и пришлём вам, — сказал он. — Пусть ваш юрист их посмотрит, а потом согласуем дату и время для встречи, чтобы их подписать.
Закончив с ним разговор, я вызвал секретаршу и велел ей приобрести роскошный лимузин марки «Альбатрос». Была мысль напичкать его прослушкой, но Лисьев непременно поручит кому-нибудь проверить его сверху донизу, так что смысла не было.
— Пошлите машину в подарок главе профсоюза напитков господину Лисьеву, — сказал я секретарше. — В качестве признательности за труды.
— Официально, от вашего имени? — уточнила она.
— Разумеется. Пусть знает, от кого подарок.
— Хорошо. Есть предпочтения по цвету или комплектации?
— Чёрный. Остальное по максимуму.
На следующий день в Канцелярии я устроил большую конференцию по поводу того, что делать с родами, на которые давил Неклюдов. Там я и провёл почти всё время, но прийти к конкретным планам так и не удалось. Всё-таки, ликвидаторы привыкли заниматься устранением целей, а не тем, чего я от них хотел. Так что в конце концов я собрал копии всех материалов и увёз их с собой в замок, где, устроившись в уже полюбившейся мне библиотеке, взялся за штудирование.
Задачи стояли непростые. Нужно было определить, на что давит Неклюдов, и незаметно для него вывести роды из-под удара. Тоже не совсем моя специализация. Перед тем, как идти спать, я смог придумать кое-что только для Яновских из Серого клана. И то, пока было не до конца ясно, получится ли что-нибудь.
Сразу заснуть не удалось. Поначалу мои мысли занимала проблема Яновских, которую я пытался рассмотреть то с одной, то с другой стороны, а затем я переключился на расшифровку инструкции, добытой у Степанова. Если агент всё же существует, его следует выявить как можно быстрее. Мало ли, что ему поручили. Вполне вероятно, что это человек, имеющий доступ к документам, а то и кто-то их тех, кому я доверял. Например, одна из Падших. Клятва клятвой, но ведь очевидно, что будь одна из девушек завербована красными, она непременно присягнула бы мне.
Вспомнился случай, когда я едва не стал жертвой попавшей в террасу ракеты. Ещё тогда у меня была мысль, что кто-то из домочадцев слил, где я находился в тот момент. Возможно, один из тех, с кем я вижусь каждый день, в тайне ненавидит меня или поступил на службу по чьему-то поручению или вообще имеет свои собственные планы. Это вызывало беспокойство. Особенно потому что я представить не мог, кто именно способен на это. К тому же, не следовало забывать, что есть вероятность, что меня нарочно наводят на эту мысль, настраивая против ближайшего окружения, чтобы ослабить. Этот вариант сбрасывать со счетов нельзя. Как и поддаваться паранойе.
В результате уснул я только после часа ночи. А на следующий день после завтрака приехала Каминская и заявила, что у неё ко мне очень странное дело. Выглядела она озадаченно, так что сразу меня заинтриговала.
— Давай прогуляемся, — предложил я девушке. — Хорошая погода. Расскажешь мне всё в парке.
Глава 17
Выйдя на улицу, мы двинулись по главной алле, ведущей к большому пруду, через который был переброшен недавно отстроенный заново горбатый мостик. По обе стороны от нас возвышались каштаны, гравий хрустел под подошвами. В небе парили дежурные дроны, готовые в любой момент сбить направленные в парк ракеты или сбить чужой коптер. На небольших башнях вращались зенитные орудия. Вдалеке между деревьями расхаживали похожие на здоровенных гоблинов витязи и багатуры.
— Что стряслось, Глаш? — спросил я державшую меня под руку девушку.
— Да ничего такого, просто меня кое о чём попросили, — ответила Каминская. — Мой старый друг.
— Прямо старый? — улыбнулся я.
— Не в смысле возраста. Мы вместе росли. И сейчас дружим. Только не ревнуй, пожалуйста.
— И не собирался.
— Хорошо. Мы с ним только друзья, честно.
— Да я понял. Чего он хочет?
— Встретиться с тобой.
— Для чего?
— Он не сказал. Я обещала тебе это передать.
— Хм… Ясно. И чей он сын?
— Барона Френкеля.
— Так, это Жёлтый клан, если меня память не подводит.
— Не подводит, — кивнула Каминская. — Ну, как, примешь его?
— Он наследник?
— Ага.
— Не очень понимаю, что ему может быть от меня нужно. А главное — какая мне от него польза.
Девушка пожала плечами.
— Понятия не имею. Если встретишься — выяснишь. Что ему передать?
— Ну, скажи, пусть приезжает.
— О, класс! Он будет очень рад. Когда?
— Да хоть сегодня. Я никуда не собираюсь пока.
— Ладно, спасибо, Коль.
Просьба меня заинтриговала. Не так, чтобы очень, но было любопытно узнать, что наследнику Френкеля понадобилось от ассасина. Неужели собирается заказать отца? Для этого нужны деньги, причём большие. Вряд ли они есть у парня.
Мы с Каминской провели вместе часа два, попили чай, а потом она уехала на занятие по фехтованию. Не знаю, зачем девушки уделяют ему столько времени, особенно в старшем возрасте, если всё равно им предстоит замужество. Хотя конкретно Каминской, я думаю, это просто нравилось. Боевая девчонка. Собственно, несмотря на дерзкий нрав, этим она мне и нравилась. Если направить в нужное русло, будет толк. Хотя главное, конечно, то, что она уже сейчас мне целиком предана. Это для рода самое важное. Не удивлюсь, если однажды она станет похожа на Шувалову, которая всегда на стороне Зелёных и их интересов.
Френкель приехал в пять. Выглядел он года на три старше Каминской, худой, с длинной чёлкой и в очках. Я принял его в кабинете.
— Виталий Георгиевич, — представился гость, пожимая мне руку. — Очень рад знакомству. Спасибо, что приняли, маркиз.
Парень заметно нервничал, хоть и старался держаться уверенно.
— Выполняю просьбу своей будущей жены, — улыбнулся я. — Прошу, садитесь.
Он устроился напротив меня, положил ногу на ногу, но тут же передумал. Расстегнул пуговицу пиджака, проверил запонки.
Я молчал, давая ему возможность начать разговор. Френкель сообразил, что пауза затягивается, и, наконец, проговорил:
— Ваше Сиятельство, меня восхищает то, что вы делаете.
— Благодарю. Весьма польщён.
— Я бы хотел… э-э… заключить с вами сделку.
Мои приподнявшиеся брови заставили парня заговорить быстрее:
— Дело в том, что мой брат пытается меня убить. Это не паранойя, я точно это знаю. Уже было несколько попыток. Он хочет занять место наследника.
Ого!
