Но Арину, в случае с Глебом, подобные церемонии раздражали.
Она хотела бы остаться с этим мужчиной наедине. Чтобы не мешали посторонние, чтобы самой ощущать себя свободнее и чтобы Глеб мог показать Арине, что он чувствует к ней на самом деле.
А ведь она ему нравится – Арина в этом почти не сомневалась. Ведь столько восхищенных слов он ей сказал, сколькими ласковыми взглядами одарил… Не раз они с Глебом совершали прогулки по ночной Москве, во время которых мужчина делился с Ариной своими планами и мыслями.
Он был откровенен с ней. Разве можно быть откровенным с той, которая неприятна, к которой не испытываешь самых теплых чувств? Только с любимой, только с той, что нравится, возможна подобная искренность…
Словом, девушка была уверена – находись они с Глебом в более интимной обстановке, их отношения могли бы перейти на новый уровень. Тот самый, о котором она мечтала, начиная с прошлой осени.
Но эту встречу Глеб опять назначил в кафе. По сути, это последняя их «деловая» встреча. «А что потом?» – с беспокойством думала девушка.
…Она толкнула рукой дверь, вошла в полутемное помещение, полное публики. Огляделась, заметила Глеба – тот сидел за столиком возле окна, опершись локтем о подоконник. Рассеянно, с улыбкой – мужчина наблюдал за прохожими на улице.
Солнце светило ему прямо в лицо; волосы Глеба, и без того светлые, казались почти прозрачными, они напоминали сияющий золотой нимб над его головой.
И весь он показался Арине вдруг таким смешным, таким милым, что у нее даже сердце заныло. Наверное, если бы ей вдруг представилась возможность умереть за этого мужчину – она умерла бы, не задумываясь. Пожертвовала бы всем, что имела, собой.
Арина подошла, села напротив.
– Ой, привет… – вздрогнул, потянулся к ней Глеб, чмокнул в щеку. – Я тебя не заметил. Будешь что-нибудь? Мне кофе сейчас должны принести…
– Нет, ничего не хочу. Или хочу?
Глеб засмеялся, покачал головой и положил на лакированный столик стопку бумаг.
– Вот последний транш мне осталось тебе выплатить. Читай и подписывай, – ласково произнес мужчина. – В течение двух недель тебе должны перечислить эту сумму, и мы будем в расчете. Ты выполнила свою работу, а я тебе заплатил за нее.
Арина кивнула, принялась читать бумаги. Она бы их подмахнула, не глядя, зная щепетильность Глеба, который в принципе не мог никого обмануть, но так их встреча закончилась бы слишком быстро.
Официантка принесла кофе Глебу, спросила у Арины, не хочет ли она чего. «Нет», – все-таки отказалась молодая женщина.
Читала бумаги и время от времени косилась на Глеба.
Тот пил кофе, все так же рассеянно поглядывал в окно.
– Все в порядке… Подписываю. – Арина поставила свою подпись на нескольких листах.
– Отлично. Это твои экземпляры. – Глеб убрал свои бумаги в папку, вздохнул, затем с ласковой улыбкой протянул ладони Арине. – Спасибо, Ариша.
– Тебе спасибо. – Она тоже протянула ему ладони, почувствовала тепло его рук.
– Еще ни с кем мне так хорошо не работалось, как с тобой… Если что, я только к тебе теперь буду обращаться. Да вы все у меня замечательная команда, ребятки мои. В начале июня открытие выставки, ты приходи. Точную дату позднее скажу. Ждем прессу, телевидение.
– Это настоящее событие.
– Да, точно. Это настоящее событие для культурной Москвы.
«Сейчас или никогда, – подумала Арина. – Господи, он же слишком деликатный, слишком воспитанный для того, чтобы начать «приударять» за мной! Надо дать ему знак… как-то показать, что я к нему неравнодушна!»
– Надеюсь, мы с тобой еще встретимся в ближайшее время? – решительно спросила она.
– Да, на открытии, я же сказал. Я там буду.
– А… я надеялась… – она сбилась, смутилась.
– Ну конечно, Ариша, я же только что сказал – я всегда буду иметь тебя в виду как замечательного профессионала.
«Замечательного профессионала?! Что он такое говорит?» – еще сильнее смутилась, запуталась она.
– Я не только замечательный профессионал, я еще и симпатичная женщина, если ты заметил! – весело выпалила Арина. «А что я теперь такое говорю?..»
– И это я тоже заметил. Ах, Ариша, ангел мой… Я обычно такими словами не бросаюсь, но тебе я желаю счастья. Ты его достойна. – Глеб опять пожал ее руку, затем залпом допил кофе, что оставался еще в его чашке. – Вот не понимаю, что все с ума сходят по этому кафе? Готовят весьма средненько, официанта по часу приходится ждать… А, ладно, без сдачи обойдусь, – он подсунул под чашку купюру, поднялся из-за стола. – Ты сейчас в какую сторону? Я хочу такси поймать, и если нам по пути…
– Нет-нет, я на метро.
Они вышли на улицу, в толпу, спешащую по Тверской в обе стороны, подошли к краю тротуара.
– Вот ведь тоже бестолковая, неуютная улица, вечно ее переделывают, то закрывают, то открывают на ней магазинчики… Аренда тут, думаю, зашкаливает. В девяностых, говорят, тут проститутки стояли, я эти времена не застал.
– Глеб…
– О, а туда глянь! – вдруг заулыбался Глеб, указал на противоположную сторону. Там, на балконе третьего этажа вальяжно расположился в кресле бородатый парень. Он что-то печатал на ноутбуке, на столе стояла чашка. – Пижон. Тут же адский шум, невозможно сосредоточиться. А он делает вид, что работает. Показывает окружающим, насколько он крут. Ну как же, у него квартирка на Тверской! Пижон. Не верю, что квартира его. Арендовал, поди. Творческая личность якобы. Да тут же дышать нечем, сплошные выхлопные газы! Чашку поставил перед собой. Да в той чашке, наверное, уже полкило пыли осело!
– Глеб! – взмолилась Арина, но тот ее словно не слышал.
– Но ты знаешь, детка, я все равно ему завидую. Я тоже хочу, как он, буду честным с тобой. Хочу свою квартиру на Тверской, да еще с балконом. Я бы тоже сидел на нем с ноутбуком и с кофе… И ночами бы я там сидел, смотрел бы на город, весь залитый огнями. Как я хочу оказаться на месте этого парня, ты не поверишь! – засмеялся нервно Глеб.
– Ты самый лучший мужчина на свете. Я уверена, у тебя все получится. А я, Глеб… я бы, ты знаешь, хотела бы сидеть рядом с тобой на этом балконе. Рядом с тобой! – скороговоркой выпалила Арина.
Только тогда мужчина, кажется, ее услышал. Посмотрел на молодую женщину испуганно, захлопал светлыми ресницами.
Арина ждала, что он ответит. Она испытывала и стыд, и отчаяние. Но не могла больше сдерживаться.
– Глеб? – Она потянулась к нему, осторожно прижалась щекой к его плечу. – Глеб, я тебя очень люблю.
– И я тебя! Ты чудесный человечек, светлый! Ну все, встретимся еще, на открытии, а сейчас я спешу, спешу, спешу… – он чуть на мостовую не выскочил. Взмахнул рукой, тут же притормозило такси. Глеб быстро запрыгнул внутрь, даже не договорившись о маршруте с водителем – словно пытался как можно скорее сбежать от Арины. Но почему «словно»? Он и сбежал…
