Читаем без скачивания Лорд Воронов - Гэв Торп

— Грязновато, — отметил Коракс, скривив губы при виде мусора на полу и мебели. Большую его часть составляли пустые бутылки. Примарх бросил удивленный взгляд на противника. — Пьешь? В самом деле?

Натиан пожал плечами.

— Боюсь, что так, мой лорд. Но не бойся, сейчас я трезв как стеклышко. Знаешь, как нелегко напиться со всеми этими дополнительными органами, выводящими отраву из крови? — Натиан указал на свое тело. — Еще один подарочек от Императора. А человеку ведь нужно время от времени наслаждаться хорошей выпивкой.

— Я собираюсь убить тебя, — произнес Коракс.

— Само собой, — сказал Натиан.

— Но сначала ты ответишь на мои вопросы.

— Если ты так хочешь, — сказал Натиан, пройдя на субэтаж. Там он опустился в большое кресло, его доспехи зашипели, металл кресла заскрежетал под тяжестью воина. — Располагайся.

— Что с тобой случилось на Исстване? Я думал, ты погиб, — произнес Коракс, игнорируя насмешки предателя. — Зачем ты обратился против меня?

— Ты бросил меня первым! — взревел Натиан с искренним чувством в голосе и взгляде. Он поднялся и обвинительно ткнул пальцем в примарха. — Когда меня завалило под горой Несущих Слово, убитых мною болтером и клинком, ты бросил меня и десятки других.

— Я не бросал тебя. Меня ранили. Твои верные братья забрали меня.

— До того, — сказал Натиан, отмахнувшись от слов Коракса. — Когда ты вышел из боя против Ночного Призрака и Лоргара. Ты бежал. Ты бросил нас умирать!

Коракс ничего не ответил, лишь поджав челюсть от воспоминаний.

— Я вижу, ты понимаешь. Я отдал тебе все — душу и тело, жизнь и смерть. Я верил в тебя, в Императора и его чертов крестовый поход. Вот что ты со мной сделал, Корвус. Ты заставил меня поверить во что — то, заставил гордиться, — Натиан вздохнул и, сжав кулаки, отвернулся. — А потом ты бросил меня, доказав, что все, что было раньше — вранье.

— Это было не вранье. Предательство Гора…

— Гора? Ты винишь Гора? — предатель взметнулся назад, глаза легионера заблестели и расширились от ярости, к бледным щекам прилила кровь. — Гора не было на полях Исствана. Там был ты! — его голос упал. — И там был Лоргар. Он нашел меня, и нескольких других, раненых и брошенных. И когда он заговорил, пелена спала с моих глаз, пелена, которую ты набросил на меня своими хвастовством и ложью!

— Для Лоргара ты ничто.

— Он говорил, и мы слушали, и в его словах был смысл, настоящий смысл, впервые за многие десятилетия. Природа вселенной, то, о чем ты бы не поведал нам из страха того, что мы не поймем, что больше в тебе не нуждаемся. И его любовь… Он любил нас, и говорил нам это, и мы чувствовали искренность его слов. И так свою безответную любовь к тебе мы отдали ему.

— Ты жалок, — отрезал Коракс. — Абсолютно жалок, — он медленно повернулся, указывая вокруг себя. — Самоизвиняющийся, жалкий и слабый. Все то, чего я ждал от изменника. Ты ничему не научился у меня. Ты вырос в тюрьме, а теперь сам стал тюремщиком? Ты хочешь пытать и увечить тех, кто слабее тебя? Какими ужасами Лоргар и остальные напитали тебя? Если это ты создал этих «Новых Людей», то ты не более чем спятивший эгоист.

— Правда? — голос Натиана достиг пика и сорвался. — Здесь от меня есть польза. Однажды ты уже воспользовался мною, — он рассмеялся, оскалив пожелтевшие зубы. — И, кроме того, это ты — то называешь меня спятившим?

Он выскочил на внешний переход и нажал несколько кнопок, выведя на один из крупных экранов пикт-изображение. Коракс ощутил, как в животе свернулся тугой узел, а во рту пересохло, когда увидел, как отделение Бранновых Рапторов врывается в тюремное крыло — воины, которых коснулась скверна из — за его генетических манипуляций.

— Это другое, — произнес он, прежде чем Натиан успел бросить ему в лицо свои обвинения, но слова прозвучали слабо, неубедительное извинение, и предатель знал это.

— Ну конечно, другое, мой лорд. Ну конечно, — Натиан оскалился, его лоб наморщился от ярости. — Разница в том, что я честен насчет того, чем здесь занимался. Больше ты никогда не будешь судить меня, Корвус. Никто из вас!

Предатель сделал неровный вдох и повернулся к пульту. Там он активировал несколько механизмов управления, затем вихрем развернулся к Кораксу. Теперь в его взгляде читалось неприкрытое безумие, мания, заставившая Коракса вздрогнуть.

— Ты не властен над моей судьбой! Никто не властен!

Взгляд Коракса переметнулся на небольшой экран с мигающим сообщением.

ЗАЩИТА РЕАКТОРА ОТКЛЮЧЕНА.

— Это и есть твой великий план? — спросил Коракс. — Самоуничтожение? Ты ведь знаешь, что я убью тебя.

Он заметил в руке Натиана болт-пистолет.

— Нет. Не убьешь.

— Это едва ли мне навредит, — сказал примарх.

— О, тебе будет больно еще очень долго, Корвус. Может, весь остаток твоей бессмертной жизни.

С этими словами Натиан прижал болт-пистолет к подбородку и нажал спусковой крючок.

Болт прострелил ему рот. Миллисекунду спустя затылок Натиана исчез в фонтане крови, костей и мозга, и легионер повалился на пульт.

Лицо Коракса забрызгало багрянцем. Стиснув челюсть, он утер кровь, не в силах оторвать взгляд от трупа, которого когда — то называл товарищем, встревоженный так, как не тревожился с тех самых пор, когда заглянул в глаза Ночному Призраку и увидел в них отражение себя. Неужели смерть и отчаяние были единственным, что он мог дать?

Затем его взгляд упал на дисплей реактора. Показатели находились на восьмидесяти процентах от критического уровня функционирования и нарастали уже какое — то время — с тех пор, как погибли Новые Люди, предположил Коракс. Речь Натиана была ничем иным, как затягиванием времени.

Другая дверь с шипением открылась, и внутрь ворвался Аренди. Он окинул беспокойным взглядом комнату в поисках угроз, прежде чем остановиться на теле Натиана. Затем его взор упал на дисплей с обратным отсчетом, и глаза бывшего командора расширились.

— Я слышал выстрел.

— Предатель собирался перегрузить плазменный реактор, — подтвердил Коракс, пересекши комнату.

— Всегда знал, что он жалкий ублюдок, — в голосе Аренди чувствовалась понятная тревога. — Сколько у нас времени? Нам эвакуироваться?

— Я так не думаю, — ответил Коракс. Он осторожно ввел команду, вызвав защищенный паром дисплей доступа. Пальцы примарха защелкали по цифрам на рунической панели, и затем экран потемнел. Спустя пару секунд появилось подтверждение.

ЗАЩИТА РЕАКТОРА ВКЛЮЧЕНА. БЕЗОПАСНЫЙ ОПЕРАЦИОННЫЙ РЕЖИМ ВОССТАНОВЛЕН.

— Вы знали пароль? — Аренди уставился на Коракса с трепетом и открытым ртом.

— Нет, — ответил примарх. — Натиан никогда не отличался особой сообразительностью. Паролем был его тюремный номер с Ликея. Удачная догадка.

— Я… — Аренд покачал головой, смущенный, но затем отмахнулся от тревожных мыслей. — Что ж, хорошо, что мы больше не в непосредственной опасности. Я бы никогда не поверил в то, что Натиан мог бы обратиться против нас, если бы не повидал кое — что за пару прошлых лет. Судя по всему, он не мог с этим жить, как бы себя не оправдывал.

— Он был слаб, — произнес Коракс. — Я знал это, и мне не следовало этого игнорировать.

— Мне кажется, он дал слабину, тут вы правы. Но вы идиот, раз думаете, что это было для него легко. Любой, кто дожил до этого времени, неважно, на чьей он стороне, проявил своего рода силу, будь то к добру или худу.

— Ты второй раз называешь меня идиотом, Герит, — тихо сказал Коракс. — Натиан допустил ту же ошибку, недооценив меня.

— Вы думаете… — Аренди посмотрел на безголовый труп. — Вы думаете, я такой же, как он?

— От меня не укрылось твое своеволие, — произнес примарх.

Казалось, Аренди уязвили его слова.

— Я знаю, что многое изменилось, но никогда не думал, что ты поставишь себя выше критики, Корвус. Если я говорю не к месту, то только потому, что понял: смягчение слов — пустая трата времени. Говори то, что думаешь, так гласит пословица. Если желаешь прямолинейных Ультрадесантников, делающих то, что им велят, или фанатичных Несущих Слово, ловящих каждое твое слово, то тебе не стоило учить нас полагаться на самих себя. Если ты хочешь Гвардию Ворона, то тебе следует принимать нелестные слова. Я еще помню те времена, когда ты не относился так ревностно к формальностям.

Казалось, бывший командор испытывает Коракса. Он назвал его «Корвус», в точности как Натиан, словно они опять были на Ликее. Почему он подстрекал примарха? Возможно, дело было в чем — то другом…

— Это же ты рассказал мне об этом месте, — произнес Коракс.

— Так и было, — Аренди окинул взглядом экраны и кивнул. — И хорошо, что рассказал. Эти уроды, «Новые Люди», могли стать большой проблемой, если бы предатели усовершенствовали свою генетическую технологию.