«Его изъела драконья соль», ‑ сделало выговор её практичное «я». «Сосредоточься на работе!»
Появился Рокат. Она зашевелилась. Она ожидала его собственных охранников — двух впереди, и двух сзади. Однако, к её удивлению, ему каким-то образом удалось уговорить Герцога Ведриса отрядить с ним пару солдат. «Они ему помогут не больше, чем его собственные телохранители», ‑ подумала она, вставая.
Она не могла видеть Нурхара, но знала, что тот принялся за работу, когда взорвались замешательственные бомбы. Всего их было четыре — по одной на каждого из телохранителей Роката. Охранники потеряли равновесие; их лошади начали шататься, когда наркотический дым попал в их чувствительные носы. Бомбы действовали только три минуты, и запасных, чтобы вывести из строя людей герцога, у них не было. Ей просто придётся действовать быстро, быстрее солдат — но именно поэтому семья и доверила ей честь выполнения этой задачи.
Бесшумно как плывущая к своей жертве акула, Алзэйна Диханур пробежала по мостовой, лавируя между шатавшимися лошадьми. Два Стража Герцога окружили вспотевшего от страха Роката, обнажив оружие. Лошадь Стража слева от Роката упала, брызжа кровью из подсечённых ног. Это сработал Нурхар. Он знал, что выведенная из строя лошадь отвлечёт внимание седока. Алзэйна метнулась туда, когда лошадь со своим седоком упала в сторону от её цели. Ударив изогнутым лезвием вверх, она перерубила подпругу седла Роката, не обращая внимание на то, что бритвенно-острый клинок оставил глубокую рану на боку животного. Она схватила Роката за одежду и дёрнула.
Тот, свалился на землю, заходясь криком, пока другой Страж пытался протолкнуться мимо размахивавших руками телохранителей, пытаясь добраться до купца. Алзэйна рассекла Рокату живот и бёдра, затем нанесла завершающий, третий удар. Ухватив голову за бороду, Алзэйна затолкала её в мешок, заколдованный безмагией так же, как и она сама, и бросилась вниз по улице. Покуда она не столкнётся ни с кем, она была невидима; никто её не видел, потому что она была ничем. Она бежала, кровь кружила ей голову. Нурхар заберёт мага и вернётся с ним в постоялый двор. В её же задачу входило выставить голову на обозрение, и она знала для этого отличное место.
Глава 7
Кулак герцога обрушился на стол из красного дерева, заставив тарелки и серебро подпрыгнуть.
‑ Да проклянёт их Шурри! ‑ прошептал он. ‑ На вершине фонтана на Рыночной Площади, у всех на виду!
Сэндри бросила гневный взгляд на принёсшую новости Стражницу Провоста. Она только-только заставила деда усесться ужинать, когда явилась вестница с сообщением об убийстве Касама Роката. Слуги что, не могли задержать женщину, пока герцог поест?
Она склонила голову, стыдясь своего гнева, но факт оставался фактом. Касам Рокат был мёртв. Ей хотелось бы не дать деду последовать за ним.
‑ А что со стражниками, отряженными с Рокатом? ‑ поинтересовался герцог.
‑ Га́рил сломал ногу, когда на него упала его же собственная кобыла, ‑ ответила Стражница Провоста. ‑ Сейчас он в лазарете. Его напарник Ле́буа сейчас с ним. Наши люди записывают их показания.
Герцог встал. Сэндри тоже поднялась из-за стола, с трудом отодвигая тяжёлый стул.
‑ Дорогая, ‑ начал Ведрис, ‑ право же, тебе не нужно… ‑ Он встретился с ней взглядом и грустно улыбнулся. ‑ Прости меня. Я забыл, с кем разговариваю. Я становлюсь как бедняга Рокат, пытаюсь укрыть тебя, хотя ты такой заботы не желаешь. ‑ Обращаясь к посыльной, он сказал: ‑ Мои слуги накормят тебя и предоставят скакуна для обратной дороги. Скажи миледи провосту, что я ценю своевременное извещение.
Посыльная поклонилась в знак благодарности.
До лазарета добирались в спешке. Сэндри хотела возразить против такого темпа, но унылое выражение глаз её деда заставило её передумать. «Я не могу нянчиться с ним до бесконечности», ‑ подумала она, пытаясь не отстать. «Он просто потеряет терпение и переусердствует».
Даже зная это, было трудно удержаться от возражений. Она не могла забыть то, как он выглядел шесть недель назад, когда она получила известие о том, что его хватил удар в библиотеке. Когда она добралась к нему, герцог был в постели, а его пепельно-серое лицо было искажено болью. Он выглядел старым и наполовину мёртвым. Потребовалась вся её сила, чтобы привязать его дух к телу, пока целители не приступили к работе. Она на за что, ни за что не хотела снова увидеть его таким.
Как будто почувствовав её волнение, герцог замедлил шаг у двери лазарета и подождал её.
‑ Я буду в порядке, ‑ пробормотал он, пока стражник открывал им дверь, ‑ и обещаю, что поем сразу, как только мы закончим здесь.
Раненый Гарил лежал в закрытом шторами углу в задней части небольшого лазарета. С ним сидел целитель, положив одну руку на его запястье, а другую — на уложенную в лубки ногу. В магическом зрении Сэндри сила целителя являла себя как холодный серебристый огонь, пробегавший через Стражника. В сломанной ноге он мерцал, как если бы магия там с чем-то боролась.
‑ Гарил уже ломал эту ногу несколько раз, ‑ заметил коренастый мужчина, наблюдавший у края шторы. ‑ Он выработал сопротивление к целительству.
Говоривший был лишь на несколько дюймов выше Сэндри, с коротко стриженными вьющимися седеющими волосами, такими же седеющими усами и тёмными глазами. Он говорил с ясным наморнским акцентом и носил форму Стражи Провоста. Его знаками отличия были две концентрических окружности на фоне лучистого круга, что означало звание полковника. Завязки и отделка его униформы были белыми: он был магом.
‑ Мне сказали, что его лошадь упала, ‑ тихо заметил герцог.
‑ Бедное животное, ‑ ответил коренастый. ‑ Ей перерезали сухожилия на правых передней и задней ногах.
‑ Клянусь, я ничего не видел! ‑ воскликнул сидевший у кровати молодой человек.
Он тоже носил форму Стражи Герцога и отчаянно держался за свободную руку Гарила.
‑ Не карлик, не ребёнок — Гари слишком опытен, чтобы подпустить кого-нибудь к себе так близко, и замешательственные бомбы они в нас не кидали, только в телохранителей Роката!
‑ Замешательственные бомбы? ‑ прошептала герцогу Сэндри.
Коренастый мужчина услышал её, и ответил:
‑ Хитрые штуки. Смешиваешь заклинания, спутывающие и насылающие видения, добавляешь наркотик, от которого у лошадей кружится голова, и зашиваешь это всё в шарик. Кидаешь человеку в грудь, шарик лопается ‑ и человек с лошадью ничего не могут сделать три или пять минут, как получится.
‑ Они запрещены законом, ‑ холодно добавил герцог.
Маг пожал плечами:
‑ Конечно они запрещены — у них есть только одно применение, не так ли? Что самое главное, они дорого стоят. У наших убийц денег куры не клюют.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
