Жду, вижу гребень и подтягиваю себя на ноги, когда волна опускается. Все происходит так быстро. В одну секунду меня потрясывает и покачивает, а в другую руки расставлены, и я нахожу равновесие, насколько это вообще возможно. Я качусь на доске. Действительно качусь! Я стою прямо, поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Карсона, и он хлопает в ладоши и что-то кричит. Я издаю возглас и выбрасываю в воздух кулаки.
И вот тогда-то я и теряю равновесие и падаю. Ну естественно.
Волна донесла меня практически до самого пляжа, поэтому я спрыгиваю и машу Карсону. Я измождена, но настолько взволнована. Я действительно поймала волну. Даже если это было на секунду, оно того стоило.
Тело слишком устало, чтобы делать что-то еще, поэтому отвязываю лиш и кидаю доску на сухой песок.
Как только Карсон оказывается достаточно близко, то набрасывается на меня и приобнимает рукой за талию. Затем кружит меня, и я смеюсь.
— Ты это сделала! — кричит он.
— Я знаю! Это было потрясающе! — Он ставит меня обратно на землю. — Видел, как я упала? Удивляюсь, что снова не заглотила воду. Как раз вовремя закрыла рот.
— Самое худшее — наглотаться соленой воды. Поверь мне, пробовал, знаю.
— Это отвратительно.
Он фыркает и делает шаг ближе, все еще держа руку на моей талии. Какое-то мгновение рассматривает мое лицо и застенчиво улыбается.
Я заправляю мокрые волосы за ухо.
— Спасибо…что не смеялся надо мной весь день.
Он отступает и скрещивает руки.
— Да я видел серферов и похуже тебя.
— Детишек, да?
Он улыбается.
— Возможно. — Мы подходим к полотенцам, чтобы вытереться. Я присаживаюсь и кладу рядом с собой доску. Солнце пригревает мою кожу. Ну, точнее, мое лицо, потому что все остальное еще прикрыто гидрокостюмом.
Карсон приседает и проводит пальцами посередине моей доски.
— Нужно нанести немного Секс Воска.
Я моргаю.
— Что?
Он поднимает бровь, а потом фыркает.
— Это воск для досок. Его намазывают на корпус доски, чтобы у ног было сцепление получше. Этим утром я намазал твою доску, но стоит, возможно, прикупить свой, так как ты собираешься проводить здесь много времени. У нас в магазине есть самые разнообразные запахи. Можешь заскочить и выбрать несколько.
— Хорошо. Так…почему они называются Секс Воски? Это…интересно?
Он пожимает плечами.
— Просто название бренда.
— Оу.
Карсон смотрит на часы на запястье и тихонько ругается.
— Я должен идти на работу. — Он расстегивает верх своего гидрокостюма и скатывает его вниз до талии. Я изо всех сил стараюсь не таращиться, но это очень сложно. Он выглядит хорошо. Очень хорошо. — Что делаешь позже?
Я притворяюсь, будто интересуюсь песком на своих ногах, и пожимаю плечами.
— Не знаю. Возможно, посплю. Я так устала.
— Да я в этом уверен. Ты отлично справилась, кстати.
— Мне нужно много практиковаться.
— Всем нужно. Ты научишься. Держу пари, что к тому времени, как наступит лето, ты станешь самородком.
— А разве самородок — это не тот человек, который идеально справляется уже в первый раз?
— Эх. Таких не бывает. Ну, кроме меня.
Я смеюсь и еще глубже зарываюсь ногами в песок.
Он снова смотрит на часы.
— Я должен идти. Отец убьет меня, если опоздаю. — Он встает и берет свою доску, которая лежит все на том же месте, на котором он ее и оставил. Я удивлена, что ее никто не стырил. Либо он очень авторитетен, либо многие его знают и не трогают его вещи.
— Спасибо за урок, — говорю я.
— Всегда рад. Дай мне знать, когда мой первый урок игры на гитаре. — Он улыбается и направляется к своему дому.
Мое тело болит. Мне не хочется идти к дому Джо. Может, просто прикорнуть на пляже?
А затем я вспоминаю, что на мне надето. Возможно, люди ошибочно примут меня за мертвого тюленя или кого-либо еще.
Поднимаю доску и полотенце и иду к дому.
Когда я открываю входную дверь, меня приветствует голос.
— Повеселилась?
Смотрю на маму, которая сидит у стойки. В руках она держит чашку кофе и выглядит уставшей.
— Да. Я поймала волну, поэтому сейчас типа знаю, как серфить.
— Хорошо. Я рада, что ты хорошо провела время.
Я мешкаю, но все равно спрашиваю:
— Ты в порядке, мам?
Она улыбается.
— Я в порядке, милая. Просто устала.
— Уверена?
Она кивает.
— Где ты вчера была? Джо сказала, что ты ушла, но она не знала куда. Я…беспокоилась о тебе. — Трудно признаться в последнем, но это правда. Я о ней беспокоилась.
— Мне просто хотелось проветрить голову. Я в порядке.
— Ох. — Мне хочется, чтобы она сказала больше. Объяснила, зачем ей проветривать голову. Из-за Лукаса? Папы? Мы какое-то мгновение смотрим друг на друга, а затем я прочищаю горло. — Эм…думаю, мне надо переодеться. — Она ведет себя странно. Она никогда не сидит просто так дома и ничего не делает. Я знаю, что она не принимала душ и с самого утра одета в свой халат.
— Окли? — произносит она.
— Мам?
Она какое-то мгновение рассматривает мое лицо, а затем переводит взгляд на чашку в своих руках.
— Да ничего.
Я прихожу в замешательство и оставляю ее одну. Все равно не знаю, что ей сказать.
Глава 9
Дорогая Окли,
Я когда-нибудь говорил тебе, что больничная еда на вкус как дерьмо? Не то чтобы и прям как дерьмо, но если бы у меня был выбор съесть и то, и то, то уверен, что вкус был бы одинаковым. Я так хочу домашний суп с лапшой и индейку. Или мамину лазанью. Ням-ням.
Помнишь, как наша мама, когда мы были маленькими, нарезала нам сэндвичи треугольниками? Наши друзья думали, что она самая крутая мама. И она такой и была. Моим друзьям нравилось приходить в гости, потому что она всегда готовила своего рода вкуснятину.
Это немного грустно. Она очень сильно изменилась. Это моя вина. Если бы я не заболел, она осталась бы прежней. Счастливой. Она больше не улыбается так много. Я знаю, что это из-за меня. Я не намеревался сделать так, чтобы все грустили.
Когда меня не будет с вами, постарайся сделать так, чтобы она снова улыбалась. И папа тоже. Мне так жаль, что их не было рядом с тобой. Я не хотел забирать все внимание. Пожалуйста, не вини их за это и не будь к ним слишком строга. Они тоже через многое прошли.
О чем это я? Съешь ради меня лазанью. И ячменную лепешку. Лепешки и медовое масло мои любимые. Но, конечно же, ты это и так знаешь.
С любовью, Лукас.
Я выдыхаю, кладу тетрадь и присаживаюсь на край кровати. Пристально смотрю на пол. Не будь слишком строга к маме и папе, говорит он. Это очень сложно. Я понимаю, что они через многое прошли, но они, по крайней мере, есть друг у друга. Или были друг у друга. Лукас был единственным, кто у меня был, а сейчас у меня нет никого.
