забыть о случившемся и простить того, кого считал роднёй.
Ашиит остановился в нескольких шагах от него.
— Шехар, я же просил Пандара передать, что встречаться здесь — не безопасно. Если бы только согласился прилететь ко мне...
— Однажды я уже поверил в твоё гостеприимство. Мы оба помним, чем всё закончилось. — жёстким голосом оборвал старика Шехар.
На лице Ашиита мелькнуло что-то похожее на разочарование и... сожаление? Шехар не успел понять, что именно это было. Слишком быстро всё произошло.
— В то время у меня не было другого выбора, — попытался оправдаться Ашиит и в тоже мгновение понял, насколько жалко звучат его слова.
— А сейчас, значит, выбор у тебя появился?
В голосе бывшего принца звучала неприкрытая издёвка. Он попытался. Честно попытался. Но ядовитый сарказм из голоса не исчез, как бы он не старался.
— А сейчас его осталось и того меньше, — вздохнул старик и Шехару показалось, что в этот миг тот стал лет на десять-двадцать старше.
Ашиит вообще выглядел хуже, чем в тот день, когда он его видел. В осанке уже не присутствовала та железная, несгибаемая воля. Спина ссутулилась. Под глазами появились мешки.
— Почему твои люди помогли нам... Нет. Не так. Почему это сделал ты, Ашиит? Мы оба знаем, что они не сделали бы этого без твоего приказа.
— Всё не так просто... — начал было старик, но осёкся. — Шехар, ты должен меня понять. Я беспокоился за свою семью. После гибели сына, они — это всё, что у меня осталось. Рустал безжалостен ко всем, кто хоть как-то может встать у него на пути. Я боялся того... того, что ты можешь сделать.
— И поэтому ты предал меня? — со злость бросил ему в лицо бывший принц. — Они пытали меня, Ашиит! Едва не убили! И ты отдал меня в их руки! В твоём собственном доме!
— И сделал бы это снова! — рявкнул в ответ старик. — Посмотри, что происходит! Наши города горят! Рустал и его мясники начали охоту на ведьм! Из-за вас! Этот старый безумец в каждом видит угрозу. Угрозу его власти! Ты видел, на что способны его люди. Джаруан! Райпур! Гривед! Где теперь эти города?! А? Я тебя спрашиваю, Шехар! Они превратились в развалины! Ничего не осталось! Сгорели! Их жители мертвы! И всё из-за вас! Из-за вашего чёртового восстания!
Старик задрожал от едва сдерживаемого гнева. Даже спина стала более прямой, а в глазах появилось тот огонь, что Шехар помнил по временам своего детства. Только теперь это пламя подпитывалось совсем другими чувствами. Злость. Ярость. Сожаление. Всё это горело в глазах старика, смешиваясь с безысходностью, в которой он и его близкие оказались.
— Кто их вспомнит?! — не выдержал и закричал он, глядя на мальчика, которого раньше считал членом своей семьи. — А, Шехар?! Скажи мне. Сейчас. Прямо здесь! Что все их смерти стоило этих бесполезных усилий! Что жизнь моего сына стоила его глупых идеалистических мечтаний! Если бы ты не вернулся на Сульфар, то этого бы никогда не было. Лучше бы ты, прости господи, умер бы вместе со своим братом! Тогда мой сын был бы сейчас жив!
Когда последние слова сорвались с его губ, старик словно выдохся. Будто съёжился. Казалось, что он потратил на это все имеющиеся силы.
А Шехар просто стоял. Смотрел на него. Ничего не говорил. Не оправдывался. Потому, что это не имело смысла. Всё сказанное им — правда. Они решились на это, чтобы пойти против Рустала. И он знал, что их борьба не будет бескровной. Они уже заплатили огромную цену и, возможно, заплатят ещё большую.
Наверное, всего полгода назад, эти слова могли бы покоробить Шехара. Заставить его испытать стыд или же сомнения в том, что они делали.
Но только не сейчас.
Поэтому он молчал. Ему не было нужды оправдываться. Извинятся? Возможно, но только не оправдываться. И уж точно не перед этим стариком.
— Чего ты хочешь, Ашиит?
— Рустал избавляется от всех, кто хоть как-то может ему угрожать, — произнёс, будто выплюнул, старик. — Часть поддерживающих его семей уже лишили всего. Некоторых вообще убили!
Принц нахмурился.
— Впервые это слышу.
— Потому что об этом не кричат во все стороны. Рустал не дурак. Он медленно и неторопливо отнимает всё, что хочет заполучить. Кто-то попытался воспротивиться. Те же Гаришанья или До’Рамиаль. Их перебили. Как собак. Вырезали всех. Даже детей. Просто потому, что они не захотели отдать находящиеся в их руках активы.
Шехар слышал об этом. Семьи Гаришанья и До’Рамиаль, как и Дев Агра или же Керан Су, выступили на стороне Рустала, примкнув к Хашмитам. Не сказать, что они отличались каким-то богатством или же обширными связями в промышленности и торговле, но определённый вес имели.
Сначала, примерно полгода назад, пошли слухи о том, что кто-то напал на имение До’Рамиаль. Всего одна ночь и огромное имение сгорело дотла вместе с большей частью семьи. Практически сразу же хашмиты заявили о том, что это нападение осуществили несогласные с властью нового режима. В живых после этой «трагедии» остались только лишь двое детей. Девочка и мальчик, которым и десяти лет то не исполнилось. Естественно, Рустал практически сразу же пообещал отомстить за случившееся, а детей взял под собственную защиту. В том числе и передавшиеся им права на владение всеми активами семьи.
А через три месяца тоже самое произошло и с Гаришанья. Почти тот же почерк. Очередной теракт. Взрыв на свадьбе одного из младших сынов главы рода.
Тогда Шехар не придал значения случившемуся. Просто потому, что на то время, да и сейчас, ему было глубоко наплевать на то, что станет с этими предателями. Они пошли против его брата. Против короля, которому поклялись в службе. И не заслуживали ничего другого, кроме постигшей их участи.
Жестоко? Конечно. Но, к сожалению, если бы в мире существовала справедливость, он бы сейчас здесь не стоял.
И теперь, в свете рассказанного Ашиитом, ситуация заиграла совсем другими красками.
— Считаешь, что ты следующий?
— А ты думаешь, что этот демон позволит хоть кому-то держать власть в руках кроме себя? — вопросом на вопрос ответил Ашиит. — То, что случилось с До’Рамиаль, просто проверка. Рустал одновременно наказал их за жадность и проверял, насколько далеко может зайти. Да ты и сам должен видеть. Вся сила у него в руках. Армия. Камаан ке Сена.
