губу. — Неужели ты ничего не чувствуешь? — шепчет, не отрывая взгляда от моего лица, и я отрицательно качаю головой. Вру. Вру ему прямо в глаза, потому что именно в этот момент от его близости я, кажется, вот-вот упаду в обморок. Всё моё тело дрожит. Сердце бешено бьётся в груди. Но он не тот, кто мне нужен. Слишком наглый, слишком грубый и слишком самоуверенный. Я должна держаться от него подальше. — Детка, — нежно шепчет и я поднимаю взгляд к его глазам. — Не отказывай мне… — Почему я? — шепчу дрожащим голосом. — Потому что я хочу только тебя…
Взгляд приковывается к его губам. Его слова действуют на меня ненормально. Сам он действует на меня ненормально.
Я чувствую, как вздымается его грудь.
Я чувствую, как его пальцы нежно касаются моей щеки.
Его взгляд полон желания, и я не могу отвести от него свой.
Забываю обо всем на свете, кроме его близости. Меня словно магнитом тянет к нему. Кажется, еще секунда, и он меня поцелует.
В подтверждение моим мыслям, губы Арса медленно приближаются к моим. Не знаю, что мною движет, но я опускаю веки и жду этого прикосновения.
Хочу его настолько сильно, что не могу думать ни о чём другом.
Только уже в следующий момент я выныриваю из этого умопомрачительного состояния, потому что слышу хлопок входной двери, за которым следует голос отца:
— Коля, Катя, вы дома?
— Они дома, — этот голос принадлежит спутнице папы. — Я видела их обувь.
Резко проскальзываю под рукой Арсения и скрываюсь в своей комнате, громко хлопнув дверью напоследок.
— Дерьмо! — слышу голос парня.
Сердце бешено колотится, горло саднит от сухости.
Хватаю с тумбочки бутылку воды и жадно пью.
Может это знак?
Может Вера права, и мне правда стоит держаться от Арса на расстоянии?
Глава 23
Арс
— Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Павел всегда приходит вовремя!
Всё снова пошло насмарку!
Впервые девчонка позволила мне себя поцеловать, и на хрен!
— Сука!
Какого хрена они вообще припёрлись?
Ладно. Чёрт с ним. Значит в следующий раз всё пройдёт более гладко.
Хватаю со стула майку, натягиваю её и выхожу из гостевой.
Бросаю взгляд на дверь девчонки, на секунду даже останавливаюсь, но сразу же беру себя в руки и иду в гостиную.
— Арсений? — отец друга замечает меня и пожимает мою ладонь. — Ты тут? А где мои дети?
— Колян уснул, — киваю его пассии в знак приветствия. — Катя, наверное, у себя.
— Мы решили их навестить, — произносит Павел. — Как твоя работа? Справляешься с проектом?
— Сегодня уже закончу.
— Отлично, — одобряюще кивает. — Тогда завтра жду тебя в офисе.
— Понял.
— Поможешь с продуктами? — кивает на пакеты, которые он поставил на диван.
— Конечно, — беру их в руки.
— Я пока позову детей.
Он идёт прямиком к комнате девчонки, и я провожаю его взглядом.
Надеюсь, она себя не выдаст.
Павел заходит в комнату Кати, и я скрываюсь на кухне.
Начинаю разбирать пакеты, но уже вскоре на кухню заходит Элеонора.
Как и всегда за ней тянется шлейф дорогих духов, но на меня её запах больше нагоняет тошноту, чем какие-то другие чувства.
— Помочь, красавчик? — встаёт боком в нескольких сантиметрах от меня.
— Нет, спасибо, — вынимаю блюда из ресторана.
Павел не изменяет своим привычкам.
— Почему отказываешься? — блондинка кладёт руку на мой член и сжимает его.
Сдержанно вдыхаю воздух, потому что я только отошёл от близости Кати, а тут эта.
— Ммм, — слащаво протягивает. — Он как всегда хорош.
— Тебя вообще не парит, что в любой момент сюда может войти Павел? — поворачиваюсь к ней лицом.
— Он у своей дочери, — улыбается Элеонора. — Я услышу его.
— Меня не интересуют замужние, — чувствую, как мой друг в штанах снова оживает.
И это нормально. Я здоровый мужик, которому свойственна такая реакция на прикосновение женщин. Пусть даже таких шлюх, как эта Элеонора.
— Я ещё не замужем, — подмигивает мне.
— Но у тебя есть постоянный партнёр, — цежу сквозь зубы. — А теперь убери свои клешни, если не хочешь, чтобы он узнал о твоих проделках.
— Он тебе не поверит.
— Рискнёшь проверить? — с вызовом смотрю ей в глаза, и вижу в них растерянность.
— Ладно-ладно, — убирает свою ладонь, и я чувствую облегчение. — Совсем шуток не понимаешь.
Охрененные шутки.
Не понимаю, как Павел ещё не увидел её шлюшечью натуру.
Она словно течная сука — подставляется каждому второму.
Но к счастью, все, кого я знаю, понимают, что с ней связываться — значит объявить войну Павлу.
На самом деле я не знаю, поверил бы он мне или нет, расскажи я о её выходках. Но она рисковать не хочет.
Ещё бы. Потерять такой денежный кошелёк.
Заканчиваю разбирать пакеты, но понятия не имею, что делать с этой грудой еды.
К счастью, Павел вскоре возвращается, а следом за ним на кухню заходит Катя.
Её щёки пунцовые. Взгляд мечется куда угодно, только не на меня.
Дерьмо. Такой я хочу её ещё больше.
— Теперь всё это на стол, — разрывает тишину мужчина. — Пообедаем все вместе?
— Сейчас всё сделаю, — тихо произносит девчонка и принимается накрывать стол в гостиной.
— Я, пожалуй, не буду мешать вашей семейной идиллии, — сухо обращаюсь к нему.
— Не останешься? — прищуривается он. — Ты давно стал частью нашей семьи. Или вы с Катей так и не поладили? — хмурится, переводя взгляд с меня на девчонку.
— Почему? — спрашивает Катя, распаковывая очередное блюдо. — У нас всё в порядке. Он друг моего брата.
— Тем более, — Павел хватает две бутылки вина и несёт их на стол. — Оставайся с нами.
— Ладно, — решаю не спорить и начинаю помогать Кате с обедом.
Точнее, расставлять на столе обед, который привёз Павел.
Вижу, что девчонке неловко. Она ходит мимо меня, стараясь в метре обходить, чтобы случайно не коснуться.
Кажется, даже присутствие ненавистной ей Элеоноры сейчас нисколько не беспокоит.
Похоже она в шоке оттого, что чуть не позволила мне себя поцеловать.
— Так ты на дочку Паши запал? — спрашивает блондинка, когда я достаю бокалы из шкафа Болдиных. — Я видела, как ты смотрел на неё.
— Не твоё дело, — выплёвываю с презрением. — Не суй свой нос не в свои дела!
— У вас готово? — на кухне появляется Колян. — Или чем-то помочь?
— Привет, Коль, — блондинка натягивает улыбку на лицо. — Всё готово, пора за стол, — не дождавшись ответа, она покидает кухню.
— Она опять к тебе подкатывала? — спрашивает друг.
— А ты уже хорошо её знаешь, — иронично усмехаюсь.
— Жаль, что у отца не настолько открыты глаза, — берёт часть бокалов
