Глава 19. Уроки немецкого
Индира
Этот поцелуй совсем не похож на первый. Тот - украденный, порывистый, в чем-то даже жестокий я старалась забыть, несмотря на то, что он меня взбудоражил. А сейчас я к своему удивлению и немного стыду хочу утонуть в нежности, с которой Роберт целует и обнимает. Только что его теплые ладони лежали на моих щеках, а теперь - на спине. Сама себе разрешаю дотронуться до него, подушечками пальцев прохожу по жесткой щетине, поглаживаю, наслаждаюсь. При поцелуе она колется, но мне очень нравится. Не знаю, какой именно тумблер переключился в моей голове, однако я похоже на пути прощения, потому что мое тело удивительным образом реагирует на этого мужчину, пробуждаясь после очень долгой спячки. Кровь, несущаяся по венам, вышла из берегов затопила все внутри меня. Стало вмиг очень жарко, но я почему-то задрожала.
-Холодно? - прервав поцелуй, Роберт улыбнулся и погладил по спине.
-Мне - нет. А тебе?
-Очень жарко.
-Это ничего не значит, - облизнув губы и пробуя поцелуй на вкус, заявляю я.
-Я бы так не сказал, - уголок рта снова тянет вверх.
-Это из-за усталости, - протестую.
-Да, конечно, - убирает руки на гладкую поверхность автомобиля, отрезая мне путь к отступлению. - Тебе же тоже понравилось?
-Нет…
-Врешь, - прожигает меня взглядом темных, как густой мед, глаз. Мой любимый сорт.
-Кажется, пора домой. Отсыпаться после тяжелой ночи.
-Отсыпаться поедем к тебе или ко мне?
-Какая самоуверенность! Я женщина приличная, поэтому каждый поедет к себе, хэ…
Не успеваю договорить, потому что Роберт кладет указательный палец на мои губы.
-Можно без этого? Пожалуйста.
-Без чего? - наигранно удивляюсь.
-Без хэрра, - просит настойчиво.
-Ну как же ты без хэрра? - театрально вздыхаю, а он убирает палец, опускает голову и втягивает воздух носом.
-Я в машине тебя подожду, - от греха подальше проскальзываю под его рукой и прячусь в салоне.
Роберт несколько секунд стоит спиной ко мне, потом разворачивается, открывает водительскую дверь и тянется в мою сторону. Я инстинктивно отшатываюсь, но он обворожительно улыбается и открывает бардачок между сиденьями.
-Не пугайся ты так, - мужчина достает пачку сигарет и зажигалку. - Я покурю.
-А да, окей. Кури, - с облегчением выдыхаю я.
Украдкой наблюдаю за Робертом, стоящим в глубокой задумчивости. Мне нравятся его выверенные движения, уверенность, язык тела. Нравится, как он курит и держит оборону, когда я издеваюсь над ним. Но больше всего мне нравится, что он признает свои ошибки и пытается их исправить. Прежде я жила с человеком, для которого был важен только он сам, его мнение, желания и потребности. Но Роберт другой . Пусть у нас все началось плохо, но сейчас я вижу в нем только хорошее.
Через десять минут мы уже едет по пустой дороге в центр. Пока я еще стойко держусь, но чувствую, как только голова коснется подушки, я тут же отключусь.
-Какие планы на завтра? - спрашивает Роберт, бросая быстрый взгляд в мою сторону.
-Самые обычные - работа. Съезжу в больницу, навещу детей. И, наверное, в центр заскочу.
-Давно ты помогаешь центру?
-Года три, наверное. А что, этого не было в моем досье?
-В каком досье? – Роберт прочищает горло.
-Да ладно, - усмехаюсь и кошусь на него. - Я знаю, что ты уже все обо мне выяснил. Еще когда пришел в галерею.
-И как узнала?
-Все просто. Люди твоего характера, уровня и возможностей так и делают. Да и то, что тебе рассказали - не тайна, интернет помнит все. Как тебе мое интервью на ступеньках больницы?
-Впечатляет. Хорошо держалась.
-Спасибо, я старалась, - посмеиваюсь я, хотя ничего смешного в той ситуации не было. - Но если хотите честно: да, меня угораздило вляпаться в отношения с нарциссом и абьюзером. Да, он никак не проявлял свои темные стороны и свой нарцисизм до свадьбы. Наоборот - был очень милым, спокойным, обходительным. Ухаживал красиво. Мне было 27 и я влюбилась. А ккогда мы поженились, начался весь звездец. И тогда у меня открылись глаза. То, что он еще сидит на порошке, я узнала потом. И нет, я ему не изменяла.
-Я так и знал, - серьезно отвечает он, глядя на дорогу.
-Даже так? А может я вру?
-Нет, не врешь. Потому что люди твоего характера, уровня и, как ты сказала, возможностей, так не делают.
-Да брось! - фыркаю я. - В мире богатых и властных у каждого есть свой скелет в шкафу. Даже, наверное, у тебя.
-Я не такой властный, - парирует он.
-Кто тебя знает, хэ…ой прости, гер Роберт. Кстати, какая у тебя фамилия?
-Зейферт.
-Роберт Зейферт, - повторяю я, - Властно и очень по-немецки.
-Danke schön!
-Ох ты! Здорово. А скажи еще что-нибудь, - гляжу на него с улыбкой и в тот момент, когда мы останавливаемся на перекрестке, потому что загорелся красный, он отводит взгляд от лобового стекла и пристально смотрит на меня.
-Ich habe mich in dich verliebt (нем. - Я влюбился в тебя) Кажется, испанскому придется потесниться, потому что я только что влюбилась в немецкий. Не в него, нет. А в его немецкий.
-Звучит еще красивее. Что это значит?
-Это значит, что ты мне очень нравишься, - неожиданно он подмигивает мне и нажимает на газ.
***
-Так и сказал? - Зара застывает с ложкой мороженого в руках.
-Да. Именно так и сказал, - вздыхаю и подпираю голову ладонью. - Ты мне очень нравишься.
Выспавшись до полудня, я, как и планировала, съездила в центр, встретилась с Ларой и вместе с ней отправилась в больницу. Мы навестили сначала Корлан, потом детей, которым привезли одежду и вкусняшки. Маленький Торехан снова был рад меня видеть и крепко обнял, как и этой ночью. Потом он расплакался и попросил отвезти его к маме. Старший - Медет-мамин защитник - смотрел на нас с грустью, ведь он все понимает и осознает.
После больницы я поехала к лучшей подруге Заре, которая давно звала меня в гости. Раньше она жила в особняке, но после развода переехала с дочкой в квартиру. Теперь же, после воссоединения с мужем, они живут втроем. Карим забрал Дильназ на вечер “папа-дочка”, чтобы дать нам возможность посплетничать. И я, конечно же, все вывалила Заре.
-А ты в словаре смотрела? В гугл переводчик вбивала? Может, там вообще другое значение?
-Какое другое? - говорю, перекатывая на языке холодный кусок шоколадного.
-Например, “я без ума от тебя”, - смеется подруга.
-Во-первых, я помню только “их” и “дих”. Но целиком фраза звучала потрясно и… - останавливаюсь, мечтательно смотря на красивую люстру на кухне подруги.
-Что и?
-И он очень красиво говорит по-немецки. Голос, знаешь, такой низкий, немного грубоватый.
-Ну а ты что ответила?
-Ничего. Я промолчала.
-Как промолчала, Инди?! - возмущается Зара. - Он же тебе тоже нравится!
-Нравится, - обреченно вздыхаю. - Но ему об этом знать не обязательно.
-Ты все еще злишься из-за того случая?
-Нет, уже не злюсь, - признаюсь и ей, и себе. - И вообще это ты виновата! Ты накаркала, что на меня могут подумать, будто я “из этих”!
-А ты сказала, что слишком стара для этого дерьма, - смеется Зара и отправляет в рот очередной кусок мороженого. - Значит, не так уж и стара. Ну а дальше что?
-А дальше он проводил меня до подъезда, снова поцеловал.
-Французский?
-Что?
-Поцелуй французский?
-Ааа, - дошел до меня смысл вопроса, - даааа.
-Ммм…французский поцелуй от немца! Какая прелесть! Понравилось?
-Очень. Ох…Не знаю я, Зар,- измученно протянула. - Как бы меня не привлекал Роберт, я боюсь снова ошибиться и обжечься. Я же поначалу думала, что люблю Руслана. Но только после свадьбы поняла, какой он на самом деле монстр. И все - как бабка отшептала.
