серебрякова и прочих не явились, и необходимо надобных полевых караулов и прикрытия табунов налицо весьма мало остается; Венгерский же гусарский полк людей довольно б имел, но немалая из тех часть без конных и без оружейных есть, и в прошедшую с господином генерал-майором Демико в Померанию посылку, где и сам полковник того полку был, двести с небольшим человек могло сыскаться.
Рихард Кнотель. Стрелки пехотного полка прусской армии середины XVIII века.
Вторая половина XIX в.
Партии и патрули для примечания неприятельских обращений необходимо надобны, и ваше высокорейхсграфское сиятельство мне точно оные почасту посылать приказывать изволите.
Моя часть и вся числом людей не весьма велика и, следственно, мне опасность и осторожность тем больше и надобна, дабы иногда в превосходящей силе о приближении неприятельском заблаговременно весьма получить уведомление мог и вашему высокорейхсграфскому сиятельству донести и мои меры взять. А без довольно сильных партий оного получать невозможно, в рассуждении, что малая никакого сопротивления сделать и удержаться и, следственно, неприятельскую силу и узнать не в состоянии…
…Вчерашнего числа майор Формелен от меня к Ландсбергу (который, по известиям, неприятель оставил) со ста пятьюдесятью казаками длядостовернейшего получения о неприятеле известия послан; а сего числа пополуночи в четвертом часу от господина генерал-квартирмейстера фон Штофельна я получил письмо, которым уведомляет о занятии города Ландсберга, откуда он выступив оставил некоторое число гусар и казаков, и требует от меня туда трех эскадронов гренадер и четыре пушки. Я, имея оные в готовности, вашего высокорейхсграфского сиятельства об отправлении приказания ожидаю, в рассуждении, что неприятель оное место уже оставил и если нужно оно, то, уповая ваше высокорейхсграфское сиятельство с сильнейшим числом пост там взять прикажете, а такую малую команду деташировать небезопасно…
Генерал-лейтенант граф Румянцев
Из постановления военного совета о выступлении дивизии П. А. Румянцева из Шверина на Зонненбург19 июля 1758 г., главная квартира при Мезериче
…Генералу-поручику графу Румянцеву с дивизией кавалерии из Шверина выступить 21-го числа сего к Зонненбургу, оставив все свои тягости в Шверине. При Зонненбурге пробыть до тех пор, пока корпус генерала Брауна одним или двумя маршами с стороны Кросени маршируя, к кавалерии приблизится и пока от реченного генерала ордер получен будет; а потом следовать к Ландсбергу, где и через Варту переходить до́лжно…
В. Фермор, Г. Броун, Петр Салтыков, князь Александр Голицын, граф Петр Румянцев, граф Чернышев
Рапорт П. А. Румянцева В. В. Фермору о переходе неприятельского корпуса через реку Одер14 августа 1758 г., лагерь при деревне Гаукренях
Сей ночи во втором на десять часу от полковника Хомутова прислан рапорт к господину генерал-квартирмейстеру фон Штофельну с уведомлением о переходе немалого неприятельского корпуса через Одер при местечке Гюстебизе, которое он, господин полковник, получил от взятых им в плен одного мушкетера и фурштата Доновского полка[59]. Я никогда оному веры б дать не хотел, если бы очевидно и изустно от сих пленных [не] получил того в подтверждение, что заподлинно вся армия, исключая несколько батальонов гренадеров, оставленных при Кюстрине, под предводительством самого короля на сделанном из водяных суден мосте на сию сторону под вышеописанным местечком переправилась и путь свой вверх по Одеру для нападения на армию нашу взяла.
Господин полковник Хомутов заподлинно об оном всем исследовал и достоверное известие получил, и мост оный осмотреть не был допущен, оставшимся при оном деташементом, и, будучи отрезанным, путь свой к Кенигсбергу взял и сего числа со мною соединился.
Я о сем важном деле с состоящим при мне генералитетом и генералквартирмейстером Штофельном довольное рассуждение имел, где, полагаясь на известное нам всем его высокорейхсграфского сиятельства рачение и попечение о безопасности армии ее императорского величества, под командой вашей состоящею, что, конечно, о сем переходе, когда оный подлинно последовал, достовернейшим и обстоятельнейшим известием предварены. И в уважении поста, который мы содержать определены, имея достоверные известия, что от Штеттина непрестанные деташементы также в близости находятся, согласно положили вашему высокорейхсграфскому сиятельству левой и вовсе кажущуюся безопасной стороной, с сим нарочным рапортовать; а между тем к походу состоять во всякой готовности, а к мосту, где оный переход был, немедленно послать сильную партию для сокрушения оного и поиску над стоящим там прикрытием, ожидая, впрочем, от вашего высокорейхсграфского сиятельства повеления.
Генерал-лейтенант Румянцев
Из журнала военных действий армии В. В. Фермора за 1758 год. О попытке частей Румянцева разрушить мосты и затруднить переправу прусских войск через Одер16 августа
…Генерал-поручик граф Румянцев рапортовал, что получив 14-го числа на рассвете известие, что неприятель между Шведтом и Кюстрином через реку Одер перешел, к стоящей под Кюстрином армии марширует, тотчас бригадира Берга с двенадцатью эскадронами конницы, двумя эскадронами Венгерского полка гусар и 200 человек чугуевских казаков к мосту отправил для разорения оного, куда бригадир Берг в шестом часу пополудни прибыв, стоящих при тет-де-понте, у сделанных батарей неприятельских, двух пехотных батальонов, трех эскадронов конницы и двух эскадронов гусар атаковал, с места сбил и к ретираде принудил; через первой мост прогнал и 30 человек в плен взял. Но наступившая ночь и темнота его от дальнейших прогрессов удержала, а между тем генерал-поручик, получив от прибывших к нему офицеров неприятные известия, за нужно признал его оттуда к дивизии отозвать. И так бригадир Берг, в ту же ночь, оставив неприятеля, перешел первый мост к дивизии, которая уже в марше была, с пленными ввечеру прибыл.
