Читаем без скачивания Степная царица - Джон Робертс

Следы отпечатались нечетко, просто остались параллельные линии на пыли. Царапин было две группы, будто животное с когтями сидело здесь и затем бросилось на жертву, оставив за собой царапины. Нахмурившись, киммериец поискал рядом, но не нашел таких же следов. Каким бы ни было это животное, но выпрыгнуло оно, оттолкнувшись лишь двумя когтистыми лапами. Конан смел пыль с одной из отметин, и волосы у него на голове зашевелились. Следы, хотя и слабые, были процарапаны на камне под пылью. Конан знал, что ни один зверь в природе не имеет таких твердых когтей.

Низко пригибаясь, киммериец обследовал местность и обнаружил еще два десятка таких же следов. Когда он отыскал все следы, то заметил, что они образуют неровную линию. По тому, в какую сторону был направлен утончающийся конец царапины, Конан заключил, что существа перед броском смотрели на юг. В течение уже многих дней ветер дул с юга. Эти существа выбрали место для засады так, чтобы ветер относил их запах от приближающихся кочевников.

Вся сцена, когда Конан мысленно воссоздал ее, заставила его сильно забеспокоиться. Он знал, что волки, а иногда и кошки часто охотятся стаями либо небольшими охотничьими группами, но они не делают заранее продуманной засады. Что это за существа?

Их жертвы не были новичками в пустыне, они даже не толстозадые караванщики. Это — кочевники, всю жизнь проводящие среди песков, камней и палящего солнца. И тем не менее их застали совершенно врасплох. Вероятно, эти таинственные существа были неизвестны кочевникам.

Перед тем как покинуть это место, Конан прошел вдоль линии следов. Он нашел один, который был четче остальных. След находился в небольшом углублении, затененном большим камнем и кустом. Этот след был защищен от ветра и прямых солнечных лучей. Конан лег на живот и понюхал. Он отчетливо почувствовал едкий, неприятный запах. Запах был резким, как у уксуса, но этот запах Конан никак не мог соотнести с живым существом. Это напоминало ему о мастерских, где ремесленники вытравляют кислотой узоры на клинках мечей и кинжалов. Конан не знал ни одного животного, имеющего такой запах.

Сев на лошадь, он поехал к югу, зорко следя, не покажутся ли те существа, что уничтожили целое племя. Зачем они это сделали? Ради пищи? Другие животные уже так долго занимались телами, что это было трудно определить. И почему существа забрали вещи? Трупы могли ограбить и люди, но если так, то они очень хорошо замаскировали все следы своего присутствия. Конан очень хотел верить, что так оно и было. Он считал себя неплохим следопытом, но он бывал среди таких людей, которые на своей территории могли прятать следы прямо со сверхъестественным искусством.

Киммериец не поскакал прямо к своим товарищам. Он поехал зигзагом, покрывая таким образом большую площадь. Делал он это для того, чтобы увидеть другие следы мародеров либо еще какую-либо опасность для их группы. В пустыне следов больше не было.

На закате Конан добрался до своего каравана. Еще до того, как он его увидел, южный ветер донес до него запах жарящегося мяса. Когда киммериец прибыл, то узнал, что гирканийцы подстрелили прекрасную газель. В животе урчало, так как Конан ничего не ел, кроме нескольких сухарей, да и то было это рано утром. Тревога, вызванная видом уничтоженного племени, прогоняла все мысли о еде, но сейчас он чувствовал голод.

Конан подъехал к костру и соскочил с лошади, выхватив кинжал еще до того, как сапоги его коснулись земли. Он подбежал к углям, где готовилась разделанная туша животного.

— Что-нибудь нашел? — спросил Ки-Де у киммерийца, который отрезал куски от хорошо прожаренной части.

— Мало понятного. Но сейчас у меня есть чем занять рот и кроме разговора.

Когда Конан удовлетворил свой голод сочным мясом и горстью вяленых фиников и запил это все водой из бурдюка, он рассказал о странных следах и еще более странном сопутствующем им запахе.

— Ты говоришь, что похоже на кислоту? — переспросил Монанд, и лицо его сделалось мрачнее обычного.

— Да. Я встречал такой запах в мастерских, где вытравляют на мечах узоры и где проверяют золото на чистоту. Но никогда не встречал в природе существ с таким запахом.

— А у сверхъестественных животных? — спросил один из гирканийцев, взволнованно перебирая пальцами свои длинные черные косы.

— С ними я не хочу иметь никакого дела, — твердо заявил Конан.

— Ученые, изучающие природу, — сказала Йоланта, — утверждают, что мелкие животные устроены иначе, чем крупные. Четыре столетия назад Ухнас Кордавский написал монументальный трактат о шестиногих существах, в котором он заявляет, что многие из них используют кислоту как оружие или пользуются ею для приготовления материала для своих гнезд либо для того, чтобы размягчить пищу. Даже обыкновенные муравьи содержат в теле кислоту.

— Муравьи не вырастают до таких размеров, — возразил Конан. — И на двух ногах они не ходят.

— Хотя я и уважаю ученые разговоры, — проворчала Акила, — мне кажется, что ты слишком большое значение придаешь царапинам на земле и каким-то запахам. На племя, скорее всего, напали враги, а затем стерли за собой следы. А то, что осталось, затоптали гиены и другие поедатели падали. Здесь нет никакой тайны. Надо остерегаться этих врагов, и все.

Ее упрямый тон говорил о том, что она пытается убедить прежде всего себя.

— Так и сделаем, — заключил Монанд.

По мере того как они продвигались дальше на юг, каменистая выветренная земля, сухие кусты и кактусы начали уступать место более песчаной местности, и наконец вокруг до самого горизонта были одни барханы, уходящие вдаль, как волны в море. Лошади повесили головы и погрустнели, недовольные такой переменой.

— При первой возможности, — объявил Конан, — мы должны поменять лошадей на верблюдов. Здесь недалеко есть оазис, где сходятся несколько караванных троп. Там мы найдем караванщиков, желающих поменять своих верблюдов на лошадей для путешествия на север.

— Мне эта мысль не нравится, — заявила Акила. — И верблюды мне не нравятся! Они отвратительные, вонючие, неуклюжие твари!

— Хочешь сказать, что они не подходят для царицы? — спросил Ки-Де, хихикнув. — Они мне тоже не нравятся, но боюсь, что северянин прав. Лошади долго не протянут, но даже верблюд лучше, чем идти пешком.

Остальные гирканийцы с жаром согласились.

— Так мы и сделаем, — заявил Монанд. — Цель нашего путешествия лежит далеко в пустыне, и нам необходимы верховые животные.

— Верблюды! — сказал карлик, плюнув в костер.

На следующий день они перешли гряду низких холмов и увидели несколько участков, покрытых скудной травой, лежащих в небольшой долине, защищенной от ветров. Для того чтобы добраться до оазиса, им нужно было пройти между двух холмов, но там на верблюдах сидели полдюжины человек и держали наготове свои короткие луки.