— Меня зовут Филия. — Осторожно протянула, поправляя капюшон, стараясь скрыть острые уши, и бегущие по вискам шрамы.
— Нас не предупредили о вашем пребывании здесь. — Бросил второй близнец.
— Мне разрешили выйти лишь сегодня. Наверное, в сердцах, мой палач забыл уведомить вас об этом. — Улыбнулась, решив выложить некоторые карты на стол, не имея возможности в последующем дать повод Эйдану для унижений. Хочу быть готовой к его издевкам, не отвлекаясь на чужую жалость или… насмешки.
— Так значит ты его пленница? Или лучше сказать наложница? — Ухмылка девушки раздражала.
— Заткнись Хлоя. — Рявкнул Джош, не особенно влияя на сестру, заставив замолчать лишь на мгновение.
— И что же ты не убегаешь? Или тебе здесь нравиться? — Продолжала Хлоя свои издевки. А ведь сама виновата, не надо было провоцировать.
— Я не могу это сделать. Иначе давно бы уже убралась отсюда. — Изучая девушку, бормотала в ответ. Неужели ее чувства к Эйдану столь сильны? Отчего? Чем он так завлек женщину?
— Двери открыты, милочка, можешь валить прямо сейчас. — Продолжала язвить Хлоя.
— Замолчи, иначе дома я тебя выпорю. — Тихим угрожающим голосом протянул брат близнец. Наверное, были родственниками…
— Но посмотри на нее, Керри, что она здесь натворила…
Он лишь глянул в глаза девушки, и та сжала зубы в гневе, силясь молчать. Видимо уже порол. И эта мысль вызывала улыбку. Эх, ревность — чувство, которое я еще не испытывала, видимо было сильно в своих проявлениях.
— Открытая дверь ничего не меняет. — Вздохнула в ответ.
Смертная была темпераментной, что даже забавляло, вызывая ухмылку на лице. Я представляла границы ее злости, ведь все красивое тело смертной не могло соревноваться лишь с одним моим лицом. Как жаль, что времена былого триумфа так глубоко забыты.
— Зачем вы устроили погром? — Обратился Керри, не спуская с меня глаз и блуждая по складкам мантии, словно надеясь лишь взглядом снять ее. О, милый. Тебе не понравиться увиденное, поверь.
— Решила похвастаться своим вздорным характером. — Улыбнулась, заглядывая парню в почерневшие глаза и решая, могу ли использовать его в дальнейшем ради побега. — Не беспокойтесь, пожалею лишь я.
— Как же, убирать-то за тобой придется нам! — Бросила рассержено Хлоя, косясь на брата.
— Меня зовут Керри, это мой брат Джош, сестра — Хлоя, и Олли. Мы работаем здесь. — Он подошел ближе, протянув руку в приветствии. Переборов страх, я протянула свою в ответ, радуясь перчатке, обтягивающей кожу.
— Приятно познакомиться. Боюсь, вам придется еще некоторое время терпеть мои выходки. Заранее прошу простить. — Натянуто улыбнулась. Слишком близко, слишком близко. Отойди.
— Зачем он держит тебя? — Подал голос Олли.
Печальная улыбка расплылась на лице.
— Хотела бы я знать. — Задумчиво протянула в ответ.
— Не так уж трудно догадаться. — Бросила Хлоя, скрестив руки на груди.
— Прекрати. — Рявкнул Керри, раздражаясь все больше.
— Если не возражаете, я бы не отказалась от душа, вот только, не знаете, где здесь можно найти женскую одежду?
— Я принесу. Показать где ванная? — Все так же, не отводя почерневшего взгляда, бросил Керри.
— Да, конечно. — Улыбнулась в ответ, понимая, что приятно чувствовать себя желанной, хоть немного, хотя бы миг. Будучи лучницей, мужчины никогда не интересовали меня, а став чудовищем — завлекать кого-либо не имело смысла.
Но совсем не заметила, как пристально следила за нашими лицами девушка, как поймала взглядом легкую улыбку Керри и подмигивание близнецу, что, видимо, оказалось последней каплей.
— О, даже не думай об этом! Ты не получишь моего брата, ясно?! Особенная гостья?! Как же, ты особенная шлюха! — Взвизгнула Хлоя, не сдерживая злости. — Он не связывается с грязными подстилками.
Подобное хамство было излишним. И мое терпение дало трещину.
— Отчего же, с одной ведь он находиться в родстве. — Парировала в ответ.
Большой ошибкой было подойти так близко к людям, не меньшей — забыть о том, что скорость фейри запечатана заклятьями друида. Я слишком поздно поняла, что девушка в злости рванула прямо на меня, отвесив звонкую пощечину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Боль взорвалась в голове, вытесняя злость, напоминая, сколь глупыми были мои попытки вновь общаться с живыми людьми. Лицо горело, но слезы текли не от боли, а от понимания того, что все было впустую. Все старания Майи очистить меня от шрамов полетели к чертям собачьим.
Я отвернулась, пряча, новые шрамы от глаз людей, чьи уста теперь могли ранить еще больнее. Всего минута, немного времени мне нужно было для того, чтоб смириться, чтоб вновь принять свою природу. Принять монстра, кем и являлась. Я мысленно надела тот стеклянный колпак, выдумку, что спасала меня последние столетия.
— Хлоя, дура, ты получишь у меня дома, обещаю! — Рычал Керри, бросившись ко мне, касаясь плеча, заставляя невольно вздрогнуть.
Еще мгновение. Еще чуть-чуть.
— Прости ее, прошу тебя. Она всего лишь девчонка. Глупое, разбалованное дитя. — Успокаивающе бормотал парень. Переживал за меня? Хотя нет, вряд ли, наверное, боялся, что их теперь уволят…
Я сделала вдох, глубокий вдох, приносящий спокойствие и смирение. Пора… опустив капюшон, я обернулась к людям. Пусть лучше бояться меня, как все остальные. Пусть остерегаются и обходят стороной. С отвращением в их глазах гораздо легче справиться. Это было мне знакомо, это я переживу.
— Какого черта здесь происходит?! — Взревел знакомый голос влетевшего Эйдана, как раз в тот момент, когда я обернулась. Словно в замедленной съемке, он остановился, не переставая бледнеть в чувстве, походившим на ужас. Странно, его бы должны радовать изменения, которые он теперь лицезрел, шрамы, что расползались на моем лице.
Медленно глаза присутствующих, словно по команде округлились в ужасе, все охнули, замерли, вздохнули, ну что ж, а теперь должно последовать знакомое отвращение на лицах и в глазах…
Майя.
Испытание. Лишь это слово приходило на ум. Сегодняшний день был испытанием.
Минуя закоулки коридоров, поднимаясь по лестнице, старалась не думать, о той грязи, что оставляла позади. Ближайший умывальник был моим спасением — я тщательно и быстро смывала следы подземелья, красную кровь ублюдков, вопли которых все еще звучали в голове.
— С бабушкой все в порядке? — Обратилась к Вовке, кружащему прямо над моей головой, и активно кивая. Бережет силы, мелкий паршивец. — Тогда почему ты здесь?
Остатки гнева ускользали с окрашенной кровью водой, и, закрутив кран, направилась в свою комнату.
— Засунь себе в задницу чертовы принципы, евнух хренов! — Кричала Ирис, вылетев из комнаты с воспламенившимися волосами. Безусловно, девушка была прекрасна даже во гневе, даже горя.
Облокотившись о косяк, наблюдала Викинга, голова которого была опущена, в глазах тлела печаль и стыд. Рубашка распахнута, а веселые косички на бороде опалены.
— Это сложно, да?
Голова резко дернулась, и испуганный взгляд коснулся моих глаз. Да, я не ошиблась, на лице вампира пылало чувство вины и стыд.
Печальная улыбка появилась на губах:
— Благоразумие — мое наказание.
— Так ли это?
— Она еще такой ребенок, совсем не видела мира, ничего не знает, не понимает… — Рычал бессмертный, зарываясь пальцами в волосы, словно собираясь совершить панический побег.
— Но она чувствует… и она — женщина. — Вздохнула в ответ, шагнув к воину и кивнув на опаленную бороду. — Придется сбрить. Жаль, они мне нравились.
— Еще одно доказательство ее ребячества. — Обиженно буркнул вампир.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Дай Ирис время понять свои чувства. И наберись терпения. Ее ребенком заточили на сотни лет. Повзрослеть так быстро не получится.
— Так я именно этого и хочу! Она должна разобраться, чего желает и что ей действительно нужно.
— Может, позволишь ей самой решать? Дай вам шанс.
— Когда-нибудь она поймет, что это была ошибка. Я был ошибкой!
