Читаем без скачивания Кристиан Фэй - Саша Вайсс

С каждым словом Фэй мрачнел все больше, сжав зубы так сильно, что под скулами заходили желваки. А пиявка не унималась, взывая к совести взволнованного Оливера.

— Я очень недовольна, просто разочарована. Разве так можно обращаться со своей женой?

— Можно, если жена того заслуживает! — не выдержав, рявкнул Кристиан в праведном гневе. Ухватив поудобнее горячий чайник, он кинулся к двери и распахнул ее так, что та отлетела к стене.

Но коридор оказался пуст. Ступив в коричневую лужу чая на пороге, Фэй осторожно выглянул из номера и огляделся. Миссис Класпер испарилась, словно ее никогда и не было.

— Ушла? — Над ухом раздался хрипловатый голос Лиса, и Кристиан чуть расслабился.

— Конечно ушла,— отозвался Кристиан.— Даже такая дрянь знает, что связываться с Кристианом Фэем, лучшей крестной феей на свете, — он гордо расправил плечи и обернулся, — опасно.

На подоконнике, между створок распахнутого окна сидела миссис Класпер с вежливой улыбкой на лице. Белые юбки ее платья хлопали на ветру, рука элегантно лежала на створке окна, а когти уже прочертили в краске кривые полосы.

Между ней и Оливером оставалась пара метров.

А Лис и его ружье продолжали смотреть в безлюдный коридор.

Кристиан не терял ни секунды. Прыгнув вперед, он запустил чайником в голову пиявки. На лету тот открылся, и содержимое волной оросило все вокруг, заставив ее зашипеть. Когда же рядом с ухом просвистел выстрел, монстр легко оттолкнулся и нырнул в чернильную тьму за окном.

Подбежав к Оливеру, Кристиан закрыл его своим телом. Лис тем временем аккуратно выглянул наружу и выстрелил, что прозвучало оглушающе в узком тоннеле улиц. Затем со вздохом выпрямился и покачал головой.

— Ее не видно. Не знаю, попал или нет.

— Попал? Это вряд ли,— зло ответил Кристиан, взвинченный промедлением напарника. Лис со свистом выпустил воздух сквозь сжатые зубы. Его пронзительные голубые глаза гневно впились в Фэя, но ответить он не успел.

— Парни, а у нас еще есть чай? Очень пить хочется.

Крестные феи обернулись и с недоумением уставились на Оливера, невозмутимо сидевшего на кровати. Этот мужчина вел себя так, словно минуту назад в комнату влетела не его жена, а назойливый шмель.

— Думаю, чай мы попьем в другом месте,— пробормотал Кристиан, переглянувшись со  сбитым с толку охотником. Им предстояло собрать вещи и быстро исчезнуть, пока на звук выстрела не сбежалась вся округа. И пока не вернулась миссис Класпер, оказавшаяся весьма опасной и мстительной сволочью.

В мортуарии стоял адский мороз. Не то чтобы Лис не знал, как устроен этот склад с телами, когда направлялся туда утром, но такого холода он не ожидал. Он даже убрал палец с курка, боясь, что случайно стрельнет себе в ногу в очередном приступе дрожи.

Страха юноша не испытывал совсем. Пиявки питались эмоциями, делались от них сильнее, а кормить эту тварь дополнительно в планы Лиса не входило. Тем более у него уже имелась определенная сноровка. Еще до работы крестной феей он много раз участвовал в охоте. То были разные создания: упыри, оборотни, призраки... Однажды ему даже попалось существо, подобное Кристиану. И в сравнении с той охотой менявшая облик пиявка казалась незначительной козявкой.

Трупы лежали на каталках, укрытые простынями. Дыхание белым паром курилось в воздухе. Лис чихнул, вытер мокрый нос рукавом и закинул ружье на плечо. Похоже, этим утром миссис Класпер решила обойтись без завтрака.

Новая гостиница находилась на противоположном конце города, вблизи заводского района, пронзавшего небо серыми трубами всевозможных форм и размеров. Густой дым лениво валил из них, смешиваясь со столь же серыми облаками, затянувшими город. Пейзаж был не очень живописным, но лучшего укрытия, чем эта дыра, было не найти.

В одной из комнат под крышей сидели двое: среднего возраста мужчина в одежде, которая была ему не по размеру, и юноша с сизыми мешками под глазами. Ему не удавалось выспаться уже несколько ночей подряд, голова трещала, и смрад фабрик вползал в комнату из распахнутого окна... В общем, Кристиан едва не лопался от раздражения.

— Как вы можете позволять этой женщине так с собой обращаться?! — гневно спросил он, с треском захлопнув окно номера. — Вы — самостоятельная личность! Собрали бы вещи и ушли от нее! Послали бы в ответ теми же словами! Что с вами, в конце концов?!

Оливер молчал, с вялым видом крутя обручальное кольцо, тускло поблескивавшее на его безымянном пальце.

— Дайте его сюда,— вдруг сказал Кристиан.

— Кольцо? — удивленно переспросил мистер Класпер, но все же протянул украшение.

Оно оказалось довольно тяжелым и странно холодным, словно его и не снимали с пальца несколько мгновений назад, а по внутренней стороне вилась гравировка, почти стертая от времени и частого ношения.

— Семейная реликвия Эбби. Его носил ее отец, а перед ним ее дед... — с гордостью пояснил мужчина.

Кристиан сощурился, всматриваясь в гравировку.

— Конечно, — прошептал он, — как я раньше не догадался?..

Некоторые слова на внутренней стороне кольца казались смутно знакомыми, и он подошел к окну, силясь разобрать написанное. Но в тусклом свете, сочившемся сквозь грязное стекло, было невозможно прочесть даже газетный заголовок. Отчаявшись хоть что-нибудь понять, Фэй направился в крохотный аппендикс спальни, где зажег керосиновую лампу и поднес кольцо как можно ближе к ее неверному огню.

Спустя пару минут в дверном проеме позади возникла зализанная голова Оливера.

— Кто-то стучит в дверь,— тихо проговорил он.

— Что говорят? — бросил Фэй, не отрываясь от своего занятия.

«Властью сковать», гласила пара слов. Еще одно было похоже на «око», но могло оказаться и «очком»...

— Говорят, что обслуживание номеров.

— Скажите, что нам ничего не нужно,— махнул рукой Кристиан.

Оливер исчез, и он вновь мог сконцентрироваться на кольце. «Око», решил он. Что «очко» могло делать на старинной надписи? Это кольцо казалось опасным, очень опасным, и подавленная воля Оливера служила тому наглядным примером.

— А сколько лет вы носили его? — крикнул он, брезгливо стряхнул белый след пыли, оставшийся на штанах. — Мистер Класпер, вы слышите меня? Мистер Класпер?

Полный дурных предчувствий, он выскочил из спальни. Но было уже поздно.

Дверь номера оказалась распахнута настежь, а зиявший за ней темный коридор был пуст. Пиявка побывала здесь и утащила Оливера, пока самая лучшая фея на свете расшифровывала надпись в паре метров от них.

Кристиан смачно выругался.

— Око,— прошипел он.

Пиявка выследила их, и виной тому было обручальное кольцо. Швырнув его на пол, Фэй подскочил к окну и высунулся по пояс. Различив две фигуры, бежавшие в сторону заводских ворот, Кристиан забрался на подоконник, сделал глубокий вдох и прыгнул. Мгновение, — и его руки заскользили по шершавой поверхности уличного фонаря. Откуда-то справа донесся испуганный женский вопль, но юноша не обратил на него внимания. Едва его ноги коснулись мостовой, он пустился следом за сбежавшей парой.

Кристиану повезло — стены, ограждавшие территории многочисленных фабрик, были высоки и тянулись на многие кварталы. Пиявке и ее жертве ничего не оставалось, как бежать по узкому и безлюдному лабиринту, где их было видно как на ладони. Миссис Класпер хотела остаться с мужем наедине, чтобы быстро и без свидетелей прикончить его, одним махом избавившись от массы проблем. Ей требовалось тихое место, и огромная территория какого-нибудь старого завода прекрасно для этого подходила.

Нырнув за очередной поворот, Фэй уткнулся в тупик, в конце которого темнела распахнутая калитка ворот, грязно-коричневых от возраста, с редкими зелеными пятнами облупившейся краски. За ней начиналось мрачное нутро заводского ангара, который, судя по выбитым стеклам высоко наверху, у самой прохудившейся крыши, был давно заброшен.

Кровь застучала в висках, и Фэй сделал глубокий вдох. Сейчас ему было нужно контролировать себя полностью. Впадая в ярость, он наносил слишком большой ущерб репутации Общества.

— Оливер! — позвал он, осторожно ступив в сумрак ангара, слабо освещенный парой качавшихся под крышей ламп. Различив сдавленный всхлип в глубине, он двинулся вдоль расставленных станков. Тьма за их покрытыми ржавчиной боками казалась непроницаемо густой, и Кристиан инстинктивно старался держаться от нее подальше.

«Главное в охоте на пиявку — отключить эмоции, которыми она может питаться. Гнев, ярость, страх...» — сказал ему Лис перед тем, как отправиться взламывать морг. Но Кристиан лишь со смехом махнул рукой. «Я не знаю, что такое страх,— ответил он. — Оливеру не о чем волноваться».

Лампы бешено замерцали и погасли. Ангар погрузился в мрак, разбавленный пятнами света, сочившегося сквозь дырявую крышу. Кристиан замер, слыша лишь собственное тяжелое дыхание.