– Пора мне, товарищи. Где сувениры?
Женька вытащил из транспортного мешка «импортный» бронежилет. Бэжэ был новенький, со склада, но к немедленной эксплуатации годился ограниченно – металлические пряжки и наконечники ремней сняли в Отделе. Впрочем, основным керамическим бронеэлементам изделия Прыжок повредить никак не мог.
Полковник поскреб ногтем штамп на подкладке, потом примерил-приложил «панцирь» к груди, задумчиво пошлепал губами:
– Да-с, нонсенс, однако. Ладно, разберемся. Упаковывай, Евгений, в одном экземпляре. Второй передаем в пользование товарищу Мезиной. В качестве именного личного оружия.
Шведова, стоящая с мешком одежды, изо всех сил старалась не ляпнуть дерзость – аж полосы румянца на скулах запунцовели. Попутный повернулся к ней, назидательно взмахнул пухлым пальцем:
– Вот это правильно, старшина. Сдержанность – вторая мудрость! Для вас, кстати, ношение сей кирасы столь же обязательно, как и для всех оперативников. Дисциплинка у тебя, Шведова, еще та, но узнаю, что манкировала защитой – накажу старшего по команде, и вообще кого попало, подряд и выборочно. А я определенно всё узнаю.
– Так точно, – пробормотала Марина, от злости пламенея уже до ушей.
– С кем работать приходится, – проворчал полковник. – Бардак бессознательный. Торчок, ты у меня все помнишь?
– Отож. Как конспект.
– Ладно. Работайте, товарищи, – полковник обернулся к молчавшей Мезиной и сделал невероятную вещь…
Шведова аж задохнулась, Павло Захарович ухмыльнулся, а младший сержант Земляков позавидовал. Нет, конечно, приходилось видеть, как джентльмены-аристократы целуют ручку истинной леди, но то преимущественно в кино или на театральной сцене. В быту как-то не помнилось. Но ведь как изящно выглядит – воистину «приложился к руке».
– Екатерина Георгиевна, я вас убедительно прошу… – Попутный не спешил отпускать пальцы старшего сержанта.
– Не волнуйтесь, Виктор Иванович, постараемся сосредоточиться исключительно на мозговых штурмах.
– Верю, – полковник забрался в машину, барственно укутался в кожаный реглан, кивнул водителю: – Гони, голубчик. А вам, товарищи, – успешного выполнения задания. Евгений, жду открытку.
«Виллис» взревел, запрыгал прочь по колеям от гусениц.
– Еще и открытку? – процедила Шведова. – Поздравительно-рапортующую?
– Полагаю, на приглашение на свадьбу намекалось, – объяснил Женька.
– Развели мещанство, курорты с опереттами, – Шведова в упор глянула на камуфляжную, но насквозь обуржуазившуюся красавицу-сержантку.
– Не надо меня жечь огнеметами, – попросила Мезина. – Это не у меня свадьба. Я вообще человек простой, насквозь не романтичный.
– Я так и поняла, – отрезала старшина. – Кирасу не забудь напялить, снайперша московская.
Мезина, игнорируя нелестную классификацию, протянула руку ефрейтору:
– Рада видеть, Павло Захарович. Вспоминала. И тебя, и винтовку твою рекордную.
– Да, было дело, – согласился Торчок, степенно пожимая ладонь старой знакомой. – Повоевали. А чего ж вдруг сержантка? Начудила?
– Не особенно. Для конспирации. Служба, сам понимаешь.
– Отож я и думал, шо уж не меньше капитана, – кивнул Торчок.
– Капитан Немо, – усмехнулся Женька. – Внезапное всплытие.
– Ага, в некотором роде импровизация, – улыбнулась товарищ старший сержант и так сгребла за шею, что Женька невольно охнул. – Жив, здоров и уже женится! Офигеть можно…
Все-таки приятно обниматься с красивой женщиной, даже из чисто дружеских побуждений…
Спешно переодевались и вооружались. Катрин объяснила, что стволы пристреливали в Москве, и весьма тщательно, амуниция и снаряжение проверялись, одежда подобрана по размеру, но обувь, понятно, не привезли – разнашивать времени нет. Подбором снаряжения занимались знающие люди, полковник сказал: «можно доверять». Действительно, всё добротное, ничего не заедает, даже вечно тугие петли подсумков словно на заказ подгонялись.
Кажется, капитана Коваленко появление сержанта-блондинки не особенно шокировало. Видимо, был разговор в верхах. Посматривал без восторга, настороженно, но без возмущения – что ни говори, рекомендации свою роль играют.
Колонна техники уже выстроилась, жужжала, ревела и плевалась выхлопами, посему было приказано окончательную подгонку снаряжения произвести на марше, а сейчас – «по машинам!».
* * *
Сиденье было неожиданно удобным, и хотя бронетранспортер потряхивало, процесс шел успешно. Катрин работала финкой, сужая ремни, Женька крепил пряжки. Фурнитуры отсыпали порядочно, и хотя железки не совсем подходили, бронежилет принимал рабочий вид.
– Да, нож могли бы и нормально заточить, – проворчала старший сержант.
– Грех жаловаться. Прошлый раз вообще по-вохровски бегали – с одними карабинчиками.
– Наслышана. Товарищ полковник шибко возмущался нескоординированностью действий. Но ты ничего. Уверенность появилась, хвост отпал. Уже «Жека».
– Ты, как весгда, удивительно добра и великодушна. Наверное, полковник генштабовским обедом угощал.
– Поснидали наспех, но вполне прилично. Давай-ка ситуацию растолкуй. Конечную цель я осознаю, но о конкретной обстановке в городе Попутный не знает – «не его уровень», понимаешь ли…
Земляков рассказал. Бывшая наставница выслушала, задала наводящие вопросы и резюмировала:
– Выходит, непосредственно о боестолкновениях на улицах почти ничего не известно?
– Наоборот, излишне много известно. Наши одно пишут, поляки другое, от немецких источников лишь ошметки уцелели, опереться на них трудно, а «бандерлоги» о своем самостийно-геройском врут.
– Значит, на месте придется разбираться. Но город мы точно уже взяли? А то вкатим, а там какая-нибудь егерская дивизия в полном составе на нас удивится.
– Это вряд ли. Немцы лишь прикрытие оставили, да всякие запоздавшие подразделения через Львов спешно драпают. Собственно, наши уже на окраинах, но подошли разрозненно: где танки без пехоты, где пехота без танков и артиллерии. Со связью не очень, посему до подхода уральцев глубоко втягиваться наши не рискнули.
– Ладно, город большой, мимо не проскочим. Меряй давай…
Женька поерзал в непривычном бронежилете – жить можно, но движения стесняет. Впрочем, бегать не придется, а защита от случайного осколка и пули вполне приличная.
Обернулся стоящий у своего «браунинга» пулеметчик, встревоженно крикнул «воздух!». Тревога оказалась ложной – над дорогой проскочили свои истребители, возвращающиеся с запада.
– Быстро катим, – заметила Катрин, подгоняя ремешок каски. – Прямо все условия созданы. Эти бы колеса с крыльями, да пораньше…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
