«Что будет со мной? — бился в голове вопрос. — Смогу ли я уничтожить зло, вылезшее из потустороннего мира?»
«Только безусловная вера и самопожертвование помогут тебе сделать это. В руках у тебя ключ к вратам ада. Проведи его через них и навсегда запри замок. Ты сможешь это. И да поможет тебе Иисус», — туманно проплыло чье-то пророчество.
«Но как, как это сделать? Как провести его через окно?» — воззвала Джоун к невидимому прорицателю, но он молчал. Лишь мощная волна далеких слез и стенаний заставила бежать Джоун по направлению к своему дому, сквозь огонь и воду.
Казалось, скованные друг с другом вечной мерзлотой, проносились мимо торговые палатки и автобусы, застрявшие в невиданных ледяных торосах. Рядом свирепствовало пламя, охватывая заброшенные постройки и кроны деревьев. Огонь подступал ко льду, растапливая его и обращая в пар. Пар поднимался вверх и окутывал костры, превращая их в ледяные глыбы. Солнца не было видно из-за наполняющих воздух частиц пепла и гари. Лишь ветер иногда проделывал брешь в клубах мглы, через которую можно было увидеть холодное сумрачное небо Земли и край сидящего низко над горизонтом красного солнца, почти не испускающего тепла от термоядерных реакций в своих глубинах.
Джоун стало страшно. Ужас притуплял мышление и становился своего рода поводырем в жизни. Смерть подстерегала ее, пытаясь набросить прозрачный саван и погрузить в сладкую бездну сна. Что там, за чертой? Чернота тьмы или светлый день, полный радости и счастья? Демон предрекал первое… Но это лучше, чем ад. А лучше ли? Зачем нужна жизнь, если после нее — только смерть и полное забвение. Чтобы рожать и выращивать детей? Но это глупо — жить только ради этого. Это путь зверя. А человек? Его предназначение должно быть выше. Он разумен. Но в чем заключается его разум? Есть ли он? Господи, помоги мне разобраться в этих мыслях и спастись от стрел Дракона!
Могучий гром колокола обрушился на голову Джоун, сбивая и рассеивая ее мысли. Пред ее взором предстали два кенобита. Джоун резко остановилась и повернула назад. Еще двое подходили к ней с тыла. Среди них была и Терри. Ее остриженную наголо голову покрывала бижутерия, воткнутая прямо в кожу. Медная цепочка с облезшим серебряным покрытием, уходила в одно ухо и выходило из другого, зацепившись замком за щеку. В затылке торчали две вязальные спицы, проникающие в центры удовольствия.
— Теперь мне снятся сны! — темные глаза Терри с выщипанными ресницами смотрели на Джоун, из шеи у нее выдвинулась зажженная сигарета. — Ты даже не поверишь, какие сны мне снятся.
— Терри, бедная девочка! — сочувственно произнесла Джоун.
— Расслабься, крошка! — обращаясь к ней, молвил кенобит, в голове которого работала электромясорубка, перерабатывая ее содержимое. — Это лучше, чем секс.
— Я много узнал с недавних пор, — добавил Даг, щелкая кинокамерой вместо глаза. — Вначале я был недоволен, и так же, как и ты, сопротивлялся насилию над собой. Но Он вложил мне сюда, — Даг постучал по лысой голове, — разум. Познание мира и радость быть неотъемлемой его частью. Никаких догм и законов во Вселенной нет. Они существуют только в нашем воображении и только в рамках, теперь уже только твоего, мира. Мы откроем границы реальностей, уничтожив условности материи. Все будет единым целым, подвластным всеобъемлющей энергии. Мы уравняем борьбу льда и пламени, что неизбежно повлечет за собой стирание пограничных реальностей и создаст Ничто, которое есть суть бесконечности времени и пространства.
— Постойте… — начала было Джоун, но прошитый колючей проволокой демон положил свою тяжелую руку ей на плечо, прерывая на полуслове.
— Мы поможем тебе скинуть с себя бремя жизни и стать жрицей Великого Познания Высших Неизвестных.
Джоун с испугом взглянула на Терри, ее явно не устраивала перспектива стать жрицей познания.
— Я не нравлюсь тебе? — заметив ее взгляд, спросила Терри. — Тем хуже для тебя. Тем более мучительным будет для тебя переход из одного состояния в другое. Ты видишь, я поумнела и теперь так далеко ушла в своем развитии, что между нашим пониманием друг друга лежит пропасть.
Терри провела по лицу Джоун неимоверно длинными, окрашенными в голубой цвет ногтями, заточенными, как грозные охотничьи ножи.
— Сейчас я не жрица. Сейчас я воительница, очищающая реальности от тупых созданий, вроде тебя. Но придет время, и я встану во главе созданного храма Сознания.
— Отпустите меня! — закричала Джоун, вырываясь из схвативших ее рук. — Я не хочу быть такой, как вы.
— Ты не понимаешь, что мы хотим тебе дать, — заглушая шум работающей мясорубки, прорычал демон. — Ты глупа в своем неведении. Ты не хочешь этого, как больной гангреной не хочет ампутации. У тебя заражен весь организм. Он отравлен неправильным пониманием вещей. Ты поймешь это, только умерев и восстав.
— Правильно. Это штучная, ручная работа, — подошел к ним демон с торчащими из черепа гвоздями. — Поиграйте. Массой мы займемся позже. Ты, Джоун, будешь страдать десятилетия, столетия… А это покажется тебе лишь сладостными поглаживаниями.
Демон, при жизни Джей Пи Монро, накинул на Джоун проволочную петлю и затянул скользящую удавку. Сталь врезалась в кожу, перехватив дыхание. Кровь ударила в мозг, застлав глаза красноватой дымкой тумана.
— Не надо было играть с нами, — продолжал кенобит, — ты только усугубила свои страдания. Обещаю тебе: переход будет страшным и продлится века. Ты постепенно познаешь Высших Неизвестных и рано или поздно станешь, как ты выражаешься, ублюдком из ада. Я, пожалуй, вставлю тебе в рот фотоаппарат, а голову продырявлю авторучками и карандашами, впрочем, я еще не решил. Может, потом придет идея поинтереснее. Согласись, это несколько банально. А может, врезать в твою пышную грудь пишущую машинку, чтобы она всегда была под рукой?
Джоун ослабла и уже больше не оказывала сопротивления обступившим ее демонам, которые вырывали на ее голове волосы и выщипывали брови. Рука ее разжалась, и из пальцев выскользнула, со стуком упав на дорогу шкатулка. Ударившись, она выпустила из себя несколько сверкающих импульсов. Холодный голубой свет, концентрируясь в паутинообразные нити, пробежал по ее бокам и застыл в середине.
— Caput Mortnum, impepet tibi Dominus per vivum et devotum sеrpentem!.. — под заунывные звуки флейты и волынки отозвался голос из далеких недр сознания. Демоны выпустили свою жертву и она, хрипя и кашляя, повалилась на тротуар, прижимая одну руку к горлу, а другой шаря вокруг себя в поисках шкатулки. Перед глазами непрерывно шли яркие круги, мешающие увидеть, что шкатулка пришла в движение, выдвинув из себя пятигранный стержень, залитый ослепительным светом.
— Господи, помоги мне! — С хрипом выдавила Джоун и, наконец, нащупала шкатулку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
