тише выругался первый и уволок второго из виду, продолжая что-то ему втолковывать.
— У меня нет на это времени, — стальные нотки проскальзывали в голосе Нарис.
— Есть другой вход? — отозвался Ши, убирая меч в ножны.
— Только если ты желаешь искупаться.
— Пожалуй, воздержусь.
Стена полумесяцем огибала город и с обеих сторон заканчивалась высоким обрывистым берегом реки Акмэв. Хищники, таящиеся в омуте, отбивали всякое желание близко подходить к воде.
И всё же Омакпайя не была столь неприступной, как в былые времена. Если поискать прорехи в каменных стенах и постах стражников, наверняка бы повезло. Но сколько часов они на это потратили бы?
Тара подушечками пальцев ощущала стремительное течение песков времени. Оно заметало следы, обрывало тонкие нити связей, способные привести к убийце Софэна.
— Эй! Как звать-то тебя, служивый? — поинтересовалась Нарис у стражника. Тот уже закончил поучать напарника и вернулся на пост.
— Ардвонором кличут, — с гордостью ответил стражник.
— Аар-дву-у-нног! — со смешком вылез пьянчуга и повис на товарище, тыкая пальцем ему в грудь. — Ты ж Тобюн! То-о-бюн!
Стражник снял с себя руку приятеля. Развернул его. Размашисто пнул под зад. Пьянчуга с завыванием завалился куда-то вниз.
— Ардвонор! — Тара Нарис сделала вид, что не заметила поправки, — Так это тебе друг из Томарана просил долг передать?
Она подкинула монетку. Та прокрутилась в воздухе, блеснула серебром в лунных лучах, приземлилась обратно в ладонь.
— Долг то поболе был… — деловито протянул Ардвонор-Тобюн.
Тара показательно достала вторую серебряную монету.
— Ещё и за…
— Если этого мало, значит, я ищу какого-то другого Ардвонора, — холодно перебила Тара.
— Так вы друзья моего друга! Что ж вы сразу не сказали? — воодушевился Ардвонор-Тобюн и исчез.
Вскоре стражник появился у решётки, перекрывающей вход. Черт лица его в темноте арки было не разобрать. Впрочем, Нарис хорошо запомнила голос стражника. Знала его имя. От наказания за вымогательство ему не уйти. Как и его напарнику за пьянство. Но это позже.
Тара под укоризненным взглядом Ши протянула «долг» сквозь решётку ворот. Монеты упали в раскрытую ладонь Тобюна и исчезли в кошеле.
— Открывай! — выкрикнул вымогатель и скрылся из виду прежде, чем послышался перезвон цепи, что поднимала решётку.
За воротами Тару встретили обугленные в огне Кровавой войны дома, — уродливые шрамы загнивающего изнутри города, зарастающие мхом и кустарником.
Дальше расползались от главной улицы кварталы бедняков, выглядящие почти так же запущено. Уже отсюда можно было почувствовать стоящий над землёй смрад нищеты кошелька и духа, позволяющий людям жить среди дерьма.
— Проникаем в город за взятки… Словно разбойники, — тихо проворчал Ши, ведя лошадей вслед за Нарис. Разгорячённый вороной мерин фыркнул и дернул головой, встряхивая чёрной гривой, несогласный, что кто-то кроме Тары смеет им командовать. Ши давно привык к строптивому характеру коня, уверенней сжал поводья.
Выложенная камнем широкая дорога вела к внутренним воротам, за которыми начинались ремесленные кварталы.
— Оставшиеся посты также проходить будем? — занудствовал Ши.
— Больше никаких взяток, — успокоила его Тара. Денег у неё всё равно не осталось. — На третьих воротах никто не посмеет меня задержать.
— А на вторых? — уточнил Ши.
— Сейчас узнаем, — ответила Нарис, вскочила на вороного мерина и галопом устремилась к площади Тхаймоны Дайядор, раскинувшейся перед вторыми воротами.
— Имард Шамрис ~
В яме для заключённых было грязно, сыро и холодно. Белесый свет Старшей луны едва ли мог разогнать сгустившийся ночной мрак. Но глаза Имарда уже начинали привыкать к темноте.
Каменные стены образовывали просторное прямоугольное помещение. Пара десятков локтей в длину и ширину, десяток в высоту. Неглубокий ручей делил яму на две половины.
Деревянная решётка из брёвен с кулак толщиной закрыла отверстие над головами охотников.
Послышались удаляющиеся шаги и стихающие голоса градозащитников:
— Нам должны выписать премию за поимку этих убийц.
— Премию выпишут, сам знаешь кому, а мы об этом и не узнаем.
— Эти всё-таки не абы кого убили, а самого Батиса. Я так думаю… Тут публичное награждение должно быть. Чтоб все знали своих героев!
Имард был рад размять затёкшие ноги и избавиться от внимания градозащитников. И главное — здесь не приходилось наблюдать за тошнотворными заигрываниями племянницы с Омакпайским Душителем.
В самом тёмном углу ямы дрых мужик, с головой укутавшись в грязные лохмотья. Его храп эхом отражался от стен. Имард подавил желание пнуть нарушителя тишины и тихо подозвал Рэду, направившуюся к храпуну явно с тем же намерением. Племянница нехотя подчинилась.
Рассыпаться в извинениях за сорванное дело и за то, что не предупредила о слишком близком знакомстве с палачом, она, очевидно, не собиралась. Девчонка не умела признавать ошибок. Вся в отца.
При воспоминании о Ливаде на душе сделалось теплее. Брат с завидным постоянством попадал в неприятности и ловко из них выкручивался.
Вытащив из светлых волос племянницы шпильку, охотник принялся ковыряться в замке на её кандалах.
— Нужно выбираться отсюда, — прошептал Имард.
— А, по-моему, здесь уютненько, — отозвалась Рэда.
— Нас казнят, если настоящие убийцы сами не сдадутся. Твой палач тут ничем не поможет. Он же нас и обезглавит, — Имард нащупал механизм. Послышался характерный щелчок. Замок открылся, освобождая от кандалов правую руку племянницы.
— Вогэн нам поможет. Если совсем плохо дело будет… — Рэда потёрла освобождённое запястье.
— Тогда почему он до сих пор не помог? Хотя бы тебе?
— Он предлагал. Сказал, что может вывести меня из крепости, — созналась Рэда. — Но я не хотела оставить всё веселье тебе.
— Ты у меня совсем… недалёкая? Или умом повредилась?
— Скорее — второе, — задумчиво произнесла Рэда.
— Появится возможность — уходи без меня.
Второй замок поддался быстрее. Имард принялся за свои кандалы.
— Мы ведь невиновны. Нас не могут так просто взять и казнить. Должны быть доказательства, свидетели, — отозвалась Рэда.
— Думаешь кого-то волнует наша невиновность?
— А как же гильдия охотников? Раньше они помогали. — Рэда присела к роднику, бьющему сквозь трещины в камне, опустила в воду руки. Родник разливался широким ручьём, даря узникам питьевую воду и смывая нечистоты.
— Покинувший мир Глава Софэн был из золотого рода Батисов. Как ты помнишь, они правят Дайяринном. Ни одна гильдия нас не спасёт. Как и родовое имя.
— Да уж, дедушка Ардак нас первым прикончит, если мы впутаем его драгоценное родовое имя, — поёжилась Рэда, набрала воду в ладони, плеснула себе в лицо.
— Так сколько у нас времени? До казни? — деловито спросила она.
Имард неосторожно дёрнул рукой. Шпилька в замке кандалов сломалась под корень, блокируя механизм.
— Сварт! — выругался охотник. Ногтём обломок подцепить не удавалось. — Скорее всего, пока не назначат нового Главу градозащитников. Дай другую. А лучше — помоги. Не удобно.
— А? Дядя
