В этот момент Дегре поднял голову. Увидев, что его гостья проснулась, он положил перо в чернильницу и подошел к кровати.
— Как вы себя чувствуете? Вам хорошо спалось? — спросил полицейский весьма любезным и будничным тоном.
Анжелика посмотрела на него с недоумением. Она не была уверена в себе. Где она могла видеть Дегре пугающим, грубым, распутным? Разве только во сне.
— Спала? — пробормотала она. — Вы говорите, я спала? Сколько же времени?
— Право же, вот уже три часа, как я являюсь свидетелем этого прелестного зрелища.
— Три часа! — повторила Анжелика, натягивая простыню, чтобы укрыться. — Но это ужасно! А встреча с господином Кольбером?
— В вашем распоряжении еще час, чтобы к ней подготовиться.
Дегре направился к соседней комнате.
— Здесь у меня удобная ванная комната и все необходимое для дамского туалета: румяна, мушки, духи и многое другое.
Он вернулся, чтобы бросить Анжелике шелковый халат.
— Наденьте, дорогая, и поторопитесь.
Несколько оглушенная, но вместе с тем пребывающая в удивительно расслабленном состоянии, Анжелика приняла ванну и стала одеваться. Она обнаружила свои вещи тщательно сложенными на сундуке. Перед зеркалом в изобилии стояли различные мелочи, которые никак не ожидаешь встретить в уборной холостяка: баночки со свинцовыми белилами и киноварью, черная краска для век, бесчисленные флаконы духов.
Понемногу к Анжелике начала возвращаться память. Хотя для этого ей пришлось приложить немалые усилия: казалось, что голова просто отказывается работать. Она вспомнила о хлесткой пощечине, которой Дегре ее почти оглушил. О, это было ужасно! Он обращался с ней как с уличной девкой, без малейшего уважения. И знал, что именно она была Маркизой Ангелов. Как же он поступит с ней теперь?..
Она слышала, как скрипит гусиное перо. Неожиданно Дегре поднялся с места и сделал несколько шагов в сторону ванной:
— Как вы там справляетесь? Могу ли я заменить вам горничную?
Не дожидаясь ответа, он вошел в комнату и принялся ловко шнуровать ее юбки.
Анжелика не знала, что и подумать.
Воспоминания о ласках, навязанных ей полицейским, почти парализовали смущенную женщину. Но казалось, что Дегре думает совершенно о другом. Она могла бы решить, что ей все приснилось, если бы не видела в зеркале собственное лицо — лицо чувственной и удовлетворенной женщины, утомленной любовными утехами, чьи глаза обведены черными тенями страсти, а губы распухли от поцелуев. Какой стыд! Даже самый неискушенный человек заметит на ее лице следы той бурной схватки, в которую ее вовлек Дегре.
Машинально она положила пальцы на свои распухшие губы, которые продолжали гореть, почти причиняя боль.
В зеркале ее взгляд встретился со взглядом Дегре. Тот ответил ей легкой улыбкой.
— Ну да! Заметно, — сказал он. — Но это не имеет никакого значения. Важные господа, с которыми вы будете встречаться, станут всего лишь более уступчивыми… и возможно, почувствуют укол зависти.
Не ответив, Анжелика пригладила локоны и наклеила мушку на уголок скулы.
Полицейский закрепил портупею и взял шляпу. Бесспорно, он выглядел элегантно, несмотря на строгий темный костюм.
— Вы продвигаетесь по служебной лестнице, господин Дегре, — сказала Анжелика, стараясь подражать беспечности собеседника. — Теперь вы носите шпагу и ваши апартаменты, право, очень солидны.
— Я немало зарабатываю. Видите ли, общество странным образом меняется. Разве моя вина в том, что следы, которые я вынюхиваю, ведут все выше и выше? Сорбонна стареет. Но когда она умрет, я не стану искать ей замену, потому что в наше время самых страшных убийц следует искать не в грязных трущобах, а совершенно в иных местах.
Казалось, он задумался, а затем добавил, покачав головой:
— Например, в роскошных салонах… Вы готовы, мадам?
Анжелика взяла веер и кивнула.
— Должен ли я вернуть вам конверт?
— Какой конверт?
— Тот самый, что вы отдали мне, когда пришли сюда.
Молодая женщина нахмурила брови. Вспомнив про конверт, она почувствовала, что краснеет. Она всучила Дегре завещание, намереваясь затем покончить с собой.
Покончить с собой? Что за нелепая мысль! Почему она хотела покончить с собой? Вот уж неподходящий момент! Ведь именно сейчас, впервые за долгие годы, она наконец-то близка к достижению своих целей и сам король Франции почти целиком в ее власти!..
— Да, конечно, — торопливо проговорила Анжелика. — Отдайте.
Полицейский открыл ящик и протянул запечатанный конверт. Но в последний момент, когда Анжелика уже собиралась выхватить письмо, молодой человек отдернул руку. С изумлением взглянув на Дегре, она заметила, что в его глазах вновь вспыхнули красноватые огоньки, которые, казалось, проникали в ее душу.
— Вы хотели умереть, не так ли?
Анжелика взглянула на него, как ребенок, пойманный с поличным. И, кивнув, опустила голову.
— А теперь?
— Теперь?.. Я уже не знаю. В любом случае, и речи не может идти о том, чтобы не воспользоваться слабоволием этих людей и не довести партию до конца. Такая возможность выпадает раз в жизни, и я убеждена, что если сумею наладить производство шоколада, то смогу вернуть свое состояние.
— Вот и отлично.
Дегре подошел к камину и бросил конверт в огонь. Когда он полностью исчез в пламени, полицейский, как обычно спокойный и улыбающийся, повернулся к Анжелике.
— Дегре, — прошептала она, — как вы догадались?..
— Ах! Дорогая, — воскликнул он, смеясь, — вы и вправду полагаете, что я настолько глуп, чтобы поверить женщине, которая пришла ко мне домой с безумным видом, без пудры и помады на лице, будто у нее назначено свидание и будто бы она собирается на прогулку по галерее Дворца правосудия?.. Впрочем…
Казалось, Дегре колеблется.
— Я слишком хорошо вас знаю, — продолжил он. — Я сразу понял: что-то стряслось, дело принимает серьезный оборот, и потому следует действовать быстро и решительно. Принимая во внимание мои дружеские намерения, вы простите меня, мадам, за то, что я обошелся с вами несколько грубо?
— Еще не знаю, — в голосе Анжелики проскользнула обида. — Я подумаю.
Но Дегре расхохотался, смерив ее пылким взором. Она почувствовала себя оскорбленной, но в то же время поняла, что лучшего друга ей во всем мире не найти. Полицейский добавил:
— Что касается тех сведений, что вы мне сообщили… столь любезно, то вам не следует волноваться о последствиях. Эти сведения действительно ценны, но они были всего лишь предлогом. Конечно, я их учту, но вообще-то я уже забыл, кто мне их предоставил. И еще один совет, мадам, если, конечно, вы позволите скромному полицейскому: всегда смотрите только вперед. Никогда не обращайте свой взгляд к прошлому. Старайтесь не ворошить пепел… Особенно пепел, развеянный по ветру. Потому что каждый раз, когда вы будете вспоминать о нем, вам захочется умереть. А меня может не оказаться рядом, чтобы вовремя избавить вас от этих мыслей…
