Читаем без скачивания За миг до откровения - Валентина Ива

Артемку отвезли родителям на помыв в цивилизованных условиях, Григория Казимировича накапали, накормили и уложили спать, а сами открыли бутылку водки «Воздух». Написано «пьётся легко, как дышится», нарезали копченого сала, намыли свежих, только с грядки, огурчиков и только сели, чтобы выпить и закусить… Как из спальни вынырнул взлохмаченный Григорий Казимирович, с вытаращенными глазами, без наушника на правом ухе, а слух у него никуда не годился и наушники ему уже лет 10 как страшно необходимы, и грозным начальственным голосом произнес: «Вот вы уже позавчера выпивали. Целых две рюмки грохнули в обед. Поза-поза-позавчера тоже по три рюмки треснули… Это плохой симптом!!! Смотрите, это может плохо кончиться…! Я, как отец, призываю тебя, дочь, прекратить выпивать…», – он развернулся и в трусах, из которых торчали тоненькие кривые ножки, чеканя офицерский шаг, удалился.

– Ё… вашу мать! – воскликнул зять и опустил руку с рюмкой на стол. – Весь кайф испортил, праведник!!!

Алина посмотрела на мужа, и они прыснули со смеху. Григорий Казимирович в свое время так трескал водку, что хоть святых выноси. Его покойная жена частенько восклицала: «Гриша! Много не пей!!!», – но это был глас вопиющего в пустыне.

– Ну, за любовь!!! – сказал муж и нежно посмотрел Алине прямо в синие глаза.

Доктору наук, профессору кафедры зоологии ветеринарной Академии имени Скрябина, академику РАЕН, мужу Алины, было в это время 67 лет, а Алине 63 и она уже 2 года как была на пенсии…

С этого дня супруги-пенсионеры проводили свой летний отпуск абсолютно всухую, а если вдруг хотелось размочить дождливый вечер, например, то муж кричал со второго этажа: «Алина, иди, придержи жалюзи!».

– Бегу, – отвечала жена и стремглав поднималась в кабинет мужа. Там они без всякого удовольствия, опрокидонцем, выпивали по бокалу вина и спускались в партер уже остограмленные.

Когда жалюзи зафиксировались в мозгу Григория Казимировича, он вскарабкался на второй этаж и обследовал их присутствие за дверями спальни, хотя лестница на второй этаж крутая и неудобная, но он все же преодолел это препятствие. Охота пуще неволи.

– Что там за жалюзи стоят? – строго спросил отец.

– Ну, ты же видел, стоят за дверью. Моя дочка, а твоя внучка привезла за ненадобностью. Все думаем повесить, да не придумали куда…

С этого момента пароль поменяли на «Алина, тебе звонят по моему телефону!», затем «Поддержи полку, книги упали!» и так далее. Короче отпуск наладился. Главное, чтобы все были живы и здоровы и в гармонии с самим собой!

Любовь к Родине

Не люблю, когда загорает лицо. Конечно, использую в летнее время тональный крем с защитой от солнца, а на отдыхе и на даче, безусловно, широкополые шляпы. Их накопилось несколько штук и, будучи уверенной, что в этом году я никуда не поеду, а перспектива отпуска всего одна: «моя любимая дача», то они все и переехали на 119 километр, где стоит наша «избушка» и разместились на своем обычном месте, на шкафу.

Лето пролетело как майское пенье соловья, тью-тью-тью-бюль-тёх, и вот уже осень.

Когда совершенно неожиданно выяснилось, что с 25 сентября по 3 октября восемь человек нашего центра, в том числе и я, будут участвовать в Международной конференции «Врачи за мир», которая будет проводиться в турецком местечке Кхемер в пансионате Абрикотин, ехать за шляпой на дачу не было никакой возможности. Наша сотрудница Лидочка мне в утешение прошептала: «Я завтра принесу вам шляпу для поездки!».

Каждый может подумать: что за ерунда! Какая-то шляпа! Что за женские глупости! Дела нужно делать, а не о шляпах морочить людям головы… но, дорогие мои, как вы не правы! Шляпа может в одно мгновение превратить лягушку в принцессу, а мещаночку – в леди, а это преображение для женщины и есть главная жизнь. Вспомните: когда любимая женщина Проспера Мериме, который написал выдающееся произведение в прозе «Кармен», толкнувшее композиторов и сценаристов на оперы и балеты, выбегала встречать любовника в сад, даже в холод и дождь надевала атласные туфельки, так как Проспер обожал её маленькие ножки в этих туфельках. Кстати, она простудилась и умерла…, но как выбегала!!!

А мой опыт шоковой терапии! Сидим с подругой на берегу Черного моря, пасем маленьких дочек. На головах полотенца, чтоб не напекло, на ногах шлепки, растоптанные до сорокового размера. И тут на берег выходит длинноногая газель и идет в замшевых туфлях на каблуках 11 см и в широкополой шляпе, скрывая пол лица. Весь пляж ахнул и привстал, а мы с Люськой быстро побежали в магазин за шляпами… Поймите, для женщины очень важно, чтобы кто-то ахнул и соответственно, встал и стоял пораженный в самое сердце, а ты проплыла дальше и сделала вид, что тебе совершенно пофиг.

– Что вы, Лидия Геннадиевна, – возразила я. – Я не могу паковать в багаж чужую шляпу, вдруг она помнется или мало ли чего… Нет. Нет. Нет.

– С этим головным убором ничего не может произойти. Как её ни укладывай, она расправится сама собой. Её можно мочить в море и реке без разницы, и она выглядит всегда на пятерку!!!

– Но вдруг она мне не подойдет…

– Вот завтра и решим…

Завтра решать было совершенно некогда. Срочные введения и дополнения, обсуждения и наставления, а также необходимые документы, слайды и прочее, что кажется перед каким-либо мероприятием очень важным и жизненно необходимым, а на самом деле, как выясняется позже, самым главным является человек с его внутренним содержанием. Естественно, содержание бывает и таковым, что человек никак не может быть самым главным, но это уже другая история. Кстати, слово «мероприятие» широко использовалось в лексиконе нашего начальства. Оно почему-то мне казалось весьма забавным. Забавным, именно потому, что использовалось военными врачами с учеными степенями. От этого слова сквозило чем-то казенным, бюрократическим и тупым, но это моё личное мнение. Очень понятно, что товарищи военные, даже если они и врачи, не могут избежать такого кондового слова с его неповоротливым смыслом, но что поделаешь, начальник сказал: «Мероприятие», подчиненный ответил: «Есть».

Турецкий берег встретил наш, уже к приезду в отель достаточно большой, коллектив. Присоединились господа из министерства и других бывших союзных республик, и международная конференция запустилась.

Все понимали, что обсуждения обсуждениями, выступления выступлениями, а все приехали отдохнуть и поплавать в море.

Распаковав свой багаж, я извлекла скомканную шляпу из синтетической соломки кружевного плетения. У меня на глазах она расправилась, как совершенно отдельно существующее нечто. Я примерила её и поняла, что это именно то, что мне необходимо. С этого момента никакое солнце мне было не страшно. Я, элегантная блондинка, рост 172 сантиметра, не отяжелевшая от лишних килограммов, выглядела в этой шляпе как миллионерша на собственном пляже в Монако. Странное дело, несмотря на хорошее отношение ко мне, шляпа так и норовила сбежать. Я беспрерывно её искала и находила в самых неожиданных местах: то под кроватью, то под лежаком, а то вообще мне её приносили сотрудники со словами: «Вы, Ольга Казимировна, потеряли вашу шляпу!».

По возвращении в Москву мне жаль было расставаться с таким шедевром. Приятным удивлением стал категорический отказ Лидочки, принять сей предмет обратно.

– Вам она очень идет! Дарю! Тем более что куплена в магазине Fixpraise за 37 рублей.

Эта информация несколько отрезвила мои фантазии, и я из побережья Монако тихо мысленно переехала в Крым.

Фикспрайсная шляпа стала моей любимой. Она побывала со мной на Канарских островах, в Бангкоке, Японии, Египте, Америке (Калифорния, пляжи Малибу), в Китае, и нигде не пряталась больше от меня и никогда не терялась, но вот однажды…

Однажды судьба меня занесла в Грецию на остров Родос. Здесь, среди цветущей весны, просто необходимо было исколесить весь остров, чтобы увидеть древнюю землю и ощутить поступь веков.

Экскурсионный автобус бежал по побережью Эгейского моря, огибая остров с западной стороны. Красоты пейзажей морского прибоя и каменистых берегов сменялись один за другим, и смотреть на них, как на огонь и воду, можно было бесконечно. После непродолжительных остановок с прикосновением к древнегреческим историческим ценностям мы опять садились в автобус и стремились на юг. Как говорил экскурсовод: «В мир винтсерфенгистов». Мыс Прасониси – самая южная часть острова Родос, в переводе с греческого означает «Зеленый остров». На самом деле Прасониси – это островок, соединяющийся с островом песчаным перешейком около 500 метров длиной и 100 м шириной. Эти размеры соединения Прасониси с Родосом обнажаются летом. В этом месте Эгейское море встречается со Средиземным, и дуют такие ветра, что только те, кто любит морской экстрим, приезжают сюда наслаждаться стремительным полетом своих тел, крепко держащихся за штангу трещащего от порывов ветра паруса с доской.