я так стесняюсь, что даже тебе никогда об этом не говорила.
– Да ну?
– Ты знал, что я в детстве всякую чушь писала, и даже посмеивался надо мной. Но я это дело не бросила и до сих пор пишу. У меня несколько тетрадей-чистовиков. А недавно закончила первый роман.
И она стыдливо отвела глаза.
Да я обязана её поддержать, пусть её опусы и будут похожи на рукоделие миссис Хант в буквенном виде!
Договорившись о том, что утром она даст мне почитать свои рассказы, мы расстались.
Эх, не получилось нормально поболтать. Чарли, конечно, доверяет Бену, но мне-то надо разговаривать с ней как брат, а не как подружка.
Как же надоело быть другим человеком! Прикольно ненадолго примерить роль и совсем не прикольно остаться в чужом теле навсегда. Так ни с Чарли пооткровенничать, ни с Озом пофлиртовать.
В растрёпанных чувствах я погасила свет и стала в потёмках наводить порядок на кровати. Одеяло смято, подушка валяется не на положенном месте…
– Убирайся прочь, тварь!!!
Я выпрямилась от гневного окрика и огляделась по сторонам. В голове эхом проматывались эти слова, сердце бухало так сильно, что пульс болезненно давил на виски.
Никого. В комнате не было никого.
Я беспомощно села на пол, прислонившись спиной к кровати.
– Кто здесь?
Нет ответа. Только назойливый, как комариный писк, звон в ушах, и моё тяжёлое дыхание.
Тот голос. Он был мне знаком…
– Бен?
Догадка одновременно обрадовала и напугала меня. Я не угробила Бена, не отправила его душу в какое-то ужасное место. Он здесь. Со мной.
Хорошо это или плохо?
Я так долго ждала, когда Бен снова выйдет на контакт, что у меня закралась мысль о слуховых галлюцинациях. Естественно, подобное объяснение странного явления меня не устраивало. Я же явственно слышала его голос. Перепугалась, как героиня фильма ужасов, и даже умудрилась сильно обидеться. Из-за чего? А кому было бы приятно, если бы его ни за что ни про что тварью обозвали? Бедная Варежка ведь не виновата, что нечистая сила в виде кошачьей статуэтки запихнула её в чужое тело. Я тоже жертва. Маюсь в чужой семье, хожу на улицу ненакрашенная, в душе не моюсь, музыку не слушаю… И я могу жаловаться до бесконечности, мой список претензий гораздо длиннее!
Однако я его понимаю. Не думаю, что я была бы в восторге от того, что в моём теле рулит кто-то другой. Наверное, это мерзко и стрёмно… Вдруг он в курсе всех-всех моих телодвижений? А-а-а, жу-у-уть! И всё равно я ни в чём не виновата!
На следующее утро я была так издёргана, что вцепилась в рассказ Чарли как в антидепрессант. Не очень благородно с моей стороны, зато ржач над графоманскими опусами в интернете всегда поднимал мне настроение. Что тут у нас? Лав-стори с фиалковыми глазами, в которых плещется ночь?
К собственной неожиданности, я с жадностью прочитала первую страницу, затем вторую… Да это весьма годная адвенчура! И таким красочным языком написана, что невольно смакуешь каждую строчку. Короче, там один парень, некий Джо Хиггинс, приезжает погостить в поместье к приятелю, и выясняется, что этот самый приятель давным-давно помер и его призрак скитается в мрачных стенах. Отважный Джо пытается выбраться из проклятого дома, но он постоянно попадает в ловушки. А вся фигня завертелась, потому что… Не буду спойлерить.
Меня потревожили, когда я дошла до эпизода, где главный герой заходит в комнату, в которой постоянно идёт снег.
С символическим стуком в приоткрытую дверь ко мне зашла вездесущая миссис Хант. За её спиной маячил субъект с по-дурацки подкрученными усами.
– Бенни, дорогой, ты не занят?
Вообще-то занят.
Джо метнулся назад, схватился голой рукой за металлическую ручку. Ай, примёрзнет же! Ну да, вот на ней остался кровавый след…
Я нехотя отложила чтение.
– Для мамы я всегда свободен.
– Как себя чувствует наш больной? – фальшиво-бодрым тоном воскликнул мужичок с усами.
Он без приглашения вторгся в мои временные владения и, подтащив стул к кровати, плюхнулся на него.
– Вы кто?
Я села на кровати и по-девчачьи поджала пальцы ног.
– Проявление беспокойства, – сообщил незваный гость.
Лады, пусть будет «проявление беспокойства». Ему подходит.
– Это доктор Слайм, он будет тебя лечить, – с кровожадным азартом изрекла миссис Хант.
В сомнении скривив губы, я покосилась на что-то быстро записывающего в блокноте «дохтура». На фиг он мне нужен? Меня доктор Симмонс более чем устраивал, я даже приноровилась выписанные им лекарства незаметно утилизировать.
Я старалась дышать неглубоко. Трудно было понять, чем больше от него пахнет, потом или одеколоном.
– На что жалуетесь, сэр?
– На домогательства посторонних личностей.
– Общение с вымышленными инфернальными сущностями, – пробормотал доктор Слайм, шустро водя карандашом в записной книжке.
Эй-эй, я общаюсь только с Беном, и то он больше не горит желанием продолжать знакомство.
– Я же вам говорила, доктор. После падения с лошади он ничего не помнит, – простонала миссис Хант.
– Проблема может быть более серьёзной, поэтому я настаиваю на обследовании.
Испытывая гадливость, я отодвинулась от него подальше.
– Я против обследований. Категорически. Оставьте меня в покое, я вам не доверяю.
– Не стоит меня бояться. Я многих вылечил, и вы у нас скоро будете как новенький.
– Нет!
Мужик плотоядно улыбнулся.
– Для начала необходимо очистить ваше тело от вредных микроорганизмов, чтобы они не мешали восстановлению памяти. К вискам приложим пиявок, они уберут лишнюю, давящую на ослабленный мозг кровь, а регулярные холодные клизмы взбодрят кишечник. Так же пропишу для вас специальную диету и лекарства… Что вы сейчас принимаете?
– Доктор, да вы сами как будто под чем-то!
Миссис Хант почти натурально всхлипнула.
– Сыночек, не дерзи.
Да я не дерзю, а самообороняюсь. Ну не готова я ради её душевного спокойствия терпеть инквизиторские пытки.
Я выразилась предельно ясно:
– Вы мне не подходите.
– Это тревожный сигнал, когда больной отрицает свою болезнь, – заявил доктор Слайм. – В таком случае лечение необходимо проводить в клинике под неусыпным контролем, иначе желаемое улучшение так и не наступит.
– Мы согласны, доктор, – придушенным от отчаяния голосом сказала миссис Хант.
Мы?! Мы это кто? Николай Второй?
– Фигушки! – Я встала с кровати, прихватив тетрадь с рассказами Чарли. – Идите отсюда подобру-поздорову, вас наверняка заждались пациенты, которые жить не могут без ваших клизм и пиявок.
– Вы не можете отвечать за свои поступки, вы больны, – авторитетным тоном возразил доктор Слайм. – Вы ведёте себя агрессивно, а это в нашем обществе не норма. Я бы вам помимо прочего прописал покой и утренние прогулки на свежем воздухе, чтобы
