Мои бойцы привезли, то, что просил. Посплю, потом расскажете, что накопали.
Вид у Егора был и правда, уставший. Он ещё не приседал с самого утра, и бессонная ночь давала о себе знать.
- А ты иди в лазарет, пусть тебя осмотрят.
Максим хотел сказать, что всё хорошо, но резкая боль, снова стрельнула в голову, заставив его прищурить глаза.
- Виктория Александровна, проконтролируйте, пожалуйста, чтобы он дошёл до врачей.
- Да, да конечно, не беспокойтесь.
Она и сама хотела его отвести на осмотр, но теперь с удовольствием исполняла поручение руководителя. Максим понял, что не отвертится и покорно пошёл вместе с ней, немного прихрамывая.
Доктор осмотрела Максима. Как он и предполагал, она не нашла ничего серьёзного. Лёгкие ушибы, небольшой шок и всё. Помимо таблетки, женщина настояла на том, чтобы Максим провёл ближайшие два часа в горизонтальном положении, в отделении лазарета, под наблюдением врача. По его мнению, это было лишним, но чтобы не расстраивать Викторию, которая накрутила себе в голове, что он почти при смерти, не стал противиться.
В его кармане лежал блокнот, поэтому ближайшее время он чётко знал, чем будет заниматься, независимо от того, где будет находиться.
Глава 11
Прежде чем, лечь на койку он проведал своего товарища по несчастью. Антон лежал в соседней палате. Ему перебинтовали голову, на руку наложили гипс и укололи успокоительный препарат, чтобы он уснул. По словам доктора, состояние было удовлетворительное, нечего критичного, но как минимум две недели, ему придётся пролежать в госпитале, поскольку при падении, он сломал два ребра. Удар был очень мощный, Максим ощутил его на себе, было удивительно, что Антон отделался одними переломами, находясь в самом эпицентре взрыва.
Убедившись, что с товарищем всё хорошо, Максим со спокойной душой лёг на койку в своей палате.
Таблетка подействовала, чувствовал он себя хорошо, поэтому умостившись на мягкой подушке, он достал из пакета потёртый блокнот и стал его изучать. Виктория тоже осталась в палате. Она присела на стул, рядом с кроватью и наблюдала за тем, что делает Максим.
Обычный потёртый от частого использования блокнот, не представлял собой нечего особенного. В семидесятые годы, блокноты были почти у каждого. Максим родился на десять лет позже, но хорошо помнит, как носил почти такой же, подражая своему отцу. В те времена, ещё не было смартфонов и мобильной связи в принципе. Портативные телефоны могли себе позволить только состоятельные люди или военные, но они были очень примитивными, если сравнивать с современными гаджетами, которыми наполнена наша жизнь. Даже стационарные телефоны с трубкой и колесом набора номера, были не у всех. Когда в доме появлялся телефон, особенно кнопочный, это было выходом на новый уровень. Твой номер телефона, сразу появлялся у всех знакомых и друзей, которые могли с тобой связаться в любое время дня и ночи. Свой номер каждый знал наизусть, а также номера самых близких людей, остальные контакты бережно записывались в блокнот. Это был бумажный смартфон семидесятых, восьмидесятых и девяностых годов. В нём были записаны все адреса, телефоны, имена людей, которые встречались на жизненном пути. Потеря блокнота, практически обнуляла всю жизнь, восстановить все эти записи, было чрезвычайно сложно. Блокнот хранили и берегли.
Максим открыл его на первой странице.
В отличие от современных смартфонов, блокнот не имел какого-то стандарта. Каждый его вёл, так как считал нужным. По блокноту можно было многое сказать о человеке, о его характере и о том, какой у него круг общения. В отличие от современных смартфонов, человеку, ведущему свой блокнот, не навязывались приложения, со своим взглядом на удобство ведения записей. Он делал это так как видел сам, поэтому каждая записная книжка имела свою индивидуальность, являясь точным отражением внутреннего мира её владельца. Позже появились записные книжки с алфавитным указателем и ежедневники, где были прописаны все даты текущего года, разметка для удобства написания. В этом блокноте не было ничего. Даже бумага была желтоватой, без использования технологии отбеливания материала. Это в очередной раз доказывало, что записная книжка была произведена по старым советским технологиям.
С первой же страницы бросилось в глаза, насколько хозяин блокнота, был методичным человеком. Почерк был почти каллиграфическим, чувствовалась старая школа правописания. Буквы все одинаковые, красивые завитки на заглавных буквах, написано без ошибок и промежутки между строк одинаковой формы. Несмотря на то, что странице не имела горизонтальной разметки, строки не плавали вверх и вниз. Предложения были написаны ровно, как по линейке.
Сначала шли контакты людей. Фамилия, имя, отчество, адрес и номер телефона. Все контакты были написаны по одному лекалу, с красной строки и одинаковом расстоянием, друг от друга.
В среднем по четыре, пять записей на странице. Иногда после записи, была указана должность, но тоже в одном и том же месте, что бы было удобно искать, бегло пробегая по странице глазами.
Убитый был человеком общительным, контакты занимали почти половину блокнота. Круг общения в основном связанный с работой. О характере, можно было сделать предположение. Всё, что касалось его контактов, было сухо, чётко, без лишних эмоций. Это говорило о том, что всю свою творческую энергию, он берёг для чего-то, что не было связано с его окружением. Что нельзя сказать о записях, с другой стороны блокнота.
У записных книжек почти всегда было двойное назначение, как и в случае с этим блокнотом. С одной стороны был список контактов, а с другой велись записи, связанные с личной или профессиональной жизнью. Здесь могли быть стихи, рецепты, расчёты, важные пометки и так далее.
Как и полагалось блокноту учёного, с другой стороны он таил в себе, записи размышлений о проектах, которыми он занимался.
Страницы были исписаны мелким почерком. Среди слов иногда мелькали формулы, графики, цифры, которые тут же умножались или делились в столбик.
В отличие от телефонной книги, здесь кипела более насыщенная жизнь. Свободное место на листе было роскошью. Часто вокруг основного текста, который вёлся по всем правилам, сноски писались там, где было пустое место. В итоге на листе получался хаос, понятный только тому, кто его написал.
Записная книжка велась очень давно, судя по тому, что пустых страниц, во всём блокноте, было только три.
Максим не стал углубляться в первые записи, тут нужен был специалист с пониманием предмета. Фразы были написаны бегло, плохо разборчиво и в итоге не несли никакого смысла, для человека, далёкого от науки.
Он сразу пролистал вперёд, найдя последнюю запись и несколько предыдущих. Они должны были таить
