– Если нас не собьют уже сегодня при подлете, – возразила Долин.
– Вряд ли, – заметил Маккена. – Еще одна польза от генератора помех «Уты». Никто не сможет связаться с нами по радио и запросить, кто находится на борту. Узкоглазые подумают, что мы их люди, и ничего нам не сделают. Если, конечно, Мачиано не выключит в ближайшие полчаса генератор помех. А от этого идиота всего можно ожидать.
Дэлвар кашлянул, но оставил эти слова без комментария.
– Я попытаюсь приземлиться подальше от базы йойодинов, – продолжал Маккена. – В навигационном компьютере модуля запрограммирован прямой курс на планетарный космодром йойодинов, а с поврежденными дюзами я не смогу слишком далеко уклониться от него. Но несколько километров я вам обещаю.
Он посмотрел на Дэлвара.
– Сержант, вам бы надо опять пристегнуться, – посоветовал он. – Сейчас будем преодолевать довольно сильные турбулентные воздушные потоки.
Дэлвар кивнул и опустился в одно из кресел. Долин тоже застегнула свои ремни. Было такое чувство, что ее связали и посадили внутрь снаряда диаметром шесть метров, который с огромной скоростью приближается к поверхности Гандамака и который способен затормозить лишь на последних километрах пути.
Посадка не будет большой проблемой. Маккена отличный пилот, и хотя модуль плохо слушается рулей, он сумеет посадить это корыто.
Гораздо, больше Долин беспокоило, что их ожидает после посадки.
* * *
– Внимание! – крикнул Маккена, но это предупреждение было излишним. Долин не могла лишить себя удовольствия, наклонившись вперед, насколько позволял ее ремень безопасности, посмотреть через плечо Маккены на экран. Поэтому она тоже увидела, как они приближались к поверхности Гандамака: из-за измененного курса по очень неблагоприятному вектору и со слишком большой скоростью.
Лишь в самый последний момент она вновь откинулась в своем кресле и наклонила голову, чтобы подбородок коснулся груди.
Сразу вслед за этим последовал удар о грунт. Оболочка модуля загудела, как будто по ней ударили гигантским молотом. Своей нижней частью аппарат ударился о поверхность планеты под острым углом и отскочил, как плоский камень отскакивает от поверхности воды.
Последнее, что Долин увидела на экране, была пустынная песчаная равнина. Для обычной посадки это было бы идеальным местом, но с поврежденными рулевыми соплами не могло быть и речи о нормальной посадке. Она только надеялась, что эта равнина была такой же мягкой в действительности, как казалась на экране.
Несколько секунд спустя модуль вновь опустился, и за этим последовал второй, не менее сильный удар, затем аппарат заскользил по импровизированной посадочной полосе, оставляя за собой глубокую борозду. Долин швыряло из стороны в сторону, несмотря на ремни.
Если где-нибудь в песке есть обломки скал…
Долин не стала додумывать мысль до конца.
Модуль быстро терял скорость и наконец остановился. Несколько секунд Долин сидела неподвижно, судорожно вцепившись в подлокотники, наконец она решилась вздохнуть. Вибрации внешней оболочки постепенно затухали. Модуль совершил такую жесткую посадку, что у всех было полно ушибов и ссадин от ремней безопасности. Но все-таки они сделали это, действительно приземлились живыми на Гандамак!
– Давайте, ребята, давайте, чего вы еще ждете? – голос Дэлвара вывел Долин из оцепенения. – Давайте выбираться отсюда. Гарантирую, пройдет совсем немного времени, и узкоглазые будут тут как тут, и я бы не хотел в этот момент торчать здесь. Пошли, пошевеливайтесь, потом будете отдыхать сколько угодно!
Он отстегнул замки своих ремней, встал и зашагал к выходному люку. Долин тоже поднялась. Она еще нетвердо стояла на йогах, но плазма несколько стабилизировала ее кровообращение, и, кроме того, Дэлвар наверняка вколол ей еще целый ряд укрепляющих медикаментов. Тем не менее, когда она встала, у нее несколько секунд было темно перед глазами, так что пришлось схватиться за спинку кресла, чтобы не упасть. Первые шаги дались ей очень тяжело. К тому же пол модуля сильно наклонился, так как аппарат зарылся носом в землю. Чтобы добраться до выхода в задней части модуля, надо было преодолеть довольно крутой подъем.
Дэлвар открыл выходной люк и выкарабкался наружу. Долин последовала за ним, при этом стараясь не коснуться внешней оболочки. Несмотря на теплозащитный экран, металл был раскален.
Но снаружи и без того было жарко, здесь речь шла не о той температуре, от которой можно укрыться в тени. Это был сухой, испепеляющий зной, который хотя и легче переносился, чем влажная духота, но от которого немедленно бросало в пот. По мнению Долин, было сорок–пятьдесят градусов Цельсия. Она спросила себя, сколько они смогут вынести такую жару в своих бронированных скафандрах.
Климату соответствовала и растительность в этой части Гандамака. В трех направлениях простиралась почти плоская песчаная пустыня, которая из-за колеблющегося от жары воздуха уже через несколько километров сливалась с горизонтом. Не было видно никаких растений.
И лишь в восточном направлении нечетко возвышались низкие, желтовато-серые горы. Вероятно, это были отроги более высоких гор, которые, однако, из-за плохой видимости не просматривались. Расстояние до них тоже было трудно оценить. Марево искажало всякую перспективу.
Может быть, там вообще нет гор, может быть – это мираж.
– Проклятие, – проворчал Дэлвар. Уперев руки в бока, он поворачивался из стороны в сторону, осматривая окрестности в поисках чего-либо интересного для них. Долин знала, о чем он думал. Никакого укрытия, насколько хватало взгляда – их можно было обнаружить любым, самым примитивным, пеленгатором.
– Похоже, предстоит приличный марш-бросок, – прокомментировал сцену Маккена, который тоже выбрался из люка. Хвостовая часть модуля – вот все, что выступало из песка, После посадки в грунте осталась широкая борозда длиной несколько сот метров.
– На каком расстоянии мы находимся от базы йойодинов? – спросил Дэлвар.
– Я думаю, километров пятнадцать, может чуть больше или меньше. Это было все, чего я смог добиться от поврежденных рулевых сопел, иначе бы посадка была просто самоубийством, – извиняющимся голосом произнес Маккена.
– Никто тебя не упрекает, сынок, наоборот. Это была чистая работа, и пусть кто-нибудь попробует сделать то же самое. Но мы должны исходить из того, что у узкоглазых есть суда на воздушной подушке, или антигравы, и при таком небольшом расстоянии они будут здесь через несколько минут, чтобы посмотреть, все ли тут в порядке. Посадочный модуль оставил свой след на любом радаре, – Дэлвар еще раз демонстративно осмотрелся. – Не очень много укрытий. Нам остается только закопаться где-нибудь в песок и надеяться, что нас не заметят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
