Выжить бы. Именно этим и занимаются все ведьмы от начала времен.
— Что полиция? — осведомился Виланд. Я посмотрела на него и поняла, что за время нашей почти светской болтовни о личной жизни он успел придумать план действий.
Лука ухмыльнулся и бросил в мою сторону липкий неприятный взгляд.
— Старательно ищет доктора Рихтер для поговорить, — ответил он. — Но обычно для поговорить не объявляют общегосударственный розыск. А тут прямо никакого терпежу. Листовки возле управы раздают. Мне птичка на хвосте принесла, что в Иннсмуне то же самое.
Я поежилась. Посмотрела на Виланда и только потом поняла, что это выглядело так, будто я машинально искала у него защиты.
— Шуман хочет навесить на меня какую-нибудь дрянь, — сказала я. Виланд отрицательно качнул головой.
— Скорее всего, он собирается использовать вас в каких-нибудь сомнительных схемах, доктор Рихтер. Несколько раз появлялась информация о том, что Шуман тесно связан с криминалом. Внутреннее расследование ничего не показало, но сами понимаете, он просто хорошо заметает следы.
Я вздохнула. Машинально сунула паспорт в карман и снова села на кровать. Если ведьма нужна министерству обороны, то она может понадобиться и старшему советнику инквизиции. Почему бы и нет?
Мне стало мерзко. Такие, как Виланд, на нас охотятся. Такие, как Шуман и Ульрих, хотят использовать. Бежать некуда.
И да, Арн прав: моя карьера оборвалась. Все кончено. Я уже никогда не буду работать по профессии в приличном месте. Разве что частные консультации, да и то вряд ли.
На мгновение к глазам подкатили слезы. Я прекрасно понимала сложившееся положение вещей с самого начала, с момента взрыва — но почувствовала и окончательно приняла только сейчас. Я потеряла все, чего добивалась много лет. Надо ли поблагодарить за это Виланда — или не стоит?
Виланд правильно понял выражение моего лица. Он сел рядом со мной и негромко произнес:
— Я вам помогу, доктор Рихтер. После того, как все закончится, я вас не оставлю. Все будет хорошо, можете мне поверить.
Он говорил об этом настолько уверенно, словно не было ни проекта «Имаго», ни людей, которые хотели нас уничтожить, ни полиции, которая искала меня по всей стране. Мне даже удалось улыбнуться.
— И это инквизитор говорит ведьме, — сказала я. Виланд вздохнул так, словно мои слова задели его.
— Это человек говорит человеку, — ответил он. — Когда я давал присягу, то клялся спасать и защищать. Собственно, это я сейчас и делаю.
Какое-то время мы молчали. Лука тихонько сидел на табурете у двери, предпочитая до поры до времени не заявлять о себе. Наконец Виланд спросил:
— Есть ли что-то от Хаммона?
— Он засветился в Бьюрене, — охотно сообщил Лука. — Есть такой милый городочек к северу. Уж очень старался, рожу поменял, но все же оставил крошечный отпечаток. Как думаешь, это стоит десяти миллионов?
Десять миллионов крон — такова была награда за любую информацию о террористе. Баснословные деньги. Виланд выразительно посмотрел на Луку и ответил:
— Я уверен, что ты надежно припрятал этот отпечаток. Я прав?
Лука расплылся в улыбке.
— Разумеется! Пригодится еще на что, и мне, и вам. В общем, у Керна в том поселке баба. Я поспрашивал — там просто роман, а не отношения. Держит его за бубенчики, одним словом. Он у нее чуть ли не в ногах валяется, а она капризничает и морду воротит, все не так и не этак. Он уже вокруг нее и боком, и с подскоком, а толку нет.
— Надо же! — искренне удивился Виланд. — Никогда бы не подумал, что Хаммоном могут так вертеть.
Я понимающе кивнула. Могут. Еще как могут. Конечно, это бывает редко — но все-таки бывает. И такие люди, которые держат в страхе всех окружающих, жестокие и властные, зачастую пляшут под дудку совершенно заурядной и ничем не примечательной женщины. Знаменитый террорист практически ест у нее из рук — вот где настоящая магия. Куда уж нам, ведьмам, до нее.
— Вертит, как хочет, — со знанием дела заметил Лука. — В общем, билеты в Бьюрен я вам купил. Подумал, что вы захотите пообщаться и с Хаммоном, и с его подругой.
— Конечно, захотим, — ответил Виланд и обернулся ко мне: — Вам придется поработать, доктор Рихтер. Для начала — изменить нашу с вами внешность. Потом, возможно, придется бросать цепь-порчу. Умеете?
Я удивленно посмотрела на Виланда. Вроде бы рядом со мной сидел тот же самый человек, который убивал ведьм, надевал ошейники на выживших и безжалостно искоренял даже малейшие ростки волшебства. И он предлагал мне колдовать?
Я понимала, что Арн Виланд удивит меня еще не раз и не два.
— Не умею, — призналась я. — Я всегда была законопослушной ведьмой. Мне не нужны проблемы.
Виланд понимающе кивнул.
— Разумеется. А меня всегда учили, что цель оправдывает средства. И что нужно действовать так, как того требуют обстоятельства, — сказал он.
Почему-то я этому не удивилась. Похоже, главный принцип любого инквизитора — это отсутствие принципов. Поступай так, как требует сиюминутная необходимость, а там видно будет.
Поэтому мне было не по себе. Ведь если Виланду потребуется избавиться от меня, то он это сделает. И забудет обо всем, что пообещал мне. Потому что так потребуют обстоятельства.
- Я уже заметила, — сухо сказала я. — Так как нужно менять нашу внешность?
Виланд улыбнулся — той улыбкой, от которой млела бы любая девушка. Той улыбкой, которая обещала тепло, любовь и страсть. На мгновение у меня в груди сделалось горячо-горячо.
— Ничего пугающего, — произнес он и, поднявшись с кровати, протянул мне руку. — Идите сюда.
Я послушно встала, взяла Виланда за руку. Он снова улыбнулся и сказал:
— Это не страшно, доктор Рихтер. Дышите глубже.
Я испуганно посмотрела на него, и в этот момент меня ударило. Невидимый кулак прилетел в живот, заставив согнуться и подавиться воздухом. Комната закружилась цветным хороводом, желудок и горло стиснуло спазмом, глаза сделались горячими и сухими. На мгновение мне показалось, что я горю — по телу побежали зеленоватые языки огня и растворились в мешанине звуков, запахов и красок.
Если бы не рука Виланда, то я не удержалась бы на ногах. Комната качнулась, и я почувствовала, как меня мягко опустили на кровать.
Тошнота отступала.
— Ну, роскошно! — услышала я удивленный возглас Луки. — Один в один как в паспортах!
Значит, получилось. Виланд использовал меня в качестве усилителя своей магии — прогнал через меня заклинание и вот, пожалуйста: теперь у нас новые лица.
— Поезд через три часа, Клара! — надо мной склонился незнакомый темноволосый мужчина. В его острых чертах и блеске черных глаз было что-то птичье. Тиль ван Хутен, врач общей практики и мой очаровательный супруг, похожий на ворона. — Мы еще успеем поужинать!
* * *
Лука позаботился и об одежде для нас: врач и школьный психолог не будут разгуливать по улицам в камуфляже. Медленно одевшись — последствия взрыва еще давали о себе знать, и тело ныло — я посмотрела в зеркало.
Да, именно так и выглядят те, кто работает в школе. По мнению таких, как Лука, разумеется. Серая юбка чуть ниже колена, серый же пиджак и белая блузка с какими-то нелепыми синтетическими кружевами по вороту. В этом наряде довольно привлекательная Клара ван Хутен стала выцветшей, даже золотистые локоны, мягко спадавшие на плечи, сделались какими-то блеклыми и неухоженными.
Я смотрела на незнакомую женщину в зеркале и чувствовала скуку. Даже зевнуть захотелось.
Но, в общем-то, все было правильно. Я никогда не выглядела бы вот так: синим чулком, который слишком ограничен для того, чтобы что-то видеть за пределами работы. Но те, кто будет смотреть на меня, увидят именно этот скучный образ и ничего не заподозрят.
Отличная маскировка.
Виланду достались брюки, голубая рубашка и жилет, посмотрев на который, сразу становилось ясно, что он связан супругой, которая не очень-то сильна в вязании, зато полна энтузиазма. Виланд угрюмо посмотрел в зеркало и мрачно сообщил:
