— Очень приятно, Ивлев, — пожал я его протянутую руку.
Женщины суетились, бегая между кухней и спальней, а мы с мужчинами расположились в зале, где уже был разложен и сервирован большой полированный стол.
Игорь Александрович оценивающе поглядывал на меня украдкой, ловил несколько раз его взгляд на себе. Но в разговор со мной не вступал, только слушал и наблюдал. Присматривался, так сказать. Зато с министром Авериным мы разговорились быстро, обсудили новости по их противостоянию с МПС.
— Это старый, больной вопрос, — эмоционально говорил он, — ну, ты же и сам всё это знаешь…
— Да, — кивнул я. — У МПС бюджет не рассчитан на все переезды страны, а Министерство автодорог не имеет права вмешиваться в функционирование железной дороги.
— Вот именно, — развёл руками Николай Алексеевич. — Мы предлагали увеличить бюджет МПС в расчёте на дополнительные объекты. Но МПС сопротивляется, это же сотни тысяч объектов по всей стране…
— Бюджет на строительство железнодорожных переходов все равно так или иначе выделят, никуда не денутся, особенно в городах. Это безопасность и граждан, и самого железнодорожного движения, — задумчиво рассуждал я. — А это колоссальные средства… И то министерство, что будет эти бюджетные средства осваивать, хорошо повысит свою значимость.
— Но какой ценой? — с сомнением посмотрел на меня министр. — Думаешь, они нам навстречу пойдут и дадут спокойно строить эти переходы?
— Да, вопрос непростой, — вынужден был признать я, не особо разбираясь в их межминистерской кухне. — Но на узких участках, на две-три или даже четыре колеи, они вам вообще будут не нужны. Можно разработать типовые проекты воздушных переходов и собирать их на две опоры по краям железнодорожных путей. Типовые опоры, типовой пролёт. Пролёт краном на опоры поставили, приварили, покрасили и поехали дальше.
Сначала простые участки оснастите переходами, их будет больше всего. Снимите основное напряжение, люди сразу вздохнут с облегчением. А потом уже перейдёте к сложным участкам, широким. Там уже будут или более сложные типовые проекты, или вообще индивидуальные. Вот тогда и понадобятся согласования с МПС для строительства промежуточных опор. Но это уже будет совсем другой объём взаимодействия, гораздо меньший.
— Н-да? В принципе, подумать стоит, — задумчиво смотрел на меня министр Аверин.
— А потом вам будут каждый год бюджет на содержание уже построенных переходов выделять, — продолжил я убеждать его. — Их же надо будет чистить от снега, ремонтировать, красить… Только сразу предусмотрите в новых проектах увеличенную ширину лестничных пролётов, чтобы было куда положить пандусы для колясок, как детских, так и инвалидных. И ширину ступеней между пандусами предусмотрите нормальную, чтобы можно было спокойно ноги ставить, когда с коляской спускаешься. И уклон на стороне с пандусом нужен не такой крутой. А то либо самому спускаться задом наперёд приходится, либо ребёнок в коляске вниз головой спускается…
— У тебя, я смотрю, на любой вопрос есть ответ? — впервые вступил в разговор контр-адмирал Сатчан.
— Нет, конечно, — скромно улыбнулся я, — Просто дети недавно родились, очень актуальная для меня сейчас тема, сами понимаете.
Министр при этих моих словах энергично кивнул, намекая, что и в их семье пополнение и тема пандусов близка, а Сатчан-старший понимающе усмехнулся и подключился, наконец, к нашей беседе, вспоминая о проблемах взаимодействия разных структур в военном ведомстве.
Тут женщины уложили кроху спать и вспомнили про нас. Мы тут же оказались за столом. Увидев, что Римма потянулась за куском только что привезенной из Астрахани рыбы, вспомнил, как у меня Галия налопалась солений и остановил её рассказом про ту историю.
— Рыба, конечно, не маринованный чеснок, но у нас и дети были тогда уже постарше, — с сомнением сказал я.
— Что ж, совсем нельзя, даже попробовать? — удивилась и расстроилась Римма.
— Попробовать можно, только чуть-чуть, — ответила ей мать. — Заодно проверим, как Катюша отреагирует. Если все в порядке будет, то потом можно еще кусочек съесть.
— Катюша? — переспросил, улыбаясь, я. — Уже решили, как назвать? А мы долго определиться не могли…
— Ну, так вам сразу два имени надо было придумать, — ответил, подмигнув мне, Сатчан-младший.
Мы с ним пить не стали, а дедушки с удовольствием «обмыли ножки внучке». Мы ещё раз поздравили Римму, бабушек. Все были рады и счастливы. Когда малышка в соседней комнате немного покряхтела, женщин моментально словно ветром сдуло из-за стола, и мы опять остались в комнате чисто мужской компанией.
— Слушай, а как там у вас с Фирдаусом дела насчёт плитки? — выбрал я момент, когда министр с адмиралом пошли курить на балкон.
— Обещали, что в начале июня уже будет в Москве, — ответил Сатчан. — Твои уже всё получили и плиткой расплатились, осталось затащить плитку в Союз.
— Ну хорошо, а то у меня уже отчим беспокоиться начал, — ответил я. — Хочет до родов успеть ремонт сделать…
— Скажи, недели две ещё пусть подождёт, — попросил он. — Первый раз же…
Вернулись за стол новоявленные дедушки, и мы закрыли эту тему.
— У меня тут ещё идея одна есть, — сходил я в коридор за портфелем и достал эскизы детского городка. — Детскую площадку хочу у себя во дворе новую сделать, — передал я эскизы и свои схемы другу.
Рисунки быстро оказались в руках и у дедушек. Все трое с любопытством разглядывали их, обмениваясь мнениями.
— Мне тоже такое во двор надо! — посмотрел на меня Сатчан-младший так, как будто я его чем-то обделил.
— Вот… Понравилось⁈ Знал, что оценишь. И где нам это заказать?
— На «Полёте», — сходу ответил он. — Всё сделают в лучшем виде, там полно мужиков рукастых.
— А инженер-конструктор у них есть? — спросил я. — Там же надо нагрузки рассчитать, материал расписать… И стоимость нужна. У нас же кооператив, — многозначительно посмотрел я на него.
— Найдём инженера, — ответил Сатчан, кивнув, мол. понял тебя. — Давай к директору завтра сходим, обсудим…
— Если только после обеда смогу, — достал я свой ежедневник. — С утра у меня лекция, а вечером у меня встреча с Юлией Друниной…
— Правда? — удивился Сатчан. — Ты всё-таки договорился с этой поэтессой об интервью?
— На интервью я вчера к ним на дачу ездил, — ответил я. — Теперь надо фотографии ей показать, и муж её хотел статью мою посмотреть, — ответил, аккуратно собирая со стола свои эскизы и схемы.
— Ну и как съездил? — не скрывая любопытства, спросил Сатчан.
— Отлично. Люди очень интересные… Бутербродами с балыком из осетра угощали, — подмигнул я ему.
— О! Ты, кстати, рыбу свою не забудь! — вспомнил Сатчан и тут же притащил мне здоровенный кусок на десять килограмм.
Расплатился за рыбу. Договорились о встрече завтра на «Полёте» в три часа, и я стал прощаться.
— Приятно познакомиться, — протянул мне руку контр-адмирал.
— Я тоже очень рад знакомству, — искренне ответил я.
Женщины тоже вышли меня проводить. Ещё раз всех поздравил, попрощался и уехал. Ну, на первый взгляд, вроде налаживаются потихоньку отношения у Сатчана с отцом…
Глава 10
* * *
Главное управление внутренних дел Мосгорисполкома.
— Этот Некрасов, Александр Савельевич, действительно работает в Гагаринском райкоме, — объяснял начальнику ГУВД Колокольцеву его первый зам Горьковенко, — в промышленном отделе. Он там мелкая сошка, даже не начальник отдела. Знает, разумеется, всё партийное руководство, вот и решил на дурака от их имени директора фабрики пощипать…
— Думаешь, он сам на это решился? — с сомнением посмотрел на Горьковенко Колокольцев.
— Даже если и не сам, нам с вами, Александр Савельевич, выгоднее так глубоко не копать. Чёрт его знает, на кого там кривая выведет и какие у него возможности… А так — они просили найти виновных, мы нашли. Так что рекомендую так и доложить в КПК. И, если у них возникнет желание узнать подробности, пусть сами дальше и копают. Им-то ничего не будет, если что, в отличие от нас…
