Читаем без скачивания Первый человек - Наталья Блинникова

Энди напряженно обдумывала сказанное и вдруг осознала: когда-нибудь Падиф оставит ее. И хотя это было очень далеко во времени, а могло вообще не случиться, а может, это вообще не было реальностью, но ей вдруг стало тоскливо.

– Ты покинешь меня?

– Я всегда буду твоим другом.

« – Эх! Как бы все успеть! Дай небеса, сегодня спать лечь в полночь! И то я обрадуюсь! – сказала она своей сестре, ступая по мокрым страйлковым платформам и поглубже запихивая руки в карманы, а голову прижимая к плечам, защищаясь от промозглого ветра.

– Да времени вообще нет! Приходишь с работы, готовишь есть, готовишься к следующему уроку, проверяешь контрольные, а там уже и ночь! Где там отдохнешь? – развела руками Катарина, и изо рта у нее вывалил влажный пар.

– Время так бежит, что даже не верится! Поэтому я его перестала торопить. Раньше, знаешь, когда еще маленькая была, торопила дни, а сейчас думаю – нет уж! Время и так быстро идет, куда ж его еще подгонять! Потом оглянешься и пожалеешь, что не ценил каждое мгновение… – выдала она возбужденным голосом, и глаза ее заискрились среди пасмурности и уныния.

Одинокая машина медленно проплыла мимо них, осветив на несколько секунд дорогу впереди яркими голубоватыми лучами фар. Дождь на миг рассеялся и обнажил почти пустую улицу северной части электромагнитного мегаполиса. Прохожая женщина взглянула на них хмуро из-под бровей – она была закутана в длинное пальто. Женщина прижала к себе поближе сумочку, как будто опасалась, что она и Катарина собираются ее ограбить, и быстро прошла рядом с ними.

– Странно это все-таки… – вдруг пробормотала она, проследив за незнакомкой, – Вот так вся жизнь у людей проходит в одних и тех же буднях, а чего они этим добиваются? Успеха, денег, славы… Но для кого это все? И что будет дальше? Кто вспомнит о нас, когда нас не станет?»

– А если я уйду, ты будешь помнить меня? – прошептала она.

– Еще бы. Но лучше было бы, чтобы ты не уходила, – не сразу ответил Падиф, а она улыбнулась, – Ты еще столько должна узнать! – воодушевляющее воскликнул он, а ее улыбка, наоборот, тут же исчезла. Но он не понял, почему.

Новый день встретил ее порывистым дуновением ветра, который выскреб ее волосы из шапки и запеленал ими глаза. Вокруг было серо: но не грязный снег, не пасмурное небо, а воздух пропитался серой краской, которая ложилась на землю, на камни, деревья, на ее собственные руки. Белые линии прорезали бледные тучи, а горизонт расплывался.

Не прошло и минуты, как она стояла у озера. Рядом фыркал в снег Ветер.

– А где Спасение? – спросила она.

Падиф молча указал ей на седло. Убедившись, что она уселась, он неторопливо отошел от нее в сторону холмов и помахал рукой издалека.

Она смотрела на него подозрительно и настороженно. Он что-то задумал, а она боялась боли. Она боялась неизвестности. Она пыталась унять дрожь, но у нее плохо получалось. Конь почувствовал ее волнение и стал переступать с ноги на ногу. Но, в конце концов, она двинулась вперед.

Она не успела понять, почему она полетела вперед головой с Кристо. Она взвыла и, оскалив зубы, схватилась ладонями за ушибленное место. Когда она поднялась, Ветер, перебирал копытами и возмущенно поднимал губы.

Она непонимающе огляделась. Она была уверена, что Кристо не споткнулся, а она сидела на его спине ровно.

– Что ты сделал, Падиф? – прошипела задумчиво она.

Они снова и снова пытались пройти через невидимый барьер, но снова и снова падала. Ветер тоже ощущал боль, она слышала, как он тихонько причмокивает губами, когда натыкается на преграду.

Падиф стоял недалеку. Она злилась на него, руки у нее были сжаты в кулаки.

– Что ты хочешь от меня? – воскликнула наконец она, слишком громко от боли.

– Просьбы.

– Просьба к кому? К тебе? К Ветру?

– Нет, нет, – мягко сказал он, – Всего лишь к самой причине твоего препятствия.

– Что ты имеешь в виду?

Он не ответил. Она закрыла глаза и припомнила тех, кто вершит явления руками таленов. Падиф говорил ей об этом только вчера. Ламар – основание земли, Квирнар – основание воздуха, Илень – огня, Селемер – основание воды. Он всего лишь назвал их, сказав, что они – источник его сил. Она сама не верит в свою власть. Но если от нее требуется всего лишь попросить – что препятствует нескольким словам?

– Разрушь эту стену, Квирнар! – повелительно сказала она.

Воздух словно зарябил перед ней. Внезапно она почувствовала опустошающее бессилие, сердце учащенно забилось, а из головы словно выдули все мысли. В глазах у нее потемнело.

Кто-то настойчиво тряс ее за плечо. Отлепив веки друг от друга, девушка смутно разглядела человеческий силуэт, склонившейся над ней… «Это Падиф…» – пронеслось у нее в голове, и она, расслабившись, вновь начала погружаться в дрему. Она успела понять, что лежит у себя в постели, под надежным покровом пещеры на Предзакатной ступени. Дополнительная серия толчков, уже более сильных, снова сотрясла ее, и она начала вслепую отмахиваться руками.

– Вставай уже время к ужину, – донесся до нее приглушенный голос, и она резко распахнула глаза – потому что это не был голос Падифа. Это была женщина.

Она была стройной, под одеждой очерчивались мускулы. Угольные волосы спадали ровно на плечи. Уши у нее, как и у Падифа, сильно вытягивались вверх, а огромные глаза мерцали во мраке.

– Кто ты? – воскликнула Энди, сжав кулаки и выставив их немного вперед.

– Не волнуйся, я – друг! – спокойно, глядя ей в глаза, ответила незнакомка и слегка наклонила голову.

– Да? И что ты тут делаешь?

– Энди, я здесь по просьбе Падифа, – сказала девушка, и в звуках ее речи сквозила сила и твердость, которые не сочетались с ее нежной и хрупкой внешностью.

– И где же он сам? – недоверчиво бросила Энди.

– Он отправился уладить некоторые вопросы, и попросил меня присмотреть за тобою.

– Что-то не верится. Ранее он оставлял меня одну! – парировала она, но кулаки ее все-таки сами собою разжались.

– Ранее были другие условия, – естественно и легко ответила незнакомка.

– Я смотрю, ты так осведомлена в этом вопросе!

Но гостья никак не отреагировала на ее реплику. Она только опустила глаза, словно бы соглашаясь.

– Когда он вернется? – спросила она, давая своим голосом понять, что правила диктует здесь именно она; по крайней мере, пока не придет истинный хозяин этого места.

– К трапезе, – ответила маленькая девушка – Энди была выше нее на голову.

– Скажи мне, кто ты.

– Прости, Энди, это моя вина – я не представилась тебе, – проговорила учтивым тоном девушка, – Меня зовут Тирис, я, как и Падиф, жительница горы Ревен. Я здесь, чтобы защитить тебя, если потребуется.

– Хм, как я вижу, не потребовалось, – немного уязвленная тем, что незнакомка проявляет о ней заботу, огрызнулась Энди.

– Защита эта не от физического насилия.

Энди не хотела разговаривать и ничего не спросила более. Тирис постояла немного и присела за стол, где стала изучать какие-то тексты. Энди уселась на кровати и следила за Тирис, пока, наконец, не послышался шорох у входа.

Падиф шумно ввалился в пещеру и быстро задернул за собою меховую штору. Вид у него был слегка взбаламошенный: кудрявые волосы растрепаны, щеки горели румянцем, а глаза будто вращались в разные стороны. Мужчина потряс головой, отряхиваясь от снега, а после взглянул на девушек. Его взгляд задержался на маленькой гостье, они кивнули друг другу. На лице его была доброжелательная улыбка.

– Рад видеть, что с тобою все в порядке, квален, – сказал он тепло и ровно, но она не проронила и звука, – И еще я рад, что вы с Тирис уже успели познакомиться друг с другом, – немного растеряно добавил он, – Я попросил ее остаться с тобою, пока твое сознание набирало силы, чтобы в случае опасности защитить его, – сказал он и, постояв с секунду, зашагал к кострищу, где бросил новую сизую тушку какой-то бедной птички.

Тирис, не дожидаясь приглашения, подошла к костровищу. Лицо ее по-прежнему лучилось спокойствием и благоразумностью. Оно вдруг показалось Энди знакомым, а в ушах пронеслись какие-то неразборчивые звуки, но она не смогла остановить эти мимолетные воспоминания, как дежа вю.

– Как ты себя чувствуешь, квален? – с безмятежным видом спросил Падиф.

– Э-э-э… Да нормально вроде… – пробубнила она: она не ощущала себя в безопасности и не хотела, чтобы их разговор слышала Тирис.

Падиф ободряюще ей улыбнулся и принялся готовить пищу. Чем дольше длилось молчание, тем спокойнее становилось Энди. Она словно привыкала к Тирис, как к новому предмету. Последняя сидела тихо, сложив руки на коленях, и ее душевное равновесие передавалось в воздух вокруг, проникало в легкие и растекалось с кровью.

– Значит, то, что случилось на равнине, было результатом моей просьбы к Квирнару? – вдруг спросила Энди.