Читаем без скачивания Родить Минотавра - Сергей Шведов

– Какой ещё старик? – искренне удивился Рекунов. – Жрец Атемис, – пояснил с кривой улыбочкой Корытин. – Настоятель храма Огуса в Эбире.

– Я вас не понимаю, господа, – обиженно развёл рунами Тяжлов. – Мы что, собрались здесь шутки шутить? – Если вы, Николай Ефимович, считаете, что четыре трупа, это всего лишь невинная шутка, то тогда мы можем закончить беседу, – холодно заметил Чеботарёв. – Однако в этом случае у вас есть шанс стать трупом пятым и боюсь, что вами этот список не будет закрыт.

– На что вы, собственно, намекаете, Виктор Васильевич? – нахмурился Тяжлов. – Я намекаю на убийство Паленова и тройное убийство в тупике. У нас есть все основания полагать, что здесь не обошлось без человека, которого мы пока называем жрецом Атемисом.

Ответом Чеботарёву было скептическое молчание. Похоже, собравшиеся здесь люди знали кое-что об убийстве предпринимателя и рассматривали Чеботарёвский рассказ то ли как неуместную шутку, то ли как неумелую провокацию.

– Я вовсе не утверждаю, что Паленова самолично убил жрец Атемис, но я знаю, что он его подставил под пулю. – Каким образом? – выказал некоторые признаки беспокойства Рекунов. – Статьей Резанова, – пояснил Чеботарёв. – Именно она стала причиной смерти Паленова, который, к слову сказать, никогда с Костиковой связан не был и пострадал безвинно.

– А почему вы решили, гражданин следователь, что нас интересует смерть этого Паленова, был он там связан с Костиковой или нет?

– В таком случае вы, Игорь Витальевич, единственный человек в городе, которого это происшествие оставило равнодушным.

Рекунов засмеялся, но смех его не был поддержан и быстро умер в настороженной тишине.

– Вы хотите сказать, – угрюмо бросил Тяжлов, – что этот жрец Атемис прикрывает Ксению Николаевну и руководит её действиями в своих интересах?

– Именно это я и хочу сказать, Николай Ефимович. К сожалению, нам пока не ясно, в чём же, собственно, заключается интерес Атемиса и какие цели он преследует.

Тяжлов всем своим видом выразил сомнение, можно даже сказать недоверие. Дело, скорее всего, представлялось ему более простым: сбрендившая бабёнка на пару с журналюгой-любовником вздумала водить за нос почтенных людей. А в своей почтенности Тяжлов не сомневается. Ну, хотя бы потому, что даже внешне являет собой законченный тип российского номенклатурного работника. То есть, тяжеловесен, упитан, лицо имеет одутловатое, но не слабое. Чеботарёва иной раз при взгляде на отечественных чиновников охватывало сомнение – уж не по спецзаказу ли их и не в колбе ли выращивают?

– Так, может, никакого Атемиса нет? – с вызовом спросил Селянин. – А вы нам гражданин Чеботарёв, просто голову морочите, прикрывая своего дружка Резанова. Он много нам чего наплёл тут на днях. Представьте себе, Николай Ефимович, угрожал нам карами какого-то божественного быка, распоясавшегося основного инстинкта.

– Какого ещё быка? – недовольно поморщился Тяжлов. – Божественного быка Огуса, – вежливо пояснил Корытин. – Видите ли, господин Тяжлов, если в действительности, то есть в нашей российской реальности, не существует жреца Атемиса, то придётся признать, что Сахарова и двух его подельников, вооруженных, кстати говоря, до зубов, порвал на куски именно Резанов, с помощью божественного быка Огуса, который в него вселился.

– Вы что, издеваетесь? – побурел от гнева Тяжлов. – Ну и кадры у нас в правоохранительных органах.

– Это всего лишь версия, – спокойно пояснил Чеботарёв. – Довольно фантастическая, но имеющая под собой некоторую основу.

– Какую основу? – теперь уже явно растерялся Тяжлов. – Следователь считает, что этот Резанов вполне может оказаться маньяком, – подсказал молчавший до сих пор Халилов, – который вообразил себя божественным быком и мочит всех, кто косо посмотрит на его любовницу.

– А вам не кажется в таком случае, что место этого маньяка в специальном заведении если не юридического, то медицинского профиля? – полюбопытствовал Рекунов.

– Мы знаем и других маньяков, – сказал Корытин, – место которых на лесоповале, но, к сожалению, прокурор требует от нас доказательств их вины. – Представьте мне свидетеля, Игорь Витальевич, который подтвердит, что засада в тупике была предназначена для Костиковой, и я ручаюсь вам за суровые меры в отношении Резанова, – вмешался в пикировку Чеботарёв.

– Где же я вам найду свидетеля, – развёл руками Рекунов. – Я всё-таки не пойму, Виктор Васильевич, что вы от нас-то хотите? – не выдержал Тяжлов.

– Я хочу, господа, чтобы вы взвесили всё, как следует, прежде чем начинать противоправные действия, это в ваших интересах, ибо мы в данный момент не способны обеспечить вам защиту ни от жреца Атемиса, ни от божественного быка. А пока разрешите откланяться.

Чеботарёву показалось, что он всё-таки произвёл некоторое впечатление на этих людей, но Корытин был иного мнения. Пока шли от роскошного особняка к своей не слишком авантажной машине, успели обменяться мнениями.

– Я бы не поверил, – сказал Корытин. – Как бы наш демарш не привёл к обратному результату. Они ещё чего доброго вздумают заняться Резановым вплотную, тем более что он и сам непрочь подразнить гусей.

– За Резановым ты присмотри, – кивнул Чеботарёв, – и за Ксенией тоже. Но главное – жрец Атемис. Ищи Алексея Астахова. И проверь все связи Костикова, мужа Ксении. Так или иначе, совесть наша чиста, мы сделали все, что могли на этот час.

Неделя пролетела незаметно в вялой текучке буден, Чеботарёв поуспокоился и даже порой посмеивался по поводу своих страхов и фантастических версий. Поверили Рекунов с Тяжловым в жреца Атемиса или нет, но и светиться в наглую после визита странного следователя они, скорее всего, не рискнут. Кое-какое шевеление вокруг Ксении наблюдалось, во всяком случае, Корытин отследил пару встречь её ближайшего помощника Юдина и с Рекуновым, и с Селяниным. Встречался Юдин и с Дерюгиным. Создалось впечатление, что дело движется к примирению. Не исключено, что Ксения всё-таки решила пойти на компромисс, в конце концов, в её положении ввязываться в драку глупо. Никакие деньги не стоят жизни, а в данном случае речь шла уже о двух жизнях. Должен же в Ксении пробудиться инстинкт материнства. Чеботарёв всё собирался позвонить Резанову и расспросить, чем там у них в Эбире дело закончилось, да так и не позвонил: с одной стороны текучка заела, а с другой – решил, что не стоит бередить закрывающуюся рану, если она, конечно, закрывается.

Телефон напомнил о себе неожиданно, и, наверное, поэтому у Чеботарёва ёкнуло сердце.

– Беда, Виктор Васильевич, – голос Корытина звучал глухо и не только по причине изношенности телефонных сетей. – Взрыв в офисе у Костиковой. – Ксения? – Сама Ксения Николаевна отделалась ушибами и шоком. Секретарша её погибла, двадцати лет девчонке не было.

– Я сейчас приеду.

Сволочи! Чеботарёв едва удержался, чтобы не трахнуть трубкой по телефонному аппарату. Вот у кого инстинкты гуляют, не бычьи даже, а какие-то дьявольские. И эти холёные номенклатурные суки знали обо всём наверняка. Ах, Виктор, Виктор, нашёл перед кем фантастические версии развивать. Чёрта лысого они не испугаются, не то что божественного быка. И обделали наверняка всё так, что не подкопаешься. Арестовать бы этого подонка Рекунова, да где доказательства. Может быть, прав этот бык Огус – рвать хищную свору на куски и дело к стороне. Пусть потом эксперты разбираются, приделывая руки и ноги к туловищам покойников.

Корытин смотрелся чернее тучи, а над тем, что ещё недавно было красивой девушкой, суетились люди в белых халатах, изрядно запачканных кровью. – Пытались спасти, – Корытин вздохнул и безнадёжно махнул рукой.

– Что успел выяснить? – Чеботарёв пытался и не мог найти в себе силы, чтобы взглянуть на развороченное взрывом тело. – Посылка или бандероль была на имя Ксении Николаевны, а вскрыла её Лидочка, естественно в присутствии хозяйки. Ксению спасло то, что она в дверях стояла, а заряд был не слишком мощным. Но на девочку, как видишь, хватило.

– А охрана куда смотрела? – В том-то и дело, что вся почта, а уж тем более бандероли и посылки проходят через руки охранников и лишь за тем ложатся на стол секретарши. Видимо, и Ксения, и Лидия были абсолютно уверены, что с этой посылкой всё обстояло точно так же. – А что говорят охранники? – Клянутся, что никаких посылок ни вчера, ни сегодня в офис не поступало, – пояснил Корытин. – Я звонил на почту, там слова охранников подтвердили. – Выходит, кто-то из своих подложил?

– Есть основания полагать, что это сделал Юдин. У Ксении не было причин ему не доверять. У Лидии тем более. С утра Юдин был в офисе, потом исчез, сейчас мои ребята ищут его по всему городу.

– Резанов знает? – Я ему позвонил. – Напрасно, – покачал головой Чеботарёв. – А пошли они все, – грубо выругался Корытин. – Для этих сук законы ещё не написаны.