Саванна. — Он винил себя, и что бы она ни говорила, Тобиас чувствовал, что и Саванна тоже.
Она взяла его лицо в ладони.
— Если и винить кого-то во всем этом, так это меня.
— Почему?
— Я так увлеклась нами, что позволила своим инстинктам отступить. У меня было предчувствие, что Колт со своими телефонными звонками и внезапным появлением спустя столько времени что-то замышляет. Ему нужны были деньги. Вот почему он преследовал меня, потому что думал, что у меня хорошая работа и приличная зарплата. Должно быть, полагал, что сможет каким-то образом вернуться в мою жизнь. Как только о наших отношениях с тобой стало известно, ему не представилось труда меня выследить.
— В чем же здесь твоя вина? — Тобиас все еще не понимал.
— В том, что я облегчила ему задачу. Твое присутствие на церемонии награждения, мое — на гала-ужине, наш отъезд в Майами, и вся последующая шумиха. Если мой отец мог узнать о тебе в Интернете, а Кей, будучи в Гонконге, неудивительно, как Колт обо мне пронюхал. Он не блещет сообразительностью, но нашел меня и воспользовался идеальным моментом, чтобы забрать у меня самое важное в мире.
— Мне жаль, что ты так себя чувствуешь. — Тобиас сжал кулаки, опасаясь худшего, зная, что она начала сомневаться в их отношениях. Возможно, ему стоило действовать медленнее.
Он пытался. Они были вместе два месяца, и он держал все в тайне, как только мог. Не то чтобы он хотел кричать об этом с крыш, но и скрываться больше не желал. Сколько еще времени, по ее мнению, понадобится, прежде чем это станет достаточно безопасным? Такой человек, как Колт Брукс, мог бы объявится через месяцы и годы. Она ошибалась, думая, что когда-нибудь полностью освободится от него.
Возможно, Тобиас должен исправить это немедленно.
Ее глаза наполнились слезами.
— Не надо, — попросил он, вытирая пальцами ее слезы. — Такого никто из нас не мог предвидеть.
Она вытащила салфетку и высморкалась.
— Завтра я не отправлю Джейкоба в школу, и я надеялась взять несколько отгулов.
Он был рад это слышать, потому что все равно собирался предложить ей это.
— Хорошая идея. — Пришло время сказать ей новость. — Кто-то уже слил эту историю.
— Какую историю?
— Кто-то видел, как мы выходили из полицейского участка, и понял, что Джейкоб пропал.
Она опустилась на диван и закрыла лицо ладонями.
— Они напечатают это?
— Пусть, черт возьми, печатают все, что им вздумается. — Без сомнений, так и будет, все из-за гала-ужина и новой женщины в его жизни. Интерес к ним обоим был высок.
— Я не знаю, как со всем этим справиться, — простонала она.
Тобиас опустился на колени и нежно взял ее за запястья.
— Тебе не нужно справляться с этим в одиночку.
— Тобиас, ты не можешь сражаться за меня во всех моих битвах.
— Я хочу помочь тебе и Джейкобу пройти через это.
— Ты должен управлять компанией.
— Почему ты отталкиваешь меня?
— Я не отталкиваю.
— Неужели?
Он больше не мог держать это в себе.
— Я люблю тебя, Саванна. Я знаю это так же просто и инстинктивно, как делаю следующий вдох. Я тебя люблю.
Открыв рот, она моргнула один раз, потом другой. Он ждал ответа, даже реакции, но она молчала, и тишина между ними росла, как поднимающееся суфле. Он почувствовал, что его слова удивили ее и превратили то, что должно было быть прекрасным моментом, в нечто неловкое.
— Я не хочу, чтобы ты или Джейкоб снова пострадали, — сказал он, нуждаясь в том, чтобы сказать что-то, чтобы его признание в любви не висело в воздухе.
Она шевельнула губами.
— Ты… — Она громко вздохнула, будто не могла говорить или не находила слов для ответа. — День был долгий. Мы оба устали, и уже поздно.
— Ты права. Уже поздно, и мне пора уходить. — Он поднялся на ноги. — Могу зайти завтра, если хочешь.
Но то, как Саванна замешкалась с ответом, сказало ему все.
— Или вам с Джейкобом лучше провести время дома с родителями, — предложил он в отсутствие ее ответа.
Как стремительно все изменилось между ними. Они должны были вернуться из Майами завтра вечером, а теперь, казалось, отпуск не только давным-давно прошел, но и случился с двумя разными людьми. Неужели лишь сегодня днем они сидели у бассейна, обсуждали инициативу одиноких матерей и строили планы на свой последний вечер?
— Думаю, так будет лучше. Они беспокоятся обо мне и Джейкобе. Если бы мы провели с ними некоторое время, это бы их успокоило, тем более, я отсутствовала практически всю неделю.
То, как она это сказала, заставило Тобиаса задуматься, жалеет ли она об этом.
— Конечно, — сказал он, хотя и хотел помочь ей пройти через это, помочь Джейкобу исцелиться и вернуться к нормальной жизни. Признавала она это или нет, Саванна все еще нуждалась в нем — вот что ему нравилось думать. Он был здесь ради нее и будет всегда, но в данный момент не казалось, что она хочет его присутствия.
— О Колте больше не беспокойся. Он в бегах, и последнее, что он сделает, — это снова явится сюда.
— Хотела бы я увидеть его в последний раз, — сказала она.
— Зачем?
— Чтобы влепить пощечину и спросить, почему.
— Ты хочешь его увидеть? — спросил Тобиас. — Чувствуешь необходимость встретиться еще раз, чтобы высказать свое мнение?
До того, как ублюдок уползет обратно в свою нору. Она позвонила ему перед тем, как они поехали в полицейский участок за Джейкобом, чтобы сообщить, что Джейкоба нашли. Насколько Тобиас услышал, разговор был коротким.
Саванна покачала головой.
— Я больше никогда не хочу ни видеть его, ни слышать.
— Так и будет. — На этот раз Тобиас удостоверится в этом.
— Ты так уверен, — сказала она, медленно вставая.
— В моих планах приставить к вам обоим с этого момента человека.
— Приставить? — Она поморщилась. — За мной и Джейкобом будет следовать охранник?
Она покачала головой, будто идея ей не нравилась.
— Ты не обязана этого делать, если не хочешь.
Пока нет, но позже, возможно, это станет образом жизни. Колт — любитель, а для человека с таким положением и богатством, как Тобиас, существовали куда более опасные угрозы.
— Тебе лучше уйти, — сказала Саванна, глядя на часы, — уже поздно.
~~
Хотя Тобиас ушел уже за полночь, он достал свой мобильный и позвонил. Ему не уснуть, пока дело не будет сделано.
— Брукс, — сказал он, когда мужчина ответил.
— Кто это?
— Тобиас Стоун.
— Чего тебе надо?
— Встретиться. Сейчас.
— Уже больше полуночи…
— У тебя не так много времени, и, судя по тому, как
